Сердце Малого Льва
Шрифт:
Льюис наконец посмотрел на нее.
– Представляешь, меня встретил у выхода сам Оорл. Я растерялся, подумал, что они уже
все знают...
– Ну? И что?
– Ну... в общем, я ему все рассказал.
– Ты выдал дядю Роя?!
– А что мне было делать? Это ведь нечестно, Олли.
– Честно-нечестно!
– Да! Я не такой гениальный, как ты. Меня не взяли сразу на третий курс. Но мне
неприятно пользоваться такими вот уловками.
– И что? Теперь ты остаешься?
– Нет, Олли. Я лечу. Все
– Как? Этот Оорл тебя оставил?
– Да. Представляешь? Но все равно неприятно.
Оливия тоже не знала, радоваться ей или сердиться на него.
– Еще бы!
– после некоторой паузы выдала она, - конечно, неприятно. Потому что ты
тряпка. И подставил дядю Роя.
Такого выпада Льюис не ожидал.
– Это он меня подставил, - возмутился он, - я ведь думал, что все честно!
– Он думал!
– Оливия усмехнулась, - тоже мне, гениальный физик-волновик!
– Какие-то способности у меня все-таки есть, - сказал он, отодвигая сковородку.
– 11 -
– Только не в науке, - беспощадно констатировала она.
– Перестань издеваться, - вздохнул Льюис, - мне и так плохо. Может, мне самому
отказаться, а? Все-таки так нечестно.
– Прекрати, - Оливия встала и нависла над ним своим огромным телом, - что ты тут без
нас будешь делать? Без меня и без дяди Роя? Благодари Бога, что все так удачно сложилось.
– Удачно, но нечестно.
– Какой же ты зануда, Лью! Да если б у меня был такой дядя Рой, если б он ради меня
такое сделал... но у меня никого нет. А тебе не понять.
В чем-то она была права.
– Ладно, все равно уже поздно что-то менять, - нехотя согласился Льюис, - скоро отлет.
За окнами было темно. Они сидели на кровати, слушая, как стучит в стекло мелкий
дождик.
– Тоскливая погода, - вздохнула Оливия, - а с утра было так солнечно.
– Это Земля нас провожает, - грустно улыбнулся он, - плачет.
– Тоже мне, потеря, - усмехнулась она, - один красивый дурак и одна умная уродина.
– Ты не уродина, - возразил он, против дурака ничего не имея.
Она посмотрела насмешливо.
– Да? А кто я?
– Ты?.. Просто Олли.
– Вот именно: просто Олли. Я подстриглась, а ты даже не заметил.
– Извини. Я тебя воспринимаю как-то целиком, без деталей.
– Понятно.
Стрижка у нее действительно оказалась модная, с косой челкой на глаза, даже
осветленная прядь появилась у виска. Ему почему-то впервые стало неловко. И захотелось
немедленно одеться.
– Пойду, - сказала она резко, как будто тоже почувствовав неловкость, и встала, - Мерлин
нужна сковородка.
************************************************************
– Идиотка, - подумала Оливия, закрыв за собой дверь, еще никогда она не уходила от
Льюиса в таком отчаянии, - так можно испортить всю дружбу, всё, всё, всё! Кончится всё
тем, что
он просто будет тебя избегать!Она прошла по воздушному переходу в женский корпус. В холле висели зеркала. Никогда
она раньше в них не смотрелась, с детства усвоила, что она некрасива и никому не нужна, и
больше не возвращалась к этому вопросу. Откуда же она знала, что однажды мир
перевернется?
А случилось это месяц назад. Он шел по коридору из спортзала, снял футболку и
размахивал ею. Она вдруг заметила, как красиво его тело, какая гладкая у него кожа, какая
ослепительная улыбка, и как обрывается что-то у нее внутри от его приближения. И этот бог
с потной футболкой был не кто иной, как ее Льюис!
Что с ней творилось после этого открытия! Но то была еще не трагедия. Трагедия
случилась потом, когда она все-таки взглянула в зеркало. То, что она увидела, было ужасно,
влюбиться в это было невозможно даже при самом теплом отношении. Конечно, надежда -
это прекрасно, но Оливия привыкла смотреть фактам в лицо. Факты говорили, что ей лучше
думать о науке, чем о любви.
С тех пор мало что изменилось, разве что она стала более ранимой, обидчивой и злой на
себя. Однажды попросила у Мерлин тушь для ресниц, а та искренне удивилась: «Зачем тебе?»
Вот именно, зачем? «Закрасить световод», - буркнула тогда Оливия и склонилась над своим
макетом анализатора полевых возмущений.
Подруга сидела в ее комнате, от скуки рассматривая ее недоделанный макет и крутя в
руках микропаяльник.
– Ну что? Накормила свое сокровище?
– До отвала. Держи, - Оливия поставила сковородку на стол.
– 12 -
– Как ему твоя прическа, Олли?
– Никак.
– Как это никак?!
– Да ерунда это всё. Он ничего не замечает.
Мерлин округлила глаза.
– Но тебе очень идет.
– Горбатого могила исправит. .
– Не говори так! Каждая женщина может стать красивой. Надо только очень захотеть.
Выслушивать наставления Оливия не любила. Захотелось сказать какую-нибудь резкость.
– Я... я слишком умна, чтобы тратить на это силы, - заявила она раздраженно, - и вообще,
я лечу на Пьеллу. Там полно уродов, так что я не буду слишком выделяться.
– Уродов?
– усмехнулась подруга, - хочешь сказать, что ты тоже уродка? А тебя, между
прочим, разыскивал очень интересный мужчина.
– Какой?
– удивилась Оливия.
– Высокий брюнет в черном плаще.
«Дядя Рой», - подумала она, но Мерлин добавила:
– С зелеными глазами.
Дядя Рой был очень, даже слишком интересный мужчина, но глаза у него были синие,
такие же яркие как у Льюиса. Они оба казались ей какими-то неземными существами, и тот, и
другой.
– Это, наверно, Оорл из комиссии, - сказала она разочарованно, - он и Льюиса