Чтение онлайн

Он-то знал, что его отец - представитель совсем другой, еще не известной людям

цивилизации.

– Я всем родственник, - заявил Герц, - и Индендра, и этим Оорлам, что б им пусто было. Я

плод, так сказать, совместных усилий.

– Но я-то нет!

– А кто же ты, по-твоему?

– Я просто другой!

– Как это, другой?

– Ну, я не знаю...

Герц принес подсвечник из другой комнаты, руки его дрожали, когда он подносил пламя

зажигалки к свечкам.

– Вот и я не знаю. И с мамочкой

твоей темная история. Она что, тоже была какая-то

особенная?

– Возможно, - хмуро сказал Льюис, - я об этом ничего не знал.

– А как ты вообще допер, что ты Прыгун?

– Разозлился, - соврал Льюис, хотя был недалек от истины.

– А! Ну, это бывает! Я как разозлюсь, у меня тоже клапаны срывает.

– Вот и у меня сорвало.

– Это я заметил! Я сразу понял, что ты только прикидываешься ягненком. Когда ты мне

врезал в коридоре. Прям как дед...

– Извини, - еще раз повторил Льюис.

– А прыгать тоже сам научился?

– А чего там сложного?

– Вообще-то ничего. Но отец меня учил. Жаль, что ты у нас сирота... да ты не огорчайся! Я

тебе буду и за папу, и за маму. Хочешь?

Он стоял с подсвечником, замотанный в покрывало и с петушиным гребнем на голове. В

нем смешалось зловещее и нелепое, дьявольское и шутовское, великое и мелкое. Он был

замечательный.

– А за друга?
– спросил Льюис.

– И за брата, - кивнул наследник престола, - мой-то, как оказалось, полный кретин.

************************************************************

******************************************

*******************

Вокруг столицы стояли лагеря наемников. Даже близко подойти к городу было

невозможно. Правда, Синтии это не касалось. Она, как обычно, привязала лапарга в лесу

– 251 -

неподалеку, потом вспомнила, что больше не вернется, и отпустила его совсем. И пошла

пешком по рыхлому снегу. Трудности плотного мира уже не пугали ее, долго оставаться в нем

она не собиралась.

Лапарг еще долго бежал за ней, не понимая своей внезапной свободы. Она стала

невидимой, но зверь упорно бежал на ее запах.

– Пошел!
– в который раз крикнула она, срываясь уже на визг, потом подошла, прослезилась

и поцеловала его в теплую мохнатую морду, - ну иди же, милый. Не мучь меня, иди!

Слезы капали и остывали не ветру. Она растерла их по щекам колючей варежкой. Слабость

ей была не нужна.

Возле лагеря лапарга поймали, посчитали, что хозяин убит. А хозяйка вздохнула и побрела

дальше по глубокому, вязкому снегу.

Было не столько холодно, сколько ветрено и промозгло. Наемники сидели у костров,

поглощали свою ужасную пищу из убитых и зажаренных на огне животных, пили вино и

громко гоготали. Царь Ихтох обещал хорошо заплатить им, Лафред был схвачен, дуплоги

обессилены. Чего им было опасаться?

Синтия

с трудом держала поле невидимости, холод и слякоть отвлекали. Иногда ей

казалось, что эти пьяные дикие рожи смотрят прямо на нее. Казалось, что и ее сейчас поймают,

разденут, свяжут и поджарят на костре. Сами рурги были более культурные, а эти дикари с юга

мало чем отличались от дуплогов с севера.

Когда лагерь закончился, Синтия вместе с повозками прошла в городские ворота. Она

добралась до базы и почти упала на руки Тиберию.

– Наконец-то, - сказал он с облегчением, - я уж и сам за тобой собрался. Твоим дуплогам не

поздоровится.

– Да, я видела эти рожи.

Она села к камину, протягивая к пламени окоченевшие руки.

– А где Леган?

– У царя. Вошел наконец к нему в доверие.

– Как ему это удалось?

– Победил на конкурсе придворных поэтов.

– И это - во время осады?

– У двора своя жизнь.

– Наверно, потому дуплоги и дошли до самых стен столицы.

– Знаешь, - Тиберий присел рядом, задумчиво поглаживая бороду, - тут события будут

развиваться очень интересно. Ихтох слаб и в войнах ничего не понимает. Рурги практически

повержены. А наемники сильны. И у них есть свои предводители. После того, как они

уничтожат дуплогов, рургам самим не поздоровится.

– Как всё это надоело!
– вздохнула Синтия.

– Это жизнь, моя дорогая, - усмехнулся Тиберий, - это история.

– Их история, - уточнила она.

– Мы в свое время тоже прошли через это.

– Какой ужас...

– Тебе пора возвращаться, Синти.

– Да, я знаю. Я не выдерживаю всего этого кошмара.

– Не все могут работать в Центре Погружений. Это не твоя профессия, детка.

– Спасибо, что напомнил.

Через час явился Леган. Он отряхнул с шапки снег и уставился на Синтию своими

раскосыми, наглыми глазами.

– Наконец-то! А я уж думал, что ты хочешь изучить все прелести разгрома.

– Еще неизвестно, кто кого разгромит, - недовольно отвернулась она.

– У твоих дикарей никаких шансов, - весело заявил он, разве что случится чудо.

– Может, и случится.

– Не смеши меня.

Он был нелепо одет в полосатую робу до пят, увешан ожерельями и браслетами и почти

налысо выбрит. Всё по моде царского двора.

– 252 -

– Ты тоже смешон, - сказала Синтия раздраженно.

– Это моя рабочая одежда, - ответил он наставительно, - я здесь на работе.

– Читаешь стишки обжирающимся придворным, в то время как у стен города наемники и

дуплоги?

– Да, - Леган внимательно посмотрел на нее, - и что?

– Извини, - она отвела взгляд, - я просто раздражена.

– Это я вижу.

– Где Лафред? Что с ним?

– Я только придворный поэт, дорогая.