Чтение онлайн

васков, генофонд которых он использовал для ее тела.

Аппиры раскопали когда-то десять мумий, принадлежащих предыдущей цивилизации.

Одну из них с телом царицы Нормаах ему удалось похитить. Это была целая история, о которой

не хотелось вспоминать, потому что закончилось всё тогда неудачно.

Он собирался освободить планету от людей и подготовить для скивров плотные тела,

используя генофонд их прямых предков - васков. Он рассчитывал на все десять мумий. И он

рассчитывал избавиться от влияния людей,

убрать Прыгунов и подчинить себе аппиров.

Рассчитывал. Но не рассчитал. Негодяй Кера спутал все его планы. Мощный оказался васк. И

хитрый!

Грэф не любил вспоминать свои неудачи. Тем не менее, всё это невольно вспомнилось и

передалось Оливии. Она впилась ногтями ему в спину. А ему передалось другое: комната с

голубыми световыми фильтрами, окно с видом на бесконечную снежную равнину, лицо

Ольгерда Оорла с возбужденными зрачками и жуткое волнение от этого. Эта идиотка Олли все-

таки была у него!

Дальше Грэф ничего не понял. На пике физических ощущений информация прекратилась.

Была просто синевато-оранжевая вспышка, похожая на мгновенное раскрытие гигантского

цветка. И всё это снова была только ее энергия. Обалденная была женщина, только не любил он

ее ни капли...

– Ты неисправима, - сказал он потом недовольно, - что у тебя там было с Оорлом?

– Ничего не было, - лениво потянулась Оливия.

– Правда?

– Ты что, ревнуешь?

– Я просто не хочу, чтобы всё сорвалось по бабьей слабости.

– У меня нет никакой бабьей слабости! Я явилась сюда, чтобы отомстить ему, а не любить

его!

– Но ты до сих пор его любишь.

– Что с того?
– Оливия холодно посмотрела жуткими темными глазами, - он убил меня.

Убил одним поцелуем. Он знал, что я боготворю его, и воспользовался этим! Подонок!

– Он может воспользоваться этим повторно.

– Неужели ты думаешь, я не устою после всего, что было? После того, как мою голову

отрубил мой собственный сын, а потом мои братья и племянница носили ее на подносе, как

именинный торт?! Не волнуйся, Ольгерд ко мне теперь и близко не подойдет!

Грэф посмотрел задумчиво.

– А Руэрто?

– А Руэрто слюнтяй, - презрительно заявила эта жуткая женщина, - до сих пор носит мне

цветы на могилу. . но этой дурочке Анастелле я его всё равно не отдам. Хватит того, что она

отобрала у меня Льюиса. Теперь ей понадобился мой сын! Размечталась, пигалица! Руэрто мой.

И больше ничей!

– Все твои, - усмехнулся Грэф, - до чего же ты жадная, Сия.

– 210 -

************************************************************

Под моросящим дождем кладбище выглядело особенно уныло. Даже яркий букет чайных

роз, которые Руэрто положил на гранитную плиту, не скрасил серости этого дня.

– Отпусти меня, - подумал он, склоняя голову, - отпусти наконец... почему у меня такое

чувство,

что ты до сих пор рядом и следишь за каждым моим шагом? Какую жертву тебе

принести, мама? Сто быков?

Желтая листва с осин почти вся облетела на асфальт. Он шел, глядя под ноги на тупые

носки своих сапог и на эти умирающие листья, и на душе было холодно и пусто.

На широкой дороге, разделяющей человеческую и аппирскую половины кладбища, стояла

девичья фигурка в голубом плаще с капюшоном и как будто дожидалась его. Из-под капюшона

выбивалась мокрая белая челка.

– Анастелла?
– удивился он.

– Да, - смутилась она, - я ходила к Патрику... потом увидела тебя.

– Что ж, - усмехнулся Нрис, - моя мать убила твоего брата. Нам самое место встречаться -

на кладбище.

– Если ты хотел побыть один, я не буду тебе мешать.

– Я уже побыл один. Пошли.

Они медленно побрели между оград и памятников.

– Вообще-то, - призналась Анастелла, - я здесь не случайно. Я знала, что ты здесь бываешь.

– Я догадался, - сказал он.

– Нам нужно поговорить.

– Да?

– Мне это нужно. Пригласи меня куда-нибудь.

– Я лечу домой.

– Тогда пригласи меня к себе домой.

Руэрто вздохнул.

– Приглашаю.

Он уже сожалел, что внес сумятицу в ее юную, неопытную душу. Девчонка была ему не

нужна. Он не хотел ее. Именно с ней всё было как-то сложно, неловко, мучительно. Ему

поскорее хотелось всё забыть.

Она отдала слугам мокрый плащ и оказалась в обычных джинсах и свитере. Юные щечки

полыхали трогательно-розовым румянцем. Руэрто распорядился, чтобы обед принесли в

гостиную, и пригласил даму пройти. О чем пойдет речь, он примерно догадывался, но всё

равно спросил:

– Ну? И что у нас случилось?

Анастелла присела на круглый диван и опустила голову, челка совсем скрыла ее лицо.

– Я люблю тебя. Вот что случилось.

– Это не любовь, - сказал он как можно равнодушней, - это по-другому называется.

– Мне не важно, как это называется, - она подняла на него раскрасневшееся личико, - я не

могу без тебя жить. Понятно? И я хочу быть твоей женой!

– Стелла...

Он даже сел от неожиданности.

– Забавно, - нервно улыбнулась она, - именно здесь я тебе говорила обратное. Так мне и

надо, дурочке...

Руэрто понял, что ему очень стыдно слышать эти слова. Наверно, потому, что именно их он

и добивался. И что теперь?

– Стелла, - он взял ее за руку, - послушай... я дерьмо, ничуть не лучше своей мамаши. Твой

Льюис подходит тебе гораздо больше, и я не собираюсь вам мешать.

– Мы уже расстались с Льюисом, - заявила она, - я ему всё сказала.

– Черт возьми!
– вырвалось у него с досадой.

Анастелла забрала свою руку и даже отодвинулась немного.