Сердце Лабиринта
Шрифт:
— Не буду спрашивать, откуда ты это знаешь. — Проведя рукой по волосам, которые выглядели наилучшим образом, когда были небрежно взъерошены, Иаскат вздохнул. — Полагаю, ты ждешь от меня помощи.
По идее, он должен был казаться угрюмым, но все, что он сделал, — это привлек внимание к мягкой полноте его нахмуренных губ. Варго поймал нижнюю губу большим пальцем. Прикосновение голой кожи к мягкой плоти напомнило игру, в которую Грей играл с Ренатой, только без шоколада, придававшего ей сладость. — Я буду благодарен, если ты это сделаешь.
Иаскат отбросил его руку. Не грубо, но Варго все равно вздрогнул. — Видимо, твоя благодарность — это все, что ты готов дать. По крайней мере, мне.
Приподняв маску, чтобы лучше разглядеть
Бледная кожа так легко покраснела. — Я поверил тебе, когда ты сказал, что тебя не интересуют эмоциональные отношения с кем бы то ни было. Но, похоже, Рената — не просто кто-то.
Варго вздохнул. С тех пор как Иаскат занял место Аргентета, они стали встречаться чаще, и не всегда для того, чтобы обсудить дела с медальонами. Он очень хорошо узнал Иаската.
Достаточно хорошо, чтобы понять, как сильно он похож на его тетю Состиру.
И достаточно хорошо, чтобы не выражаться так прямолинейно. — Ты уверен, что это говоришь ты, а не Туат?
Кожа Иаската так же легко покраснела, как и побледнела. Его рука метнулась к броши vesica piscis у горла — символу офиса Аргентета. — Я... Черт! — Его лоб упал на плечо Варго и замер. — Может, притворимся, что я не выставил себя дураком?
— Мы можем играть в любые игры, какие захочешь. Позже. Если ты проведешь меня через это испытание. — Варго зарылся рукой в волосы Иаската и осторожно поднял его голову. — Рената рассчитывает на то, что я буду добиваться всеобщего неодобрения, и тогда они сплотятся в поддержку того, кого она хочет видеть победителем.
Иаскат бросил на него неприязненный взгляд. — А тебе не приходило в голову, что друг может помочь в этом?
— Туат — это твоя слабость, от которой тебе сейчас нужно защищаться. — Варго поморщился. — Сессат — моя.
Натянув маску на лицо Варго, Иаскат провел пальцем по его бумажным губам. — Возвращайся в свое укрытие. Я спасу твою приманку.
Палаэстра, Флодвочер: Апилун 8
К моменту окончания последней дуэли Грей хотел лишь одного — осушить весь кувшин с охлажденной лимонно-мятной водой, поставленный для участников. Он привык к спаррингам, и охлаждающая нумината, которую Тесс поменяла с плаща Варго на плащ Грея, не давала ему перегреться, но сражаться в маске... он чувствовал себя так, словно окунул голову в таз с потом. Рот, напротив, пересох, как сухой рис, и жаждал прохладного, терпкого напитка.
Однако он не понаслышке знал, что случается с теми, кто поддается этому желанию. Если бы Варго не остановил его в начале дня, Грей мог бы стать одним из них. — Не советую, — сказал Варго, кивнув на напитки, расставленные в Палаэстре. — Видел, как кто-то добавлял в кувшин, и не думаю, что это был мед. — Конкуренты, которые вскоре после этого бросились в гальюн, стали жалким свидетельством мудрости его предупреждения.
Несколько отставших все еще сражались в последних поединках, но на площадке толпились вольти, оплакивающие свои поражения или радующиеся победе. Некоторые не снимали масок, но почти все сбросили плащи и были одеты лишь в помятые и липкие от пота рубашки с рукавами. Даже нуминаты, обдувавшие павильон, не могли выветрить из тел пот после дневных нагрузок.
Тем не менее пот и запах не могли испортить хорошего настроения Грея. Хотя, пройдя первое испытание, вольто не обязан был побеждать во всех поединках, если он хотел добиться расположения толпы, эту планку нужно было преодолеть. И он с легкостью справился с этой задачей, несмотря на все старания других измотать его на ринге.
Некоторые нападали на него из-за его врасценского происхождения — маска закрывала его лицо, но не волосы или затылок, — но настоящие вызовы исходили от профессиональных дуэлянтов, которые видели в нем любимца Донайи. После долгих лет отсутствия домашнего дуэлянта зачем ей нанимать врасценского, разве что из жалости? Сегодняшние победы Грея принесли ему не только жетон на следующее испытание, но и, как он надеялся, толику уважения.Глупая надежда, подумал он, выходя на свежий воздух.
В тесном павильоне локоть, попавший ему под ребра, можно было принять за несчастный случай, а вот удар ногой в заднюю часть колена — нет. Грей упал, подняв руки, чтобы поймать ногу, направленную ему в голову. Он едва не повалил женщину вместе с собой, но осторожность удержала его. Он уже играл в эту игру, бесчисленное множество раз в первые дни своего пребывания в Бдении. Если он ответит, то, когда пыль осядет, винить будут только его.
По той же логике, нападавшие не могли долго продолжать это, не привлекая внимания. Грей отпустил женщину и сосредоточился на защите головы, оставив ребра на произвол судьбы.
Слишком поздно он сообразил, что это оставляет его карманы в свободном доступе для того, кто не продержался бы и колокола, работая в толпе Нижнего берега.
— Что здесь происходит?
Иаскат Новрус действительно вжился в свою новую должность; его тон был достаточно авторитетным, чтобы Грей встал на ноги. Но если учесть, сколько ударов он получил, разве можно винить его за то, что, поднимаясь, он налетел на одного из нападавших? На мужчине была маска в виде созвездия, но Грей узнал его по родинке на правой стороне шеи. Это был его товарищ по дуэли, Арран Личино. Искусный фехтовальщик — он еще в самом начале поединка забрал свой жетон за победу — и он не раз заявлял, что заслуживает должности Трементиса больше, чем некий выскочка с Нижнего берега.
— Прошу прощения, ваша светлость, — сказал Личино. — Здесь толпа. Ворон Вольто споткнулся.
Взгляд Иаската нашел Грея. — Это правда?
Сколько раз ему задавали этот вопрос? И всегда ответ был один и тот же. — Да, ваша светлость. Я очень устал, и это сделало меня неуклюжим.
Фыркнув от смеха, Личино позволил друзьям увести себя. Любопытно оглянувшись, Иаскат тоже зашагал прочь. Грей уже представлял себе, как Рук наведается в дом Личино этой ночью, когда к его локтю прикоснулась чья-то рука. На этот раз верх взяли рефлексы: Он поймал запястье и сжал его в замок.
— Ой, — сказал Варго.
Грей отпустил руку, словно схватил раскаленное железо. — Извини.
— Сам виноват, — сказал Варго, стряхивая неприятные ощущения с запястья. Его призматическое вольто отражало искаженную радугу. — Проверь свой карман. Кажется, один из них украл твой победный жетон.
— Так и есть. В этом и был смысл нападения на меня. Ну, и чтобы преподать мне урок.
В другой руке Варго держал стакан с лимонно-мятной водой. Он посмотрел на него и сказал: — Я как раз хотел предложить тебе это — она свежая и безопасная для питья, — но нам лучше пойти и вернуть твой жетон.
Пока он говорил, зазвенели куранты, давая сигнал победившим дуэлянтам явиться на улицу для церемонии закрытия.
Церемония, на которой они должны были показать свои победные жетоны, тем самым обеспечив себе место в следующем раунде.
— Черт. Времени нет. Вот. — Варго протянул Грею воду и покопался в кармане жилета. Очевидно, у него было время на такое изменение. На самом деле он выглядел свежим и отдохнувшим, как человек, пролежавший весь день... Грей подозревал, что так оно и есть, учитывая, как хорошо Призматический Вольт вел себя на дуэлях. Бросив Грею свой жетон — резной деревянный диск со скрещенными мечами, — Варго сказал: — В любом случае план провален, но лучше так, чем иначе.