Чтение онлайн

– Пару дней. Вот западло, - простонала Ника.

Она села на стул, обхватила голову руками. Последняя надежда на спасение Цератопа, прошла словно насморк. Отчаяние показало липкий нос, и радостно виляя хвостом, обнюхало ноги хозяйки. Но тут Нику снова осенило. Она воскликнула:

– Хорошо! Тогда делайте октаграмму для меня.

Фрост подозрительно спросил:

– То есть не для тролля, а для вас?

– Для меня. И мне эта октаграмма нужна уже завтра.

– Это я смогу сделать.

– От меня что-нибудь требуется?
– побеспокоилась

Ника.

– Да. План места, из которого вам нужно переместиться. И если это возможно маркировка блокаторов.

Более эффективными октаграммами перемещения являлись символы, ориентированные на выполнение узкой, определенной задачи и для конкретной персоны. Требовалась тишина, в которой создавалась абстрактная ситуация перемещения, сосредоточение на владельце и в завершении многочасовой настройки вербальная формулировка задач.

– Хорошо, я достану. Буду через час, - сказала Ника и воодушевленной вылетела из кухни. Но тут же вернулась и, выглянув из коридора, спросила:

– Эм, Грегори?
– начала Верис неуверенно. Она никогда раньше не произносила его имя отдельно. В ее устах оно звучало странно.
– У меня есть один вопрос.

Фрост вопросительно поднял бровь.

– Вы обязательно должны выглядывать из коридора, чтобы задать его?

Ника зашла на кухню и сказала:

– Сегодня, когда я была у Лионкура, он подтвердил, что вы ничего не помните. А еще... сказал, что проснувшись завтра, вы не будите помнить наш сегодняшний разговор. Это так?

Фрост долго смотрел в глаза девушки, потом ответил:

– К сожалению, да. Каждый раз я просыпаюсь как будто в то самое утро, после праздника шаманов. Каждый день я заново узнаю о смерти своих друзей. И что обвиняют в этом меня.

На мгновение, Ника задумалась, считал ли Фрост, что она повзрослела, но быстро вернувшись к разговору, спросила:

– А как все это узнаете? Вы ведь ничего не помните.

Маджикай с улыбкой попросил:

– Только не смейтесь, ладно.

– Ладно.

– Я веду дневник,- сказал Фрост, - в который записываю все самое важное прожитого дня.

Ника обещала не смеяться, она тихо хмыкнула и вышла из кухни. В этот момент, ей на мгновение показалось, что она простила сигнатурного маджикайя.

***

– Я всего-то хочу вам помочь, - брезгливо скривившись и передернув плечами, сказала Ника.

– Бумагу подкинь, - попросил Цератоп, приподняв смердящий зад с унитаза.
– Не подходящий ты, деваха, момент нашла.

Ника просунула руку через решетку, взяла с полки туалетную бумагу.

– Да откуда ж я знала, что вы на горшке сидеть будите!
– кинув рулон в темноту, возмутилась она.

– Здесь очень сытно кормят, - попытался оправдаться тролль.

На какое-то время в камере воцарилось напряженное молчание, нарушаемое доносящейся из нужника физиологической 'стрельбой'.

– Оооо, хорошооо, - удовлетворенно прокряхтел тролль после.

– Какое унижение, - зажав нос рукой, пробормотала девушка.

– Дуреха, твой план мне не нравится, -

донеслось из темного угла.
– Я ж тебе не скоморох!

– Я пытаюсь вас вытащить отсюда, а вы называете меня 'дурехой'. Не очень-то дальновидно с вашей стороны.

В камере раздался звук слива.

– Эх, хорошо, хорошо. Виноват, - согласился Цератоп, подходя ближе.
– Я удивлен. Нет. Я польщен. Чтобы какая-то великородная фря, так пеклась обо мне? Чем же я заслужил подобную милость?

– О, небеса. Это не имеет никакого значения. Вы поняли, что нужно делать или нет?
– спросила Ника изнывающим шепотом.

– Странная ты моя, скажу тебе больше, - усмехнулся тролль, - я ни шиша не понял. Но поскольку завтра мне все равно умирать, - пропыхтел Варпо, потягивая через решетку лапу.
– Согласен.

– Ой, давайте без рукопожатий, - гадливо отдернув руку, предложила Ника.
– Вы ей только что подтирали свой зад.

Тролль понюхал лапу и спросил:

– А ты, разумница, уверена, что духи тебя послушают? А этот твой врачишка не проболтается?

Ника по-деловому начала загибать пальцы:

– Во-первых - я маджикай. Во-вторых - я агент ЦУМВД и духи должны мне подчиниться. В-третьих - вы тролль и никому нет до вас никакого дела. Нас даже сейчас, никто не подслушивают. А в-четвертых мой врачишка знает не все, и лишь поэтому, согласился мне помочь. Варпо, если вы все поняли и не хотите завтра скопытиться, тогда может, начнете?

– Прямо сейчас?

– Пожалуй, откладывать не стоит.

Цератоп вытер губы тыльной стороной лапы. Уселся на пол. Бросил недоверчивый взгляд на юную посетительницу и закричал:

– А-А-А-А-А-А!
– эхо унесло этот вопль ко всем дежурившим в это утро призракам.
– О-О-О-О! КАК ЖЕ БОЛЬНО!

– Не переигрывай, Цератоп, - пропищала Ника, оглядываясь по сторонам.

Варпо прислушался к совету - понизил вопли, но заколошматил ногой по решетке. Тролли вообще не умели вести себя тихо.

– О-о-о! Как же мне больно! Помогите! Спасите! Погибаю! Тону! Схожу с ума!

'Немногим лучше'- подумала Ника.
– Гиберт!
– позвала она, пытаясь перекричать вопли тролля.
– Гиберт Эсс Ки!

Как только было произнесено его имя, призрак, словно тесто поднялся из пола.

– Что случилось, госпожа?
– спросил он вежливо.

– Смотрите, - девушка показала на катавшегося по камере синекожего притворялу.
– Этому громиле плохо. Ему срочно нужна квалифицированная помощь.

Наблюдательный призрак почти незаметно улыбнулся.

– Не беспокойтесь. Тролль симулирует и не стоит ваших переживаний.

Цератоп на какое-то мгновение приостановил старания, но заметив невозмутимое лицо соучастницы, продолжил страдать.

Ника проигнорировала недоверие призрака. Она твердым голосом сказала:

– Я требую, чтобы вы немедленно отвезли Цератопа на осмотр. Его необходимо обследовать. Тролли переносчики страшных инфекций.

Страж внимательно посмотрел на девушку.