Щупальца спрута
Шрифт:
– Где-то я вас видел.
– Возможно. Но я к вам пришел не за тем чтобы вы вспоминали, где могли меня видеть, – строго заметил Стас.
– Не обижайтесь. Это я так, – Мордовцев поспешил сменить разговор, понимая, что начал не с того. Для начала надо было капитану предложить пройти.
– Прошу вас, в комнату, – сказал Мордовцев, а сам незаметно от Кручинина кивком указал Наташе на дверь ванны, куда девушка тут же шмыгнула, избежав тем самым ненужных вопросов от мента.
– Не понимаю вашего внимания к своей скромной персоне, – произнес он изображая на лице полное недоумение, переходящее в трепет перед органами. Хотя отчасти наверное так и было. С
Кручинин прислушался к плеску воды в ванной, отдавая должное прозорливости Мордовцева. Ну и хитрец же он, как ловко вывел Наташу из-под удара. Ведь если бы на месте Стаса был другой опер, наверняка бы задал вопрос по поводу девушки и потребовал ее документы. Но Стаса сейчас интересовало другое.
– Что же это вы, Сергей Валентинович, – произнес Кручинин так, словно собирался отчитать Мордовцева за непослушание.
– А что я? – в глазах создателя пирамиды было заметно непонимание.
– В вашем подъезде был убит человек…
Мордовцев кивнул.
– Да. Я слышал.
Не обращая внимания на его реплику, Кручинин продолжил:
– Мы проводили следственные мероприятия. Всех жильцов опросили, а с вами встретиться все никак не получалось. Признаться, думал и сейчас вас не застану дома. И вот удача. Взгляните-ка на эту фотографию.
Мордовцев понял о ком пойдет речь, о его водителе Савелии. Больше в их подъезде никого не убивали. Теперь он знал цель визита к нему оперативника, но легче почему-то от этого не стало. Более того, появилось недоумение: почему раскрытием этого казалось бы рядового убийства занимается РУБОП? А может быть через это убийство менты хотят подобраться к нему? Ответы на эти и другие вопросы касающиеся его безопасности так взволновали Мордовцева, что на какое-то время он отвлекся ни о чем другом не думая, и зная: спокойного сна у него уже не будет.
– Вот, – Стас достал из папки фотографию Савелия Макушкина. Возможно, они бы так никогда и не узнали, что Макушкин был у Мордовцева водителем, если бы не Наташа. Случайно увидев у Стаса фотографию убитого, она опознала его, заявив, что этот человек вез их. И потом приходил к ней на квартиру, якобы по просьбе Мордовцева.
– Сергей Валентинович?! – Кручинин заметил, что Мордовцев его не слушает и на предложенную фотографию не обращает внимания.
– Извините. День сегодня какой-то тяжелый. Голова что-то болит, – проговорил создатель пирамиды и не притрагиваясь к фотографии, глянул на нее. Взглядом без эмоций.
– Нет, я этого человека не знаю, – покачал он головой.
– И ни когда тут не видели? – добавил Стас, убирая фотографию обратно в папку. Давить на Мордовцева Кручинин не стал. Его целью было напугать создателя пирамиды, заставить взволноваться. И кажется это удалось. Мордовцев хоть и казался внешне спокойным, но Стас чувствовал – внутри у него теперь все не на месте.
Цель была достигнута и можно уходить и тем самым дать возможность Сергею Валентиновичу принять для успокоения корвалол. Хотя если он поможет. Интуиция подсказывала Стасу, теперь задумка его сработает. Должна сработать.
Выйдя из дома, Стас сел в свою машину, но прежде чем уехать, глянул, заметив в окне на пятом этаже очкастую физиономию Мордовцева. Улыбнувшись, Кручинин завел мотор и тронулся, чтобы у создателя пирамиды окончательно не расшатались нервишки. Еще там в квартире заметил,
как нелегко тому было вынести присутствие РУБОПовца. Будет еще голову ломать, чего это Стас стоит под его окнами. Может о слежке подумает. А это ни к чему. Потому что если он будет думать о слежке, то станет осторожным. И попробуй тогда к нему подберись.Отъехав от дома Мордовцева, Стас остановился. Достал из кармана пиджака точно такую же трубку мобильника, какую он дал Наташе. Нажал на ней сбоку маленькую почти незаметную кнопку и приложил трубку к уху.
Наташа уж точно не возьмет свою трубку в ванну. Наверняка оставит в своей сумочке, а значит, если Мордовцев сейчас станет кому-нибудь звонить, Стас услышит его голос. Технари вставили в трубку очень чувствительный микрофон.
И надежды капитана оправдались. Он услышал голос Мордовцева. Правда чуть приглушенный. Скорее всего Мордовцев вышел в кухню, а Наташина сумочка осталась в прихожей.
Начало разговора он пропустил, потому что включил свою трубку не сразу, а только когда отъехал, а Мордовцев видно схватился за телефон сразу. И разговаривал он, как понял Стас, с довольно серьезным человеком, которому пожаловался, что к нему приходил мент.
– Ты что не понимаешь? – произнес Мордовцев с упреком. – Он не просто мент, а оперативник РУБОПа.
Разговаривавший с Мордовцевым человек судя по всему не выказал особого беспокойства, в отличие от самого создателя пирамиды. Стас жалел, что нельзя было слышать его. Это бы многое дало. Хотя достаточно и того, что говорил Мордовцев.
– Ты спокоен. Ведь он приходил ни к тебе, а ко мне. А вдруг они докопаются и узнают, что Сава был моим водителем? Я сказал, что не знаю его и никогда не видел. И под этим я расписался. И если обман раскроется…. Одним словом, я решил уехать из Москвы. На время.
Стас чувствовал себя победителем. Вот оно свершилось. Мордовцев струсил и теперь хочет уехать. Он еще точно не решил на сколько. Может на неделю. Или месяц. Это неважно. Важно, что без денег он не уедет.
Кручинин прижал трубку к уху, чтобы получше слышать и не пропустить что-нибудь важное. Услышал, как Мордовцев заговорил о деньгах. И когда возможно от главного, то, что надо было узнать Наташе а теперь и ему, капитана отделяло всего ничего, Кручинин услышал стук в окно. Глянув, увидел молодого лейтенантика ДПС.
– Гражданин, вы в курсе, что останавливаться на пешеходном переходе нельзя? Правила дорожного движения когда последний раз читали? – напустился лейтенант с претензиями, и как видно имея твердое намерение обязательно наказать нерадивого водителя.
Кручинин посмотрел. Оказалось, что в спешке он залетел под знак, обозначающий пешеходный переход. И пока отвлекся на гаишника, пропустил концовку, того, что обязательно надо бы услышать. Теперь в трубке был слышен разговор Мордовцева с Наташей. Она по видимому уже вышла из ванной.
– Черт бы тебя лейтенант побрал. Ты мне все испортил, – сказал Стас, убирая трубку в карман.
Гаишник захлопал глазами как ошалелый.
– Чего? Вы мне такое сказать?..
– Ладно, лейтенант, не сердись? – Стас достал из кармана удостоверение. – Понимаешь, я здесь не просто так, а выполняю оперативное задание.
– Разговор по мобильнику, это оперативное задание? – в голосе лейтенанта гаишника слышалась откровенная насмешка, что в некоторой степени было неуважительно и даже оскорбительно по отношению к старшему по званию, то есть к капитану Кручинину. Поэтому Стас посчитал своим долгом восполнить недостающее звено в понимании работы оперативного сотрудника РУБОП.