Щупальца спрута
Шрифт:
Стас сидел в своей машине и слушал все что через спутниковую связь передавало приемное устройство вмонтированное в трубку мобильника. И пока от услышанного был не в восторге. Ровное гудение мотора и ничего более. И продолжалось оно не менее часа, прежде чем машина остановилась и Мордовцев заглушил мотор.
– Слава всевышнему, – с облегчением вздохнул Стас, испытывая в голове неприятные ощущения как будто мотор в машине Мордовцева еще не выключен. Еще с полчаса такого прослушивания и можно сойти с ума. Тут же он услышал звон колокола.
– Одно
Стас знал, что в последнее время стало модой, когда тот или иной миллионер посещали храм, но не в Москве, а где-нибудь в Тверской области или Владимирской. И там в уединении каялись на коленях перед иконой Спасителя о своих не праведных делах. Нечто похожее могло произойти и с Мордовцевым.
Но как оказалось, Кручинин ошибался, и это он скоро понял по разговору, который состоялся у Мордовцева с неким человеком. Сергей Валентинович обращался к нему почтительно – отец Александр, а тот в свою очередь называл создателя пирамиды уважительно по имени отчеству. Разговор этот происходил в каком-то уединенном месте, где кроме Мордовцева и отца Александра больше никто не присутствовал.
– Я приехал за своими деньгами, – услышал Стас голос Мордовцева, обращенный к некоему отцу Александру, который как видно не спешил с ответом.
Сначала в трубке раздался звук, который бывает когда переливают воду из одного сосуда в другой. Потом басовитый голос с едва уловимой хрипотцой произнес:
– Выпейте Сергей Валентинович чаю. Я сам настаивал его на травах. Это придаст вам здоровья и благоразумья.
– Благоразумья? О чем вы? На что намекаете? – в сдержанном голосе Мордовцева послышалось возмущение.
– Я, уважаемый Сергей Валентинович, имею в виду то, чего нам всем смертным людям так не хватает. Сейчас все только и делают, что стремятся к материальному благу, а надо думать о духовном. Вот в этом и заключается благоразумие. Вот вы приехали и требуете денег.
– Заметьте, свои деньги, которые я передал вам на хранение под честное слово Дмитрия Васильевича, – произнес Мордовцев не скрывая раздражения, хотя пять минут назад в общении с отцом Александром он себе позволить такого не мог.
– Прошу меня простить, но я всех этих ваших тонкостей не знаю. И слава Богу. Дмитрий Васильевич привез нам в монастырь на хранение четыре сумки…
– Мы привезли, – подчеркнуто уточнил Мордовцев, перебивая отца Александра. – Разве вы забыли, что я тоже приезжал вместе с Дмитрием Васильевичем.
– Напрасно вы, Сергей Валентинович, не хотите выпить чаю, – укорил отец Александр Мордовцева.
– Сами пейте свой чай. Может он вам освежит мозги.
– Не надо так, Сергей Валентинович. Не хорошо. Я божий человек…
– Замолчите. Не смейте так говорить. Вы что думаете я не знаю о ваших трех судимостях.
– Я раскаялся.
– Да ни черта вы ни в чем не раскаялись. Поставил вас сюда Дмитрий Васильевич настоятелем, вот вы и торчите
тут. Пьете, жрете так что пузо на нос лезет. И заметьте, на мои денежки. А теперь, когда я приезжаю получить свои деньги, вы же мне их и не отдаете.– Бог простит вам вашу несдержанность в словах, а вот мы…
– Да я плевать хотел на вас.
– Ой, напрасно вы так. Забыли, кто заботился, кто вам помогал когда вы сидели в тюрьме. Забыли, кто побеспокоился, чтобы вас перевели в отдельную камеру. Эх, Сергей Валентинович, окажись вы в общей, не известно чего бы с вами было. Местные бандюки быстро бы востребовали с вас те деньги, которые вы получили от людей, а они умеют это делать лучше следователей. И не вернули. Неблагодарный вы человек. Забыли, кому обязаны своим благополучием. Кто вас опекал. Приезжаете сюда и требуете вернуть вам деньги. Говорите, ваши. А ваши ли они?
– Что? Что вы такое говорите, отец Александр?
– А то и говорю. Что уезжайте-ка вы отсюда Сергей Валентинович. Потому что без Дмитрия Васильевича я вам не дам ни цента. Вот если только чаем напою. Извольте, – предложил отец Александр.
– Да идите вы к черту со своим чаем, – это было последнее что произнес Мордовцев перед тем как хлопнуть дверью.
Стас предположил, что скорее всего разговор проходил в келье настоятеля храма. Потом слышались шаги. Видно Мордовцев торопливо шел к машине и пока он еще не уехал, Стас быстро набрал номер своего приятеля капитана Андрея Скворцова работающего в техническом отделе. К счастью тот оказался еще на месте и Кручинин попросил его проверить откуда поступает сигнал на его трубку.
– Да не вопрос. Можно проверить. Вопрос лишь в том, что мне за это будет. Ведь этот объект у нас не проходит в разработке. А стало быть начальство может за такое дать по шапке. Но для лучшего друга я готов на все. И так запоминай. Я посмотрел по компьютеру по карте. Сигнал идет из села Ямское. Это в ста километрах от Москвы по Ленинградскому шоссе. Минутку. А вот сейчас источник двигается к Москве. Тебе отследить куда он направляется.
– Да нет, не надо. Этого достаточно, – Стас поблагодарил приятеля за услугу.
– Ну как знаешь, – ответил Скворцов и отключил телефон.
Стас достал карту Московской области. Нашел на ней село Ямское. Оказалось это на границе с Тверской областью.
– Вот, значит, где Сергей Валентинович Мордовцев хранит свои денежки, – произнес он в приподнятом настроении и не откладывая, сразу же позвонил Зубрикову, сообщив, что нашел тайник создателя пирамиды.
– Но могут возникнуть проблемы с изъятием денег, – предупредил Стас припоминая о разговоре Мордовцева с отцом Александром. – Возможно тайник охраняется.
– Я постараюсь решить эту проблему, – пообещал Зубриков и велел Стасу ждать на развилке Волоколамского шоссе с Ленинградским. – Через двадцать минут я подъеду.
Стас торопился, опасаясь попасть в пробку. Последнее время на улицах стало твориться что-то невозможное и даже мигалка, которую он иногда использовал в нарушение всяких правил, не всегда помогала. Но на этот раз с Шаболовки до назначенного Зубриковым места он добрался за пятнадцать минут. Зато сам полковник опоздал ровно на столько же.