Счастье Харви Гаррарда
Шрифт:
Харви быстро просмотрел все пачки. То же самое. Он обернулся и виновато взглянул на мертвого. В полузакрытых глазах старика застыла смерть. Харви весь дрожал. Впервые за всю свою жизнь он испытал страх - нервный, тупой страх, охвативший все его существо. Его пальцы, прикасающиеся к деньгам, дрожали.
– Господи!
– прошептал он.
Звук собственного голоса вернул ему хладнокровие и сообразительность. Он почувствовал в себе внезапную перемену. Надо было что-то предпринять. Он взглянул на часы: двадцать минут одиннадцатого. Дежурный придет не раньше полуночи. В коридорах ни звука. Харви запер дверь и принялся лихорадочно пересчитывать банкноты. Десять пачек по двадцать ассигнаций
Он опустился в кресло, разложил деньги перед собой на столе и принялся размышлять над моральной стороной происшедшего. Как и многие другие, Харви был педантично честен потому, что ему ни разу в жизни не представилось случая поступить бесчестно. Если бы он увидел, как человек роняет стофунтовую бумажку, он бы не задумываясь вернул ее владельцу. Если бы знакомый предложил ему принять участие в какой-нибудь мошеннической спекуляции, он бы с презрением отказался. Но в данную минуту он находился в положении, заставившем его глубоко задуматься. Если бы не это чудо, что лежало перед ним на столе, то завтра его имя и имена людей, серьезно взиравших на него с портретов на стенах, покрылись бы вечным позором. Однако, несмотря на всю свою неопытность в делах, он отлично понимал, насколько опасно пускать эти банкноты в оборот. И все же предстояло рискнуть. Он не сумел сохранить оставленного его предками состояния. Теперь же ему предоставилась возможность исправить свою ошибку. Его решение крепло с каждой минутой; Он убрал ассигнации в ящик стола, запер его, сунул ключ в карман и вышел на улицу. Жребий был брошен.
Глава 5
На следующее утро, ровно в девять часов, Харви вышел из своего роскошного лимузина, приказал шоферу ждать и поднялся по ступеням в здание своего торгового дома.
Служащие стояли группами и о чем-то перешептывались. Касса была закрыта, а на первом этаже, перед дверью приемной, стоял полисмен. Греторекс поспешил навстречу шефу.
– Вы слыхали, сэр, что произошло вчера вечером?
– Нет. Что, новые неприятности с банком?
– Трагическая случайность, сэр, в которой я чувствую себя виновным.
Харви прошел с ним в свой кабинет и предложил ему кресло.
– Расскажите обо всем спокойно и по порядку.
– Да, сэр. Вчера вечером сюда пришел владелец американской фирмы по выделке кож, Эбинайзер Свэйл, с которым мы тесно сотрудничали уже много лет. Он хотел видеть вас, но вы были в банке. Мы довольно долго беседовали с ним о делах. Как старинный друг вашего отца, он очень хотел познакомиться с вами. Я полагал, что вы скоро вернетесь, и он решил вас дождаться. Я провел его в приемную и - в этом полностью моя вина, сэр, - совершенно забыл доложить вам о нем, когда вы приехали.
– Не вижу в этом ничего трагического.
Его, вероятно, заперли, и он вынужден был провести здесь всю ночь?
– Да, сэр, но худшее не в этом. Он... Он...
Простите меня, сэр, я все еще ужасно взволнован... Он умер.
– Умер?? Здесь, в приемной?
– Да, сэр. Очевидно дежурный при обходе не заглянул туда, и мы обнаружили труп только сегодня утром.
– Какой ужас! Надеюсь, вы приняли все нужные меры?
– Я сделал все возможное,
сэр. Тело отвезли в больницу. Врач говорит, что необходимо тщательное исследование, хотя и не сомневается в причине смерти старика - разрыв сердца.– Он жил здесь, в Лондоне?
– В отеле "Савой". Он всегда там останавливался. Мы позвонили туда и узнали, что он снял номер на две недели, так как в ближайшие дни ждал приезда внучки из Парижа, для которой также снял номер.
– Внучка из Парижа?
– спросил Харви, чувствуя, как мужество покидает его.
– Так сказали в отеле, сэр. Да, совсем забыл... Вас ждет полицейский инспектор, сэр. Он хотел задать вам несколько вопросов.
– Пришлите его сюда.
Инспектор оказался типичным представителем своей профессии: серьезный, немного торжественный, исполненный сознания своего долга и очень важный. Он почтительно приветствовал Гаррарда.
– Прискорбная история, инспектор. Мой управляющий говорит, что вы хотели спросить меня о чем-то?
– Ничего особенного, сэр. Вы ведь задержались здесь позже остальных, не так ли?
– Да, почти до половины одиннадцатого. Меня не было четыре года, и теперь требуется уйма времени, чтобы снова войти в курс дела.
– Конечно, сэр. Вы случайно не слышали крика в приемной?
– Ни звука.
– Когда вы уходили, свет нигде не горел?
– Я не смотрел по сторонам, инспектор. Но, думаю, если бы в приемной горел свет, я бы это заметил.
– Разумеется, сэр. Вы знали покойного?
– Никогда прежде не видел его. Он как раз приехал познакомиться со мной.
– Это полностью совпадает с уже полученными мною показаниями. Благодарю вас, сэр.
Сразу после его ухода Харви вызвал Греторекса.
– Я очень сожалею о случившемся, Греторекс, но дела есть дела. Счета у вас?
– Да, сэр.
– Принесите их мне. В котором часу их следует передать в банк?
– В любое время до четырех дня, сэр.
– Отлично. Я отправлюсь туда сразу после ленча.
Кассир медлил уходить. Одной рукой он сжимал ручку кресла, а другой нервно теребил лацкан своего поношенного сюртука.
– Простите, сэр, - произнес он наконец, - разрешите спросить, договорились ли вы с банком?
– Надеюсь, на этот раз все обойдется. Разумеется, в такой короткий срок я не сумел собрать всю сумму наличными, но я уплачу хм.., ценными гарантиями.
– Благодарение Богу, сэр!
Харви с интересом взглянул на него.
– Вы очень преданы нашей фирме, Греторекс... Как по-вашему, расплатившись с долгами, мы спасем ее?
– При данных обстоятельствах нет, сэр.
– Вот я и хочу узнать, что именно в этих "данных обстоятельствах" должно измениться.
– Мистер Эрмитейдж часто говорил, что я не правильно понимаю смысл торговли, что я не вижу дальше своих бухгалтерских книг... Быть может, он и прав, сэр. Но я заметил много ошибок в управлении фирмой за последние семь лет. Например, товары закупали только агенты, а они, как известно, следуют скорее рутине, чем реальному спросу дня. Мы покупали не тогда, когда представлялась выгодная сделка, а когда кончались старые запасы.
– Понятно. А сбыт?
– Нашим агентам по продаже недостает широких полномочий, сэр. Они обязаны продавать по определенной цене, а принципом мистера Эрмитейджа было лучше потерять все, чем хоть немного снизить цены. Для сегодняшнего состояния рынка наши цены непомерно высоки.
– Пожалуйста, дайте мне ежемесячные отчетности о количестве купленного и проданного товара за последние три года. Сколько у нас представительств?
– Семь, сэр, из них два в Лондоне.
– Сколько наших представителей сейчас здесь?