Сачлы (Книга 2)
Шрифт:
– Заверяю тебя, Таир, банда Зюльмата будет поймана в самое ближайшее время. Мы покараем также и тех, кто поддерживает бандитов, кто вдохновляет их. Мы найдем убийцу Сейфуллы. Чека раздавит всех врагов рабоче-крестьянской власти! Однако нужно терпение.
– Терпение, но не промедление, - закончил Демиров. Помолчав немного, сказал: - Я, Алеша, намереваюсь побывать на эйлагах, посетить некоторые деревни.
– Когда? В какой части района?
– Возможно, уеду послезавтра.
– Неподходящее время выбрал, Таир. Нельзя ли повременить, а?
– Нельзя, - решительно сказал Демиров.
– Считай, Алеша, это вопрос решенный.
После бессонной ночи под глазами
– А теперь, Алеша, иди спать, - сказал он.
– И не сердись на меня за воркотню. Имей в виду, покою не дам, пока Зюльмат гуляет на свободе.
Наконец-то Кара приступил к своей новой должности начал выполнять обязанности конюха при райкомовской конюшне. Материально это была менее выгодная работа, чем в столовой, но Кара был доволен тем, что наконец избавился от каждодневных унизительных окриков и попреков.
– Честное слово, Сары, я прямо-таки счастлив, - делился он с братом радостью, вернувшись с работы в первый день.
– Теперь мне не надо выслуживаться перед посетителями, гнуть спину перед всякими невеждами, которые мнят себя большими начальниками. И конь у Демирова что надо. Я прямо-таки влюблен в него. Мне кажется, лучшего жеребца я не видел на свете, - статный, резвый, выносливый. Конь - это не кухонная печь, на которой варится бозбаш. Смотреть за конем - это настоящее мужское дело. Спасибо тебе, Сары, за помощь.
– Очень кстати, что ты заглянул к нам, - перебил его Сары.
– Я только-что хотел идти искать тебя. Демиров просил сказать, чтобы ты приготовил коня к дальней дороге на завтра - с вечера дай ему побольше овса, пусть наберется сил. Утром пораньше почистишь, оседлаешь и подашь его к девяти часам к дому секретаря. Ясно?
– Ясно, Сары. Все исполню, как ты говоришь.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ
Туман сделался реже. Поднявшийся час назад ветер гнал его вниз по долине, рассеивал, и вот наконец выглянуло солнце. Демиров увидел впереди гору, на вершине которой лежал снег, Ему захотелось подняться на нее, и он направил коня вверх по довольно крутому склону. Спустя четверть часа Тайр достиг края снеговой шапки. Спешился. Огляделся. Отсюда вся окрестность была видна как на ладони. На склонах соседней горы с плоской верхушкой паслись стада коров и овец. Хорошо заметны были остроконечные палатки, шатры с плоским верхом, круглобокие юрты. Дымили костры. Порыв ветра донес до него звуки пастушьей свирели. Таир, держа коня в поводу, пошел в сторону становища. Начался подъем, и он снова сел в седло. В стороне пасся небольшой табун лошадей. Когда он подъехал совсем близко, от табуна отделился белый жеребец и, угрожающе ржа, кинулся к его коню. Обе лошади взвились на дыбы, Таир с трудом удержался в седле. К нему подбежал бородатый старик в бурке, отогнал криком обезумевшего жеребца, затем спросил:
– Кого надо? Кто такой?
– Узнал секретаря райкома, удивленно воскликнул: Это вы, товарищ райком?!.. Какими судьбами?! А я думаю, что за джигит пожаловал к нам?
Демиров тоже узнал старика, протянул ему руку.
– Добрый день, Мюршюд-оглу. Выходит, я попал в твое царство?
Старик двумя руками пожал руку Демирова.
– Получается - так, товарищ райком. Добро пожаловать в наши края! Пусть будут наши горы даром тебе, как говорят у нас!
– Спасибо за щедрый подарок, Мюршюд-оглу, - улыбнулся Демиров.
– Как вы тут живете?
– Неплохо. А как вы? Что хорошего у вас, товарищ райком? Как хлеба внизу? Говорят, нынешний год урожайный везде.
– Хлеба уродились, Мюршюд-оглу. В этом году зерна соберем порядком.
– Ну, слава аллаху!...
– сказал старик.
– Это добрая
– Третий день в дороге.
– А где ночевал?
– Где ночь заставала, - уклончиво ответил Демиров и снова улыбнулся.
– Вот сегодня добрался до ваших гор. Красиво у вас! Старик недовольно покачал головой:
– Одному нельзя в горах. Одному опасно, товарищ райком. Горы - это горы.
– Ничего, как видишь, жив-здоров, волки не съели, - пошутил Демиров.
– Пошли в наш пастуший дом, прошу! Еще раз добро пожаловать. Пошли, пошли, - приглашал Мюршюд-оглу.
Демиров спешился, и они зашагали рядышком к становищу. Глядя на одежду гостя, старик спросил:
– Не холодно, товарищ райком?
– У вас здесь прохладно, - ответил Демиров.
– Даже не скажешь, что сейчас лето. На вершинах снег, как зимой. Странное ощущение испытываешь: кажется, поставь лестницу - и можно взобраться на небо, вот оно, рядом, рукой достанешь. Всего три дня я добирался к вам, а у меня такое чувство, будто я в пути много месяцев, будто попал в какой-то другой мир - волшебный.
Старик прищурился, добро улыбнулся:
– Значит, нравится тебе у нас, товарищ райком?
– Очень, Мюршюд-оглу, очень! Нравится - даже не то слово. В сказочном краю живете.
– Честное слово, товарищ райком, - сказал старик, - вся моя жизнь прошла, можно сказать, вот в этих горах, и они мне не надоели. Наверное, они и вправду волшебные.
– Помолчав, он добавил: - А к холоду мы привыкли с детства. Лукаво усмехнулся: - Мы - к нему, он - к нам. Живем в мире, холод нам вреда не причиняет.
– Как идут дела, Мюршюд-оглу? Как скот? Достаточно ли корма? поинтересовался Демиров.
– Сочная ли трава в этом году? Чем могу быть вам, скотоводам, полезен?
– На траву в этом году не жалуемся, товарищ райком. Зимой было много снега. С солью у нас плохо, скот остался без соли.
– Вот как? Это почему же?
– Так получилось. Подвел нас этот жулик Нейматуллаев. Пообещал к первому августа отпустить соли для скота. Я послал быков в райцентр. А он соли не дал, говорит: нету, приезжайте через неделю. Завернул быков назад. Целую неделю быки были в дороге - и зря. Теперь, едва быки вернулись, их надо опять отправлять в путь. А вдруг Нейматуллаев снова не даст соли? Ну и кооператив у нас, будь он неладен!
– Соль у вас будет, - сказал помрачневший Демиров.
– Посылай быков в город. А с Нейматуллаева мы в ближайшее время шкуру спустим. Недолго ему осталось ходить в начальниках. Что еще у вас, Мюршюд-оглу? В чем трудности?
– Да вот, пожалуй, все. Совался было сюда Зюльмат со своими людьми. Но мы дали ему отпор.
– Мюршюд-оглу горделиво разгладил усы.
– Скажу тебе откровенно, сынок, я видел здесь всяких людей. Некогда в горах скрывался Гачаг Наби, я знал его лично. Но он не делал того, что делает этот пес Зюльмат. Гачаг Наби был другом бедных людей.
– Наби был народным героем. Разве можно равнять его с Зюльматом. Зюльмат грабитель, бандит! Наби был за народ, был его голосом и совестью, а Зюльмат продажная шкура, у него за кордоном есть хозяева, которые купили его, которым он служит.
– Ясно, Зюльмат - наемный бандит, - согласился Мюршюд-оглу - иначе быть не может. Некогда мы дрались здесь с солдатами Николая, но ведь Николай был душителем народа, нашим кровным врагом. А против кого идет банда Зюльмата? Против народа, против власти народа. И ведь многие в его банде вовсе не кулаки. Как они попали в его банду?.. Не понимаю. Видно, запугали их, оговорив советскую власть.