Чтение онлайн

— Стагга! — Трор поймал гнома и резко встряхнул его. — Уймись! Ты сделаешь только хуже.

Гном побарахтался немного и затих.

— Браннбог, — сурово произнес магистр. — Надеюсь, ты ты-то не поддерживаешь весь этот абсурд.

— О нет, магистр, — столь же серьезно возразил Трор. — Поддерживаю.

Магистр стукнул кулаком по столу и выпрямился во весь рост.

— Милорд Трор! Принеси ты мне тысячу неопровержимых улик, я бы тысячу раз подумал, прежде чем заподозрить дона Эспиро, своего друга и второго лица в государстве. А ты мне предлагаешь поверить в эту чушь на слово.

— Нет,

магистр Аррето, — отвечал Трор, — я не предлагаю верить. Я предлагаю задуматься — и проверить. Мне и самому не хотелось бы, чтоб дон Эспиро оказался изменником. Это грозит бедой не только Кардосу — всему континенту. Но если — если, дон Аррето, — если это так?

— Эспиро не способен на предательство, — резко перебил магистр.

— А на болезнь? Он способен на болезнь? На безумие? Или, что то же самое, он неспособен подпасть злым чарам Сэпира? Дон Аррето, ты человек государственный и должен учитывать все.

— Милорд Трор, ты имеешь мне сообщить ещё что-либо? — свирепо оборвал владыка Кардоса.

Трор спокойно выдержал его тяжелый взгляд и отвечал без какой-либо враждебности:

— Имею, дон Аррето. Но не сообщу. Это касается твоей семьи.

— Где они? Ради Астиаля, Браннбог… Признаю, я погорячился… Что с ними?

— Все трое живы, дон Аррето. Но сейчас я не буду говорить больше этого. Прости за прямоту, но ты погубишь их своей слепой доверчивостью.

— Живы все трое! А Эспиро говорил… никаких следов… и мальчик погиб… так сказало магическое испытание в зеркале Астиаля.

— Мальчик не погиб. Его провели через смерть, вот как было. И все, дон Аррето, — больше никаких вопросов. Что же до медальона, то Вианор привез его из Куманчира от наших друзей в степи. Прими совет — хотя бы его не показывай Верховному Друиду. Придет срок, и ты ещё сам проверишь заклятие медальона.

— Ну, а Лоэния? — умоляюще произнес магистр. — Что с ней?

— Это нам неизвестно. Мы знаем лишь, что она жива и её кто-то скрывает.

— Жива…

Магистр опустился в кресло и закрыл лицо руками.

— Чем я могу отблагодарить тебя за эти вести? — глухо произнес он.

— Один вопрос, дон Аррето. Ты сказал, что в такое время Кардосу нужны бойцы. Значит, и ты видишь, что дело идет к войне. Ответь мне прямо — с кем вместе и против кого будет драться Кардос?

Магистр устало отвечал:

— Что ж, вот тебе честный ответ: против врагов Кардоса. А кто они — это вопрос к дону Эспиро, Браннбог. Спроси его.

Когда гном и рыцарь вышли, Стагга Бу заметил:

— Характер — ну совершенно не тот. А лицом — как вылитый. Только волосы не рыжие, а седые.

Они говорили про магистра Кардоса — он был отцом Дуанти.

— Заговор в Кардосе? И ты туда же, Эспиро?

— Я вижу, Аррето, Трор прав — ты и впрямь слишком беспечен. По-твоему, Сэпир не постарался наводнить наш Кардорон своими шпионами?

— Шпионы — может быть, но заговор…

— Аррето, мой секретарь Фарина исчез два дня назад — да не один, а с целой кипой совершенно секретных бумаг. Конечно, я мог бы предполагать, что его похитили, но после твоего рассказа… Какое уж там похищение…

А ведь я считал его проверенным, надежным человеком!

— И что же нам делать?

— Как что! Всё! Все меры предосторожности должны быть предприняты. Каждый — слышишь, каждый — должен быть взят на подозрение. Мы на пороге войны, да что там — война уже началась. А при военном положении и знать обязана поступиться парой своих идиотских привилегий.

— Ну, Эспиро… Рыцарство Кардоса и на войне остается рыцарством.

— Именно из-за гонора своих грандов Кардос и терпел самые страшные свои поражения!

— Может быть, ты и прав, Эспиро, но…

— Аррето! Оглянись! Я более чем прав — если падет Кардос, то некому будет кичиться своей вольностью и заслугами. Наша опора — это вера Кардоса и железный порядок. Кардос — это не герцогство, как Солонсия. Кардос — это орден, Аррето, не забывай.

— Но…

— Прости, Аррето, я не поверю, что ты сам не понимаешь все это. Не пытайся уверить меня, будто у тебя не достанет решимости укротить нашу дворянскую вольницу. Я-то знаю магистра Кардоса! Ты их взнуздаешь железной рукой. Вот так!

И Верховный Друид сжал кулак и показал — как.

— Но вопрос в том, чья голова будет водить этим железным кулаком, — пробормотал Сэпир, отходя от магического стекла в своей башне.

Осенняя ярмарка в Просе была в самом разгаре — прилавки лавок ломились от товаров, а в трактирах день и ночь шла гульба. Вот и в «Веселом зяблике» из-за наплыва гостей часть столов даже вынесли на улицу прямо под открытое небо. Оттуда хорошо был виден ближний конец Глиняной площади, где разместились палатки заезжих артистов и скоморохов — их, как и купцов, ярмарка собрала великое множество. Казалось бы, время было тревожным, и мир стоял накануне каких-то страшных потрясений. Все это чувствовали, но, возможно, именно поэтому в Просе этой осенью царило особое оживление и многолюдье.

Двое мужчин за столиком у стены толковали как раз об этом.

— Так ты думаешь, Тинн, — спрашивал коренастый толстячок, — что люди просто спешат воспользоваться случаем? Хотят запасти припасы да малость погулять, пока… пока…

— Пока не началась война, Джаул, — отвечал ему Тинн, худой высокий мужчина с седыми волосами и мужественным суровым лицом. — Верно.

— Но я слышал, ратуша Проса согласилась принять протекторат Сэпира. Значит, наш город не тронут!

— Еще не согласилась, — возразил Тинн. — И город это не защитит. Где ты слышал, чтобы Сэпир спас кого-нибудь или что-нибудь? Вот навредить — это да.

— Ну да, я знаю, ты доказывал это же на совете. Я понимаю, ты не хочешь служить Черному Графу.

— И не буду! — заявил Тинн. — Я уйду со службы, если город признает над собой этого негодяя. Мой клинок, может быть, и не достанет до самого Черного, но уж его пособников он порубит на славу, Джаул!

Собеседник Тинна переменил тему:

— Я слышал какие-то слухи, будто бы в Анорине появился некий мальчишка, будто бы сын Бойтура. Его мать, говорят, Южана, королева ольсков. Что, эти двое действительно были в браке?