Революция Любви
Шрифт:
– Вот именно!
– поддержал меня Жора со своего места и как всегда пары слов ему было недостаточно - Я вообще вас не понимаю, на что там можно смотреть?! Даже у меня красивее!
Довольный своим своеобразным методом защиты меня, Жора с видом победителя сел обратно. Я только головой покачала, ругаться с ним бесполезно. Скорее, всего Жорик даже не поймет на что я обиделась. Он же старался.
– Георгий, это явно было лишнее - хмыкнул Давид.
– Что такого? Мы же друзья и должны друг друга поддерживать!
– возмутился Жора.
– Вот именно - поддерживать,
– Это ты о чем?
– Проехали - наконец, поняв, что ничего не добьется, махнул рукой Давид.
– Кто у нас сейчас?
– усевшись рядом с парнями, спросила.
– Сёба - обреченность на морде лица.
– Он же вроде в командировку уезжал?
– Вернулся - и столько страдания в голосе.
– Чем он так тебе не нравится?
– Легче спросить, что мне в нем нравится.
– И что же?
– Ничего.
Ответить я не успела, в кабинет зашел Сёба. Ну, точнее Себастьян Владленович. По простому - Сёба. Преподаватель по Теории Государства. Докторскую он защитил еще два года назад. И в свои тридцать был не только хорош собой, умен, но и холост. Девки "кипятком писались" при виде него. Сёба ко всему прочему был так же иностранцем, что добавляло ему некое дополнительное очарование. Не люблю блондинов. Сёба не исключение. Да и отношения у нас весьма специфичные.
– Я вернулся!
– расплылся в улыбке этот мэн.
– Похоже он ждет аплодисментов восторженной публики - верно истолковал театральную паузу Давид.
– Ребята не представляете ,как я по вам соскучился!
– И еще бы век не представляли - комментирует друг.
– В поездке меня поддерживала только мечта вернуться и...
– Он помнит - Давид уронил голову на парту.
– И провести семинар, который обещал вам!
– нда, историк же, конечно, память у него хорошая.
– Себастьян Владленович, я - не готова - тут же сообщила я во всеуслышание.
– Плохо - опечалился Сёба и присел на край первой парты, так, что девчонки сидящие там, дружно вздохнули.
– Неуд?
– пошла я по накатанному сценарию.
– Нет, моя лапулечка, за такую честность сегодня я тебя спрашивать не стану - сострил умильную рожицу историк.
– А почему всегда она? И каждый раз он говорит, что не будет ставить неуд?!
– пропыхтел Жора.
– Потому, Георгий, что наглость...
– Сестра таланта?
– Нет, наглость любые стены рушит - щелкнул его по носу Давид.
– К тому же, я узнал, что ты стала жертвой издевательств от старшекурсника, понимаю, тебе сейчас не до учебы - я покивала и даже горестно вздохнула - поэтому сегодняшний доклад для всех, кто не готов к семинару тебя не касается.
– Я тоже хочу, чтобы надо мной издевались - вдруг громко и с каким-то неясным желанием в голосе произнес Жора.
– Георгий!
– шикнул на него Даво, но опоздал.
– Жора, можешь остаться после занятия и мы с тобой все обсудим - кстати, забыла упомянуть, Сёба - голубее неба над головой.
– Я пошутил!
– попытался дать задний ход Жора.
– Поздно - предвкушающе улыбнулся историк.
– Жора - готовь вазелин - посоветовал "добрый" Давидик.
–
Я не Жора, я...– Да-да Георгий, тебя больше ничего не смутило?
– Да когда это парней живших в Голландии такое смущало?
– удивилась я.
– Вы на что это намекаете?! Я не такой!
– зашипел на нас Жорик.
– А если от этого будет зависить оценка на экзамене?
– продолжил стебаться Давид.
– Все равно!
– А если скажется на дипломе?
– ну чего он пристал к краснеющему Жорику? Давид - садист.
– Тогда я его без всякого вазелина отделаю!
– взвизгнул Жора и тут же затих, понимая, что все выпучили на него глаза.
– Ценю твой энтузиазм, шалун - Сёбу довели - неуд - за семинар и вон из аудитории, чтобы до экзаменов на глаза мне не попадался!
Жора совсем сник и побрел к выходу. Я зло глянула на угорающего Давида. Ну, козел, он. Неисправимый.
– А ты, Давид, останешься после занятий - кажется, в мире есть справедливость.
Не успела я порадоваться за отомщенного Жору, как он собственно персоной забежал в аудиторию. Глаза по пять копеек, рот открыт, а руки выдают непонятные кульбиты в сторону Давида.
– Ты так сильно расстроился и вернулся, чтобы попросить прощение?
– умилился Сёба.
– Нет! Мне Давид нужен, срочно!
– Не получится и после пары, я его оставил для воспитательной беседы.
– У него тоже нет вазелина - а это-то к чему? Ну, Жорик, ну дебил!
– Вон!
– взял фальцет Сёба указывая пальцем на дверь.
– Где?
– в панике обернулся Жора.
– Из кабинета вон!
– уточнил Сёба.
– Фух! Не пугайте Вы так! Давид! У нас ЧП!
– продолжил бесить препода Жора.
– Что, вазелин закончился?
– послышались смешки с первых рядов.
– Да идите вы!
– обиделся Жора.
– Это тебя отправили - в ответ и хором.
– Я, пожалуй, отправлюсь с ним, дорогу покажу - странно, но Давид весьма покладисто встал и не обращая внимания на историка вышел вслед за Жорой из аудитории.
Сёба, поорал немного и успокоился. Про семинар даже забыл. Я же изнывала от любопытства. Что такое могло случится, что эти двое заговорщиков ретировались из класса? Ну, в самом деле, обычно, они так себя не ведут. Неужели что-то с Андрюхой? Не, быть такого не может. А вдруг дело в Машке? Да тоже нереально. Тогда, что?
Мобилка запиликала не вовремя, отвлекая меня и народ от пары. Сёба, тоже обернулся:
– Перекинь мне рингтон, лапуля, когда закончишь разговаривать - говорю же, у нас специфические отношения.
– Обязательно - кивнула я, чувствуя на себе завистливые взгляды общества. Представители секс - меньшинств всегда найдут общий язык.
– Давай сбежим?
– вот это предложение.
– Тебя из психушки не хотят выпускать?
– осведомилась я у голоса Охотникова.
– Я туда и не попадал! Ну, давай, прогуляем, а?
– Рассказывай, что там у тебя случилось?
– Я - дурак!
– Продолжай, мне нравится.
– Я серьезно! Вчера мне просто захотелось пошутить! Я, правда, не думал, что ты обидишься!