Революция Любви
Шрифт:
– Я - растущий организм!
– В твоем возрасте расти начинают только вширь!
– Да у меня скоро кости торчать будут!
– Ага, а еще кожа слоями отваливаться. Зомби - фыркнула я и не испытывая никого чувства брезгливости, затолкала в рот обкусанный Охотниковым кусок.
– Я его облизал.
– А я его проглотила.
– Тебе все равно?
– Конечно! Это же - ЕДА - алчно поглядывая на оставшиеся кусочки, сообщила я.
– Ты не девушка.
– Попрошу без оскорблений!
– Когда это я успел?
– опешил Егорка.
–
– Ты - девушка?!
– и это на все кафе. Народ начал оборачиваться.
– Эту проблему легко решить - попыталась я успокоить заерзавших посетителей.
– Хирургическим путем что ли?
– ну Егорка, ну гад!
– Думаешь, дойдет до того, что мне придется расставаться с девственностью на операционном столе?!
– от злости я тоже перестала обращать внимание на окружающих и зло глянула на Охотникова.
– Ты об этом?
– опять он краснеет.
– А ты о чем?
– О том, что ведешь себя, как пацан с улицы! Извращенка!
– ой, кажется, мы говорили о разном.
– Может пойдем отсюда? Мне как-то стыдно стало... резко - положив два куска пиццы друг на дружку, я быстро запихала сие строение в рот и схватила Охотникова за майку, как раз и жирные пальцы вытру.
Егорка спорить не стал. Он, вообще, когда краснеет, как я заметила, дар красноречия теряет. Выходили мы под обстрелом кучи взглядов. Больше в это кафе не пойдем. Такими темпами в городе не останется ни одного места, куда я бы могла прийти.
– Только не оборачивайся!
– вдруг прошипел Гошка мне в ухо.
– А что такое?
– он разве не знает это великое правило - когда что-то запрещают сделать, непременно поступишь наоборот. Я не исключение! Обернулась.
Увидела. Стало ли больно? Как не странно, нет. Больно не было. Было обидно и завидно. Очень. Так завидно, что почему-то плакать захотелось. Совсем по-девчачьи. Что же сегодня такое?! Сначала одно мерещится, потом другое видишь воочию? Определенно, понедельник не мой день.
И не стесняются же, голубки! Руставелли - подонок, держит Машку за руку, будто она его собственность! А она - засранка и рада! Вон какие улыбки расточает и меня в упор не видит! Как же я зла! Убью, этого козла, точно, убью!
– Я ведь говорил, что не стоит оборачиваться - покачал головой Охотников, тем самым выводя меня из ступора - пошли отсюда, пока они нас не заметили.
– А что, если я хочу, чтобы заметили? Пусть она знает, что я в курсе!
– Ты ведешь себя, как ревнивый муж, не имея для этого никаких оснований!
– Как хочу, так и веду себя! Понял?
– Я в этом не участвую! Желаешь, устроить скандал и мордобой? Пожалуйста! А я пошел!
– Ну и вали!
– окончательно разозлилась я.
– Дура!
– и в противовес своим словам Охотников сжал мою ладонь своей и дернул меня за собой навстречу к приближающейся парочке.
– Ты чего творишь?
– зашипела я.
– Сама же хотела! Пошли, официально признаем, что для нас их отношения - не новость. Уж лучше я пойду с тобой, чем
буду лицезреть твою разбитую моську завтра.Какой заботливый! Наверняка, просто не хочет, чтобы его дружка в реанимацию забрали! Машка нас первой заметила, попятилась, но встретившись со мной взглядом остановилась. Руставелли, в отличии от подруги, окаменел. Боишься, гад? Ну и правильно делаешь! Я тебя на куски порву, как Тузик - грелку!
– Рожу зверскую не строй! Тебе не идет.
– Не нравится - разрешаю, застрелиться!
– И зачем я это делаю?...- сам себе задал риторический вопрос Охотников
– Японский Бог! Кого я вижу? Руставелли и Мария! Какая встреча - и знаете, я даже передумала убивать Руставелли, такая обреченность у него в глазах стояла.
– Алекс, я могу объяснить - ух ты, Машка от своего спутника не далеко ушла.
– Маш, ты о чем? Гошенька мне уже рассказал, что вы - вместе. Прости, сегодня в универе не было времени подойти и поздравить вас - а чего глаза такие круглые и не верящие?
– Шурик, не смущай их. Мы с тобой не лучше!
– и этот умалишенный обнял меня! Он. Обнял. Меня. За талию...
– Вы что, уже тоже вместе?
– Руставелли смотрел на друга, как на психа и я была с ним согласна! Охотников форменный псих!
– А что такое? Не ожидал? Согласен, Шурик очень разборчива в отношении мужского пола. Но, я смог покорить эту неприступную крепость. Да, Шурочка?
– у меня глаз дернулся, но рот я так и не смогла открыть, наверное потому, что боялась, задохнуться от возмущения, когда маты застрянут в горле.
– Я так за вас рада!
– Машка подскочила ко мне уже без всякой опаски и потеснив Охотникова, обняла.
– Ты рада?
– шепотом, только он и давался мне, повторила я ее слова.
– Конечно! Я боялась, что когда я расскажу тебе о нас с Рустиком, ты почувствуешь тебя брошенной. Но, все так удачно вышло! Теперь мы сможем ходить на свидания вчетвером - а это она уже мне в ухо говорит.
Слава Всевышнему, стоило Машке отпустить меня и Егорка додумался подставить свое крепкое плечо, иначе я бы точно упала и не встала. От шока. Что здесь происходит?!
Отвечать на мой мысленный вопрос никто не собирается. Машка подмигивает Руставелли, этот козел, лыбится Охотникову, а сам - Его Высочество Придурок, крепко держит мою правую руку, при этом умудряясь следить за левой, переживает, что я обижать при всех его буду, такого лапочку? Да, нет, я друга не обижу. Я его просто убью, обижать-то зачем?
– Может, посидим где-нибудь?
– предлагает окончательно охамевший Руставелли.
– Не, вы нас извините, но мы собирались к Шурику в гости - мы? Ко мне? Врет и не краснеет!
– Ничего, в следующий раз - улыбнулась Машка и снова взяла за руку своего Рустика! Ну что за дурацкая кличка?!
– Тогда, завтра в универе встретимся?
– обрадовался Руставелли, что мы так быстро отказались, все-таки трусит, засранец!
– Обязательно - пожал руку Охотников будущей жертве преднамеренного.