Чтение онлайн

Отвечать я не мог — боялся, что голос мой даст петуха, поэтому просто кивнул.

— Взгляни на это с другой стороны. Ты не обязан защищать их интересы. Они бы и пальцем не шевельнули ради тебя…

— Да знаю я всё это! — ощущая непонятную тоску, перебил я. — Знаю. И вовсе незачем на меня давить!

— Поверь мне, я сдерживаюсь изо всех сил, — отозвался авгур. — Я долго искал самый приемлемый вариант и, как мне показалось, нашёл. Так или иначе, право выбора за тобой.

Должно быть, никто не превзойдёт предсказателя в изворотливости. Вот и Риомишвард на закинутую мной приманку никак не отреагировал.

Ни словечком не обмолвился о том, сколько времени мне придётся торчать у оговодов. Волком хотелось завыть от такой перспективы. Я мрачно пробормотал:

— Предпочёл бы Изменение и всё забыть… Как я хоть попаду на эту Фабрику? Меня же превратят в фарш ещё на подходе.

— Об этом не беспокойся, — отмахнулся Эд. — Дипломатические переговоры мы доверим нашим дамам.

— Иными словами, всё, что от меня требуется, — подытожил я, — это проникнуть внутрь, сообщить оговодам, где Афидман, и спрятаться у них на время Изменения?

Эд кивал, соглашаясь со всеми пунктами.

— И ещё — не разлучаться с огом. Это, пожалуй, самое главное.

— Почему? — немедленно вскинулся я, но тут появилась Нелли в кружевном передничке, с большим подносом, плотно уставленным тарелками, и авгур переключился на неё. Голодный блеск в его глазах отпугнул бы даже саблезубого тигра.

— Я страшно хочу есть, — признался он. — Знаешь, сколько калорий тратится на предвиденье? Так что остальные детали давай обсудим после обеда.

Я не настаивал. К тому же запахи, распространившиеся по комнате, раздразнили и мой аппетит. Мы с энтузиазмом взялись за дело. К моменту, когда мы приканчивали десерт, вернулась хозяйка дома.

— Я покончила с дневным сном, — сообщила она. — А вы в это время, значит, уничтожали мои припасы?

— Нельзя посылать человека в трудное путешествие, не покормив его предварительно, — отпарировал Эд.

— Вижу, я пропустила что-то важное. — Она уселась напротив нас, спиной к окну, превратившись в изящный безликий силуэт. — Рассказывайте, что вы ещё задумали.

— Я хочу отослать Алекса на Фабрику.

Рита фыркнула.

— Вы оба ненормальные! Зря я вообще спросила.

— Рита… — начал авгур, но она предупредительно загородилась рукой.

— Всё, никаких больше просьб и подробностей!

— Если бы ты отправила с ним Гелию…

— Я сказала: нет!

Женщина вскочила, собираясь уйти. И тогда я спросил:

— Неужели вам ни капли не интересно?

Я вовсе не собирался её удерживать. Это вырвалось само собой. Однако Рита приостановилась.

— Что именно должно меня интересовать? — холодно проронила она.

— Что случилось с вашей дочерью, например. Или почему Рем так зациклен на огах?

— О, — протянула она, повернувшись ко мне лицом. Вид у неё был ехидный. — А ты, значит, из простого любопытства готов отдаться оговодам?

— Нет. — Возражая ей, я чувствовал, как во мне рождаются правильные слова. Они цеплялись друг за друга, выстраиваясь в цепочку, и всё, что мне оставалось, — это звено за звеном извлекать их наружу. Да и отвечал я, по сути, не Рите, а самому себе.

— Второе правило транзитника: «Если надо разобраться с непонятным, начинай с самого непонятного». Звучит глуповато, но так оно и есть. Конечно, я не такой учёный, как Эд. В отличие от него, я не пытаюсь прыгнуть выше головы. Но мой учитель однажды сказал,

что каждый настоящий транзитник — тоже исследователь. Он инстинктивно чувствует, в каком направлении двигаться. И вот, представьте себе… у меня в мыслях полная путаница, и весь этот разнесчастный поход пугает меня, как прыжок в пустоту без страховки… Но, несмотря на это, мой внутренний компас всё-таки указывает на Фабрику. Чтобы двигаться дальше, я должен побывать у огов на родине. Такова уж, видно, моя судьба.

— Интересная версия, — встрял Эдвард. — Ты ведь был на Арене и в подземной Таблице. Невероятно плотный экскурсионный график. Такими темпами и до Наоса можно добраться…

— Что это?

— Шар, венчающий АВ-Башню, — рассеянно обронила Рита. — Где помещалась Святая Машина. С тех пор, как умер Гиаз, доступ на верхние этажи закрылся. Вместе с ним был утрачен и путь к Наосу.

Что-то во мне срезонировало в ответ на эти слова. Но я не успел разобраться, что именно. Хозяйка дома приняла решение:

— Ладно, так и быть. Я отпущу Гелию на Фабрику. Только не подумайте, что я делаю это ради вас. Эти последние годы в Таблице были довольно тухлыми. А когда мир превращается в болото, это не идёт ему на пользу. Лично я предпочитаю драйв и кураж.

— Маленькое уточнение, — поднял руку авгур. — Ты предпочитаешь наблюдать за драйвом из зрительного зала. И спокойно смаковать прекрасное шоу. Я могу обеспечить ещё пару трогательных сцен.

— Каким образом?

— Расскажи ему об устройстве Башни, — Эд кивнул на меня. — Никто не справится с этим лучше самого создателя.

— Ты думаешь, ему это потребуется? — Женщина в сомнении покачала головой. — Даже я понимаю, что шансы ничтожны.

— Ещё бы, — ответил Эд. — Но чем чёрт не шутит!

Тут он посмотрел на меня и неожиданно подмигнул. У него был такой озорной вид, что я невольно засмеялся.

— Не дрейфь, Алекс Бор! — добавил он. — Чудится мне, грядущая перезагрузка принесёт много сюрпризов. И не факт, что они сыграют в нашу пользу. Но я начиню твою память кучей бесценных сведений. Таких, которые сделают честь любому транзитнику. Так что кое в чём ты, может быть, превзойдёшь своего замечательного учителя…

После исчезновения Купола-1 основную нагрузку по выработке биоткани взял на себя Купол-2. Это мелькало в новостях, и я запомнил, потому что мои соседом по комнате был Афидман. Я собирался спросить у него, бывал ли он когда-нибудь в других корпусах Фабрики. Но не успел. Да и вообще, если вдуматься, я бездарно растратил своё время на всякую ерунду. У меня ведь был шанс узнать об оговодах кое-что ценное. Впрочем, тогда я ещё не собирался на Фабрику. Даже вообразить себе такого не мог.

И вот, в очередной раз промахнулся с выводами. Шофёр (не тот тип, что привёз меня к Риомишвардам, а какой-то другой) даже не притормозил напротив Купола-2. Вместо этого мы отъехали ещё дальше от города — настолько далеко, насколько позволяла подступившая зона трансформации, — свернули на раздолбанную узкоколейку и понеслись по красновато-коричневому глинистому пустырю. Нашу машину подбрасывало и качало на каждой паршивой выбоине.

«По ровной дорожке, по ровной дорожке, — назойливо стучало у меня в черепе. — По ровной дорожке, по ровной дорожке… По ухабам, по у-ха-бам!»