Чтение онлайн

–  Вы понимаете друг друга?
– вскипела Эмили. Ее явно не порадовало, что кто-то о чем-то говорит, но она этого не понимает. - О чем вы говорите?

Тадеу уже пытался беседовать с Эмили, поэтому в этот раз он не стал ей ничего объяснять.

–  Он мне сказал, что тоже не знает, где мы находимся, - поняв ее вопрос, но машинально ответив на родном языке, объяснил новенький.

–  Я тебя тоже не понимаю, - ответила Эмили.

–  Он мне сказал, что тоже не знает, где мы находимся, - осознав ошибку, попытался объяснить новенький по-английски.

–  Ты знаешь английский? И его

ты тоже понимаешь?
– обрадовалась Эмили.

–  Не так быстро, пожалуйста, - попросил новенький.

Эмили повторила вопрос.

–  Он говорит на португальском, а я итальянец. Мы немного понимаем друг друга - объяснил уже не такой скороговоркой, как на своем языке, человек, чье имя теперь очень хотелось узнать Эмили.

–  Как тебя зовут?

–  Я Витале.

–  Я Эмили. Скажи ему мое имя, и узнай у него, кто он, откуда?
– обратилась Эмили к Витале.

–  Его зовут Тадеу. Он из Бразилии, - ответил итальянец после непростых, но удачных переговоров.

"Черти заморские! Ни одного англичанина", - с досадой подумала Эмили.

Однако, Витале тоже подумал о состоявшихся разговорах. Ему не легла на душу такая открытая прямолинейность или скорее даже командирность Эмили.

"Никаких тебе куднт ю или кен ю, или даже аск плиз [(англ.) не мог бы ты или можешь ты, или даже спроси, пожалуйста]", - отметил мысленно он.

–  Понятно. Он, значит, колонизатор. В смысле, колонизированный, - поправилась Эмили.
– Хорошо, хоть европейцы могут говорить на нескольких языках. Я немного знаю французский, но французы мне пока здесь не встречались. Вот покоренные народы знают язык своих колонизаторов, - Эмили показала на Деви и обратилась к ней.
– Не обижайся только.
– И добавила, уже обращаясь к Витале.
– Это Деви, из Индии. Говорит по-английски, поэтому свой человек!

Витале еще не успел осознать, на сколько раздражающим может оказаться языковой барьер, о котором говорила Эмили. Поэтому он не знал, что ответить Эмили, и больше слушал.

–  Почему ты не выходил раньше? Я стучал здесь во все двери? Никто не выходил, и я решил, что комнаты пусты, - спросил Тадеу у Витале.

–  Не знаю, о чем ты говоришь, - ответил тот.
– Я только что проснулся от вашего шума.

Тадеу снова стал стучать в ближайшие двери и крутить, давить и дергать ручки, по примеру Эмили.

–  Вы видите, никого нет! Никто не открывает! Значит, никого нет!
– бормотал Тадеу.

–  Переведи мне его слова, - скомандовала Эмили.

Итальянец перевел его слова, но здесь и по жестам без перевода было все понятно. Эмили пошла в противоположную сторону, тоже проверять комнаты. Неожиданно в одной из комнат дверь оказалась не запертой. Все насторожились, так как любое отклонение от ранее сделанных выводов воспринималось, как потенциальная угроза.

Эмили открыла дверь и заглянула. Комната была пуста.

–  Пока что, мы знаем, что комнаты открывались только тогда, когда из них кто-то выходил. Никто из нас из этой комнаты не выходил?
– она вопросительно посмотрела на всех.
– Витале, спроси, это не комната Тадеу?
– попросила она итальянца.

Пока те объяснялись, Эмили посмотрела на надписи на двери.

"Это не латиница. Значит это не

его комната", - решила она.

В этот момент Витале доложил, что это не комната Тадеу.

–  Я уже знаю. Видите это?
– она обратила внимание остальных на надписи.
– На комнате Деви было написано ее имя на ее родном языке. Этот язык кому-нибудь понятен?

Витале вернулся к своей комнате и посмотрел, что написано там. Очевидные выводы напрашивались сами собой. Но озвучила их Эмили:

–  Будем ждать встречи! На этаже я больше никого не видела. Он уже, видимо, давно здесь бродит, что аж с психов срывается, - Эмили заговорила с Витале, указывая на Тадеу.
– Он кого-то видел?

–  Судя по всему, нет, - ответил Витале, переговорив с Тадеу.
– Но он говорит, что хочет есть.

–  А он оптимист!
– воскликнула Эмили.
– Он отчаянно ломился в ту дверь. Наверно, на этаже ничего более разнообразного не нашел. Это так?

–  Да. Он говорит, что все остальные коридоры одинаковые, а двери заперты. Предлагает идти туда. Возможно, это выход с этажа.

–  Присоединяюсь к предложению, - ответила Эмили.
– Раз здесь все равно делать нечего.

Они осторожно прошли в дверь, которую Тадеу не мог открыть. За дверью не было продолжения коридора. Эмили вернулась назад и сравнила цифры на комнатах и на двери с этажа.

–  Это номер этажа. С этого номера начинаются все номера комнат на этаже, - сказала она.

Они прошли через большое полупустое помещение. Здесь было много стульев, две арки напротив друг друга приблизительно в метр шириной из прозрачной на вид пластиковой трубки, толщина которой становилась меньше на уровне локтя, несколько столов, таких же прозрачных как стулья и арки. Но глаза ни за что не зацепились. Глаза искали другое: лестницы, лифты, двери, одним словом выход, и, конечно же, еду.

–  Ну, хотя бы есть, на чем посидеть!
– с довольным видом заявил Тадеу, развалившись на стуле, и видя, что здесь не на много интереснее, чем в коридорах.
– Меня уже ноги не держат, не знаю как вас.

Эмили и Витале так же уселись.

–  Я проснулся совсем недавно, но я ничего не понимаю. Чем стоять, я бы тоже посидел, - оправдался Витале.

–  О чем вы говорите?
– возмутилась Эмили.
– Я требую, чтобы вы дублировали на английском каждое слово.

Витале перевел слова Эмили на итальянский. Тадеу понял его и рассмеялся.

–  А эта куколка больше ничего не хочет?
– спросил он, кивнув пренебрежительно в сторону Эмили.

Эмили заметила это движение, и даже почувствовала его. На эти слова рассмеялся от души Витале.

–  Что смешного? Ты можешь мне перевести, о чем он говорит?
– она еще раз напористо попросила итальянца.

Тадеу и Витале не очень понравилась навязчивая инициативность Эмили, поэтому возможность быть непонятыми ею им обоим показалась привлекательной. Тем не менее, Витале объяснил Эмили, что Тадеу сильно устал и с удовольствием немного посидит.

–  А что тут смешного?
– поинтересовалась Эмили.

–  Да это так. Не бери в голову, - ответил Витале.

"Все понятно. Эти два придурка уже спелись, - подумала Эмили.
– Но не будем нервничать раньше времени".