Прикосновение
Шрифт:
– Но вам не надо волноваться, переживать, болеть. Там, - кивнула на дверь, - много молодых.
Женщина шарахнулась от меня, будто я ударила ее по лицу. Из-за ее спины выскочил молодой человек и загородил ее грудью. Он был очень похож на Тагара. Только черты лица более размытые и глаза как у матери. Я посмотрела на него и тяжело вздохнула: - Не хотеть обидеть. Я сказать правду. Я говорить, что видеть мои глаза.
И, обойдя его, пошла к выходу. За мной никто не шёл. Мне хотелось бежать, но я заставляла себя идти не спеша. Главное не бежать. Уже на улице услышала, как кто-то меня догоняет. Я прибавила шагу. Только бы дойти, скорее дойти.
И вот мое странное место. Воздушное окно уменьшилось
– Подождите, - закричал он, - я прошу сказать Майдари, что Смий стал хорошим. Он разрешил мне жить с семьей. Передайте ей, он стал хорошим.
Вот это да! И этот змееподобный кретин еще уверял меня, что любовь - не движущая сила. Он даже не видит у себя под носом Мараша. Я кивнула. Потом вспомнив про браслет, стянула его с руки и, бросив в сторону наседки Смия, крикнула:
– Отдай Тагару, только Тагару. Обещаешь?
Он кивнул. А я шагнула в окно. Что-то толкнуло меня в спину в область левой лопатки. И внутри заныло. Меня выбросило, и я упала бы, если бы не ухватилась за стол доктора. Он сидел бледный и растерянный.
– Сколько меня не было?
– спросила я.
– Минут пять, - ответил бедняга.
Но мне еще надо было сделать одно дело. Поэтому, не обращая внимания на боль, я вцепилась взглядом в доктора, стараясь пробраться в его сознание, он был напуган, и это мне удалось без труда, стерла в памяти мое пребывание тут, и оставила ложные воспоминания - браслет лежал, браслет исчез, доктор искал, доктор не нашёл. И вышла из кабинета.
Вот тут меня и прихватило. Под лопаткой будто вонзили иглу в сердце, в глазах помутнело, я села на стул. Ко мне кто-то шёл навстречу в белом халате, протянула руку. Девичий голос спросил, взяв мою ладонь - Вам плохо?
Я полетела в темноте, и как сквозь ватное одеяло до меня донесся крик: - Доктора! Доктора! Женщине плохо!
Первое, что я увидела, когда пришла в себя, были взволнованные лица детей.
– С вами все в порядке?
– спросила я.
Сын улыбнулся: - Ма, ну, ты даешь! Сама лежишь в больнице, тебя с того света вернули, а спрашиваешь, как мы!
Что я могла ответить? Не рассказывать же о том, что мне приснилось. Конечно, все это был сон, странный, непонятный, такой реальный, но сон. Расскажу, опять подумают, что у меня нервы расшатались. А потом, кто мне поверит? Ну, была в каком-то странном мире, откуда я якобы родом. Но все знают, что родилась здесь. Мама, папа, все у меня есть, как у настоящего человека. Даже они - моя кровь, если даже решусь поведать обо всем, что со мной случилось, подумают, что просто сошла с ума. Спрятанные в каменных джунглях, оторванные от дыхания планеты, люди слепы и глухи, несмотря на то, что видят и слышат. Но они видят только то, что у них перед носом, слышат только то, что позволяет им услышать тяжелое дыхание каменного города. Они живут и верят только в то, что можно потрогать руками, попробовать на язык. Я смотрела на своих взрослых детей и думала о том, что совершила непростительную ошибку, родив их здесь, для себя, не думая о последствиях. А впрочем, они плоть от плоти этой планеты, и ее судьба - их судьба. Только бы она не отказалась от них.
Дети что-то говорили, я что-то отвечала. И оставив мне кучу продуктов, которую я бы и за неделю не смогла истребить, поцеловали меня и ушли. А я осталась лежать в этой крошечной угловой одноместной палате. И только тогда я позволило себе поплакать. Я плакала, молча, без всхлипов и завываний, просто из глаз моих лились слезы. Я опять и опять переживала случившееся во сне. Все пыталась понять, отчего сразу не поняла, куда меня занесло и кто передо
мной. Мне было стыдно. Ну, неужели надо быть такой дурой, чтобы самой рассказать любимому, как ты совращала другого? Что он обо мне думает? Тагар, милый, прости меня. И тут же прервала себя, это же сон. Просто сон. Но даже, если это сон, почему я так боялась смерти? Что было бы со мной, если бы я позволила себя узнать? Остаться там?Кстати, я совсем забыла, как какое имя у той планеты. И, интересно, где она находится? Про порталы я знала. Телевидение не раз показывала программы про таинственные места. Но, странно, это меня не трогало. Я не верила в это. Что-то не сходится. Если даже человек не помнит, но прожитое не могло уйти без следа, пусть подспудно, но оно должно влиять на человека.
Вспомнила! Да, вот пример. Без слез и содроганий до сих не могу читать эпизод в одной книге, где рассказывается о бедной женщине, которой каждое утро подавали платок, похожий на тот, каким она лишила жизни своего ребенка. Я нашла объяснение, непонятному для меня страху от обыкновенных слов, придуманных писателем. Теперь я вспомнила. Это было там во сне, когда тот мир был моим домом. А был ли? Впрочем, это не важно.
Наш класс водили смотреть на человека, приговоренного к смерти. Мужчина сидел в опрятной светлой комнате, и каждое утро над столом из стены выскакивала полочка, на которой за стеклом стояла чашка с ядом. В первый день он, смеясь, заявил, что не признает себя виновным, и полочка исчезла. Но на следующее утро появилась вновь. И он вновь не признал себя виновным. И снова она убралась обратно в стену. Но через неделю, он, молча, сидел и тупо смотрел на чашку за стеклом, а еще через три дня, мы узнали, что он привел приговор в исполнение. Тот случай поразил меня. Помню, мне все мерещилось, когда я пришла домой, что над столом в моей комнате из неоткуда появится полочка с чашкой, наполненной ядом.
Да! Та же участь ждала бы и меня. Я совершила страшное преступление. У меня появились дети в этом мире. Когда я шла в первую экспедицию, меня предупреждали о недопустимости подобного шага. И если по некоторой независящей случайности происходило подобное, ребенок умирал. Никогда и ни в чем, наш мир не должен был пересекаться с тем миром. Мы только наблюдатели. А, если кто-то скрывал подобный факт от знающих, ведущих эксперимент, тому предлагали чашу...
А я не только родила детей, но и намеренно сделала это, и самое страшное осмелилась перенести в хаос Третьей планеты семя самого Тагара. Но я же не знала!!!!!!! Я не понимала, что делаю!!!! Чушь!!! Человек ответственен за свои действия. Никто мне не поверит. И значит, мои дети в опасности и я тоже.
– Подожди, - остановила я себя, но если это не сон, я могу кое-что предпринять. Что я сделала с доктором? Я вошла в его сознание. И у меня так легко это получилось. И если я - та, которая была во сне, я могу это повторить.
В это время вошла сиделка. Я уставилась на нее во все глаза, пытаясь пробраться в ее сознание. Увидев, мой взгляд, она вздрогнула:
– Вам плохо?
– спросила она.
– Положи лекарство на подоконник и подойди ко мне, - мысленно приказывала ей. Она покачала головой, и, приблизившись к моей кровати, потрогала мой лоб:
– У вас температурка, - как-то вычурно мягко и тихо произнесла она.
– Вы что так на меня смотрите? Вам страшно?
По моей спине поползли мурашки.
– Страшно, - призналась я.
– Это бывает, - она присела на край постели, и погладила мою руку, - те, кого вытащили с того света, многое видели, им приоткрывается занавес будущего, вы видели Поводыря?
– Нет, не видела...
– Но вы видели свет, и чувствовали блаженство, не правда ли?
– Я не видела свет, и не чувствовала блаженства, я испытала стыд и страх...