Прикосновение
Шрифт:
А шевеление продолжалось - влево-вправо-влево-вправо. Что ж, вспомню свое старое мастерство. Можно попробовать. В принципе, Смий - живое существо. И лицо - человека, грудь человека, правда, все что ниже - другое. Но сущность - человеческая. И эрогенные зоны этого раскинувшегося на подушках змееподобного мужика так близко, только руку протянуть. А хвост все ходил влево-вправо-влево-вправо.
Лихорадочный вихрь мыслей закрутился как смерч над выжженной пустыней. Рискнуть? Отомстить? А потом уйти, спрятаться, зарыться, чтобы никто не смог найти? Но напоследок уничтожить эту змеюку. И хвост, как назло, все двигался влево-вправо-влево-вправо.
Главное -
– И после всего, что вы мне здесь наговорили, не боитесь оставить при себе?
– А чего мне бояться? Что ты мне можешь сделать? Убить?
– его смех был похож на урчание тигра - Я слишком хорошо изучил твою натуру, насилие тебе противоестественно.
– Есть другие способы мести, - я придала голосу оттенок неуверенности.
– Другие?!?!
– он все смеялся, урчание перекатывалось в рык.
Я немного подвинулась поближе к его отвратительному узкому хвосту. Пальцы прикоснулись к маленьким золотистым точкам, погладили их и стали подниматься на ощупь вверх по хребту, нежно перепрыгивая от чуть выступающих из-под кожи позвонков, то влево, то вправо, то влево, то вправо.
– Нежнее, нежнее, - уговаривала я сама себя, не отрывая глаз от его узких зрачков. Вот он вздрогнул, глаза раскрылись, и удивленно посмотрели на меня.
– Так, пока все идет хорошо, - успокаивала себя.
– Не бойся! Мужик всегда мужик, с хвостом или с рогами. А этот еще вдобавок и девственник. Выдержит ли? Хотя, что мне его жалеть, он никого не жалеет. Вот пусть сам почувствует боль, земляной червяк.
Я подвинулась ближе. Тело Смия напряглось, он замер, не отводя от меня взгляда. Его чешуя слабо покраснела.
– А ты красив, Смий. Тебе кто-нибудь говорил об этом? Твое лицо слишком красиво, чтобы быть человеческим, но на него хочется смотреть и смотреть. Прости, что я говорю тебе такие вольности...
Мои руки были уже на его груди, я прижалась боком к его хвосту. Через ткань одежды чувствовалась мелкая дрожь, которая пробегала волнами по телу Смия, его глаза закрылись и веки подергивались. Вот тут я и отдернула резко руку.
– Продолжай, - прошипел Смий.
– Прости, Смий, но я должна предупредить, что это опасно. Не будешь ли ты жалеть об этом? То блаженство, которым я могу наградить тебя, может обернуться болью... Правда, это случиться потом, позднее, когда пройдет ночь и настанет утро! Но Смий, я хочу подарить тебе то, что не испытывал еще ни один мужчина на этой планете, ты будешь первым и единственным - это Высшее блаженство. Высшему Владыке - Высшее блаженство. Продолжать?
– Продолжай, - прохрипел он.
– Хорошо, тогда посмотри мне в глаза и скажи, что отпускаешь меня...
– Отпустить?
– он вздрогнул, открыл глаза и посмотрел на меня мутным взглядом.
– Отпустить?
– Да. Отпустить. Так надо. Иначе я не смогу продолжать, - я почувствовала, что теряю власть над ним. Мои руки перебралась к нему на шею, и массировали позвонки около затылка, пальцы тихонько гладили холодную нежную голубую кожу змееподобного существа. Он опять расслабился, по телу снова пробежала дрожь. Подожди, червяк, то ли еще будет! Все шло великолепно. Я уже ощущала, как кончики моих пальцев нагрелись, появилось ощущение покалывания, значит, на них скапливается электричество. Небольшой разряд и ...
– Продолжать?
Дыхание Смия стало
нервным, порывистым, его хвост затрепетал.– Продолжай. Я отпускаю тебя...
– Хорошо! Посмотри на меня. Почему ты закрыл глаза? Ты боишься? Тебе нечего бояться, то что сейчас произойдет прекрасно, ты станешь легким, сильным, всемогущим... Ну, же... открой глаза... Люди боятся твоего взгляда, они думают, ты, если захочешь, можешь им убить любого. А ты так давно хотел уничтожить меня, посмотри я женщина, всего лишь слабая женщина, исполни свое желание поквитайся со мной... Я согласна умереть под твоим взглядом... Открой глаза...
Смий испугался, его разум запаниковал. Он уже верил в то, что я говорю. Его взгляд не мог никого убить, разве только напугать и подчинить своей воле. Хотя здесь он этим пользоваться не имел права. Я помнила, это было записано в договоре. Кто-то мне давал читать. Но мои слова, словно сваи вбивались в его сознание, он перестал воспринимать реальность, он подчинялся только моему голосу. И он подумал, если откроет глаза и не справиться со своим взглядом, он убьет меня. А этого он не хотел - тогда закончится это новое и неожиданно прекрасное для него состояние. Маленькая почти невидимая трещинка сомнения и страха прошла по его душе. В этот момент он и раскрылся. Я быстро продралась через его сознание, и стала все глубже и глубже погружаться в разум. Я убирала все барьеры, а их было много. Никогда не думала, что любовные игры у змееподобных окружены таким огромным количеством ограничений. Его тело краснело. Мозг возбуждался. Я стерла грань между реальностью и сном. Осталось включить только воображение, и я его включила. И тут до меня дошло!
Господи, что я наделала!!!! Я слишком поторопилась! Я отступила от непреложного правила - приговоренный не должен видеть лица жрицы Возмездия. Холодные капли поползли по моей спине, последнее тепло, ютившееся в сердце, упало куда-то вниз. Осталась черная холодная пустота. Но отступать было некуда. Я слишком далеко зашла в своем чародействе. И это потное мерзкое красное существо сейчас в своем мираже будет видеть меня!!!! Мое тело в его воображении вытянется, ноги срастутся в длинный змеиный хвост...
Отвращение к себе и злоба на свою неосмотрительность медленно зарождались где-то в районе солнечного сплетения, потом поднимались вверх, захлестывая мой разум. Я начала метаться в его мозгу, пытаясь выбраться.. Но чем больше я беспорядочно двигалась, тем более он возбуждался и накалялся. Это была моя вторая ошибка. Нельзя давать эмоциям взять над тобой власть. Особенно, когда ты заклинаешь, потому что можешь отступить от той тонкой линии пути, которая ведет к свету, к выходу, и погрузиться в пучину тьмы, позволив чарам окутать и тебя саму, что ведет к смерти. С большим трудом я заставила себя остановиться. Я видела, то, что видел эта змеюка, себя в образе прекрасной девы с голой грудью распущенными волосами, безумными страстным глазами и длинным гадким хвостом...
И тогда я сделала то, что запрещено было всегда. Во все века, во всех мирах! Влезла к нему в душу. Я медленно спустилась к огромному горячему сердцу этого чудовища, которое распустило свои энергетические лепестки. И в каком -то умопомрачении, в яростном отчаянии стала вырывать из себя все - страх, боль, отчаяние, ненависть, несостоявшуюся любовь, горечь одиночества и кидать в эту пульсирующую сердцевину. И она принимала, растворяла, проглатывала мои убийственные дары. А я, успокоившись, завершила свое черное дело.