Предшественники Шекспира
Шрифт:
43) Все относящееся сюда мсто изъ Manuel de Peche Уаддингтона приведено у Вартона въ его History of English Poetry. Vol. II. p. 19.
44) Считаемъ не лишнимъ поименовать важнйшіе сборники англійскихъ мистерій: 1) The Chester Plays (24 пьесы) ed. by Thomas Wright 2 vol. London 1843. (Shakspeare Society); 2) Ludus Goventriae (42 пьесы) ed. by J. О. Halliwell L. 1841. (Shakspeare Society); 3) The Towneley Mysteries (32 пьесы) ed. by J. Raine, with а preface by John Hunter. Newcastle 1836. (Surtees Soeiety); 4) A Collection of ten English Miracle Plays or Mysteries ed. by Marriot. Basel 1838; 5) Ancient Mysteries from the Digby Mss. ed. by Thomas Sharp. Edinburgh 1835. (Abbotsford Club) и 6) Five Miracle Plays, privately printed under the care of J. Payne Collier. L. 1836. Въ 1859 г. Норрисъ издалъ сборникъ мистерій на корнваллійскомъ нарчіи (The ancient Cornish Drama, edited and translated by Edwin Norris 2 vol. Oxford 1859), дополненный недавно вышедшимъ изданіемъ Стокса (The Creation of the world. A Cornish Mystery ed. with а translation and notes by Whitley Stokes, London 1870). Іоркскія мистеріи все еще ждутъ издателя; впрочемъ одна изъ нихъ (Incredulity of St. Thomas) была
45) Ebert, Entwicklungs-Geschichte der franz. Trag"odie. стр. 55–56.
46) Первая встрчается въ честерскихъ мистеріяхъ, гд по этому поводу въ сценическихъ указаніяхъ находимъ курьезную замтку: tunc Adam et Eva stabunt nudi et non verecundabuntur; послднее — въ большой французской мистеріи Страстей Господнихъ (Grand Myst`ere de la Passion). И это не единственный случай. Напомнимъ читателю, что мистерія о св. Женевьев начинается рожденіемъ героини на сцен. (Ebert, Entwicklungs-Geschichte der franz, Trag"odie 8. 44).
47) Shakspeare's Dram, Kunst. Dritte Auflage I. 33.
48) Колльеръ (History of English Dram. Poetry, vol. II. p. 127–135) сколько намъ извстно, первый высказалъ предположеніе, что честерскія мистеріи первоначально игрались на французскомъ язык и только въ половин XIV в. были переведены на англійскій языкъ. Доказательства, выставленныя Колльеромъ въ защиту своей гипотезы, были блистательно опровергнуты Эбертомъ (въ Jahrhuch f"ur Roman, und Engl. Liter. 1 Band. s. 158–164); тмъ не мене Ульрици (Shakspeare's Dram. Kunst. I. 19), и до сихъ поръ продолжаетъ утверждать, что честерскія мистеріи суть только частью переводы, частью близкія подражанія французскимъ оригиналамъ. Чтобы не возвращаться боле къ этому vexata quaestio въ исторія англійской драмы, разъ навсегда замтимъ, что вліяніе старо-французскаго театра на англійскій есть фактъ, не подлежащій никакому сомннію. Мы знаемъ, что древнйшая изъ представленныхъ въ Англіи мистерій была написана французомъ Жофруа, членомъ парижскаго университета. Извстно также, что посл покоренія Англіи Норманами, языкъ побдителей сдлался языкомъ высшаго общества и литературы. Короли покровительствовали французскимъ труверамъ, а раболпная саксонская знать старалась войти во вкусъ Chansons de Geetes и даже сама пробовала писать по французски. Но не смотря на примръ двора и аристократіи, французское вліяніе не проникало глубоко въ почву; народъ стоялъ въ сторон отъ моднаго литературнаго повтрія, продолжалъ по прежнему пть свои баллады и бережно охранять сокровища роднаго языка отъ всякой чуждой примси. Въ половин XIII в. мы встрчаемъ первый примръ употребленія саксонскаго языка въ оффиціальныхъ актахъ, прежде обыкновенно писавшихся на французскомъ язык,- я разумю открытое письмо Генриха III къ англійскому народу отъ 18 октября 1258. (Carta Regis Henrici III in idiomate Anglico ad singulos comitatus Angliae et Hibemiae super reformation status regui per proceres ejusdem regni). Первоначально и это письмо было написано по французски, но тутъ же приложенъ и переводъ его на англійское нарчіе, свидтельствующій, что въ это время норманское правительство уже вынуждено было считаться съ саксонскимъ населеніемъ и длать ему уступки. Нмецкій ученый Регель, подвергшій этотъ любопытный документъ обстоятельному филологическому разбору (въ Zeitschrtft f"ur Deutsches Alterthum. Elfter Band. Berlin 1859) къ удивленію своему не нашелъ въ немъ никакихъ слдовъ французскаго вліянія, которое могло бы чмъ нибудь отразиться посл двухвковаго норманнскаго владычества — обстоятельство, громко говорящее въ пользу необыкновенвой упругости англосаксонской расы, съумвшей выдержать не только гнетъ завоеванія, но и напоръ высшей культуры. Сопоставивши между собою вс эти факты, мы считаемъ себя въ прав выразить сомнніе, чтобъ честерскія мистеріи, игранныя торговыми и ремесленными корпораціями передъ публикой, состоявшей по большей части изъ народа, который такъ ревниво охранялъ свою національность, могли даваться на язык ненавистныхъ ему чужеземцевъ. Мы готовы допустить, что авторы честерскихъ мистерій — какъ люди духовные и образованные — знали французскій языкъ и пользовались, какъ матеріаломъ, французскими мистеріями, которыя ими и передлывались сообразно англійскому народному вкусу, но мы глубоко убждены, что еслибъ они вздумали, какъ это наивно утверждаетъ одинъ новйшій историкъ англійской литературы (Gatechenberger, Geschichte der Engl. Literatur 1. s. 107. Prag. 1859), писать свои произведенія на французскомъ язык съ цлью распространенія этого языка въ народ, они наврное потерпли бы страшное фіаско и остались бы совершенно безъ слушателей. По нашему мннію, если когда-нибудь, (на что мы впрочемъ не имемъ никакихъ историческихъ свидтельствъ), въ Честер игрались мистеріи на французскомъ язык, то во первыхъ — во всякомъ случа не для народа, а во вторыхъ — исполнителями ихъ были не корпораціи честерскихъ ремесленниковъ, а сами духовные съ участіемъ свтскихъ любителей высшаго круга. Въ шестой честерской мистеріи (Be Salutatione et Nativitate Salvatoris) есть цлая тирада на французскомъ язык, вложенная въ уста императора Августа и дающая намъ понятіе о состав публики, которая могла интересоваться французскими мистеріями:
Seigneurs to us si assembles Ames proles estates и т. д.Ясно, что это была та же аристократическая публика, та же англо-норманнская знать, для которой Стефанъ Лэнгтонъ, епископъ кэнтерберійскій, въ начал XIII в. говорилъ латинскую проповдь, взявши за текстъ ея слова одной французской псенки. (De la Rue, Essais historiques sur les bardes, les jongleurs et les trouveres. Caen. 1834. т. II. p. 6.)
49) Въ своей знаменитой стать объ англійскихъ мистеріяхъ (см. Jahrbuch f"ur roman and. Engl. Literatur. 1 hand. s. 74–82 и 131–149.
50) We are so hamyd Fortaxed and ramyd, We are mayde handtamyd With these gentlery men.(The Towneley Mysteries p. 98. Newcastle 1836). Та же жалоба на поборы, которыми безъ мры было обременено саксонское сельское населеніе слышится въ грустной народной псн, относящейся, къ концу XIII или началу XIV в. (Pauli, Geschichte von England. IV Band. s. 198–199).
51) Въ Италіи праздникъ Рождества и св. Стефана приходились какъ разъ въ то время когда народъ праздновалъ сатурналіи, а въ Англіи совпадали съ англосаксонскимъ праздникомъ новаго года (Geol daeg); Пасха напр. нердко приходилась въ апрл, когда германцы праздновали возвращеніе весны и побду ея надъ зимой; самый апрль мсяцъ былъ посвященъ богин весны (др. нм. Ostara, англосакс. Eostre) и у Эгингарта называется ^ostarm^anofh. (Grimm, D. M. 1 Band. s. 267; Turner, History of the Anglosaxons. Paris. 1840. vol. I. p. 129).
52) Извстно, что нмецкія пасхальныя представленія — Osterspiele ведутъ свое названіе отъ языческихъ игръ, въ старину посвященныхъ Остар, богин весны, тепла и солнечнаго сіянія. (Grimm, D. М. 1 Band. s. 267–268).
53) Wackeroagel, Geschichte der deutechen Literatur. Basel. 1848, стр. 51, прим. 20. Vereor — писалъ Алкуинъ — ne Homerus (Ангильбертъ) irascatur contre chartam prohibentem spectacula et diabolica figmenta, quae omnes eanctae scripturae prohibent. И въ другомъ мст: Melius est Deo placere, quam histrionibus, pauperum habere curam, quam mimorum. Ко временамъ
Карла В. относится также запрещеніе скоморохамъ облачаться во время своихъ представленій въ одежды клериковъ (H"ullmann, St"adtewesen des Mittelalters. Bonn. 1829. IV Band. s. 239) Въ 969 г. Король Эдгаръ, говоря съ глубокой скорбью о паденіи нравовъ англійскаго духовенства, жаловался собору, ut jam domus clericorum putentur prostibula meretricum, conciliabulum histrionum (Oratio Edgari Regis у Spelman, Concilia, Decrcta, Leges in re Ecclesiarum orbis Britannici, London 1639, 1. p. 477). Основателемъ монастыря св. Вароломея и знаменитой Вароломеевской ярмарки былъ нкто Royer, придворный пвецъ и скоморохъ (jester) Генриха I. Вся его служба состояла въ томъ, что онъ долженъ былъ принимать участіе въ пирахъ (meats), представленіяхъ (spectacles and plays), шутовскихъ переодваніяхъ (motleys) и другихъ придворныхъ потхахъ. (Liber fundationis. eclesiae et Prioratus S. Bartholomaei. Рукопись британскаго музея, (Cottonian Mss. Vespasian, B. IX, p. 42). Cp. Morley, Memoirs of Bartholomew Fair. London. 1859. p. 3). О народныхъ комедіантахъ въ Англіи въ средніе вка см. примчаніе 27.54) См. рисунки женскихъ головныхъ уборовъ Эдуарда III и Ричарда II, у Fairholt, Costume in England. London. 1846. p. 118.
55) A dissertation on the Pageants, anciently performed at Coventry. Coventry 1825 in 4-to.
56) Ebert, Die Englischen Mysterien s. 66. Переходъ мистерій изъ церкви на сцену подвижнаго балагана совершился не вдругъ. Мы думаемъ, что неподвижная платформа (scaffold), устроиваемая на кладбищахъ или на городскихъ площадяхъ во время ярмарки и на которой отличался удалой клэркъ Абсолонъ въ роли Ирода (См. Chaucer, The Miller's Tale), предшествовала подвижной балаганной сцен (pageant), возникшей посл окончательнаго установленія праздника Тла Господня и связанныхъ съ нимъ сводныхъ, циклическихъ мистерій
57) Разсказъ Роджерса приведенъ у Wright'а въ предисловіи къ его изданію Chester Plays p. XIX–XX.
58) Item to reward to Maisturres Grymesby for lendyng off.her geir for Pylate wife. (Sharp, A Dissertation etc. p. 30).
59) Klein, Geschichte des Dramas. Band. VIII p. 119–126. Leipzig 1871.
60) Ludus paschalis de adventu et interitu Antichristi у Pez, Thesaurus anecdotorum novissimns. т. II. Pars. III. p. 187 et sequ. Г. Полевой (Историческіе очерки средневковой драмы. Приложеніе стр. 201) съ ршительностью, всегда сопутствующей диллетантизму, заподозриваетъ древность этой мистеріи преимущественно на томъ основаніи, что въ ней попадаются аллегорическія фигуры, но его доказательства если что и доказываютъ, то разв плохое знакомство автора съ памятниками средневковой литературы.
61) De la Rue, Essais historiques sur les bardes, les jongleurs et les trouveres. Caen. 1834. т. II. p. 52 и слд.
62) Таковы напр. La Disputoison de Vin et de l'Iaue, De l'yver et de l'Est'e и пр. Они имютъ форму діалогическихъ поэмъ, написанныхъ двумя размрами и по всей вроятности игрались или рецитировались двумя жонглерами въ замкахъ передъ рыцарями и дамами; по крайней мр на это намекаютъ заключительныя слова, съ которыми лто обращается къ публик:
Seigneurs et dames, ore emparlez Que nos paroles oy avez Apertement. Et vus, puceles, que tant amcz. Le vus requer que vus rendez Le jugement.(Jubinal, Contes, Dits, Fabliaux, Paris 1839, т. II. p. 49).
63) Вотъ въ краткихъ чертахъ оригинальная теорія Колльера, изложенная имъ въ его Исторіи англійской драматической поэзіи: уже въ нкоторыхъ довольно древнихъ мистеріяхъ мы встрчаемъ въ числ дйствующихъ лицъ аллегорическія фигуры; съ теченіемъ времени число ихъ все боле увеличивается; библейскія лица, бывшія прежде главными носителями дйствія, отходятъ на второй планъ, и аллегорическія фигуры занимаютъ ихъ мсто; самое содержаніе мистерій приспособляется къ нимъ и такимъ образомъ мистеріи постепенно переходятъ въ моралите. (History of English Dram. Poetry, vol. II. p. 259–260). Мы не будемъ останавливаться на разбор гипотезы Колльера, такъ какъ несостоятельность ея давно уже обнаружена Эбертомъ (въ Jahrbuch f"ur roman. und Engl. Liter. 1 Band, s 165–168). Мнніе Колльера отчасти раздляется и нмецкимъ ученымъ Ульрици, который допускаетъ еще другой — впрочемъ второстепенный — источникъ происхожденія моралите, именно французскія entremets. (Shakspeare's Dram. Kunst. Dritte Auflage. 1 Baud. s. 35–37). Къ сожалнію гипотеза Ульрици точно также страдаетъ отсутствіемъ прочной исторической основы, какъ и гипотеза его предшественника. Приводить въ связь англійскія моралите съ французскими entremets едва-ли основательно, такъ какъ аллегорическія процессіи и нмыя сцены аллегорическаго характера, составляющія содержаніе entremets, стали входить въ моду въ самой Франціи только въ начал XIV ст. (Ebert, Entwickl. Gesch. der franz. Trag"odie s. 21), между тмъ какъ уже въ XII в. мы имемъ цлую пьесу аллегорическаго содержанія, родственную по стилю съ Disputoisons труверовъ и которую можно считать прототипомъ позднйшихъ моралите. Другимъ Факторомъ въ образованіи моралите, Ульрици, слдуа Колльеру, признаетъ мистерію. Отправившись отъ колльеровской гипотезы о постепенномъ размноженіи аллегорическихъ фигуръ въ мистеріяхъ, приведшемъ къ превращенію мистерій въ моралите, Ульрици дополняетъ ее слдующими соображеніями: "по мр распространенія вкуса къ аллегоріямъ вошло также въ обычай выражать въ аллегорической форм и основную мысль мистерій — грхопаденіе человка и спасеніе его съ помощью Божьей благодати — мысль съ особенной ясностью выступающую въ циклической композиціи англійскихъ мистерій. Эта же основная идея присутствуетъ подъ различными формами и въ древнйшихъ англійскихъ моралите и притомъ съ такимъ поразительнымъ постоянствомъ, что мы необходимо должны предположить близкое духовное родство ихъ съ мистеріями". (Shakspeare's Dram. Kunst. 1 Band. s. 38). Мы не намрены вступать въ полемику о томъ, дйствительно-ли основная идея циклическихъ мистерій проникаетъ также собою содержаніе древнйшихъ англійскихъ моралите, но допустивъ даже возможность этого поразительнаго совпаденія идей, мы тмъ не мене считаемъ его слишкомъ шаткимъ основаніемъ, чтобъ на немъ опереть гипотезу о происхожденіи моралите отъ мистерій, хотя бы и циклическихъ. Извстно, что сводныя мистеріи возникаютъ въ Англіи не раньше XIV ст., т. е. посл окончательнаго установленія праздника Тла Господня (Corpus Christi) въ 1311 г., между тмъ какъ идея спасенія падшаго человка благодатью божіею составляетъ сущность всего христіанскаго вроученія и повторяется на вс лады въ твореніяхъ отцовъ церкви, въ проповдяхъ и даже въ лтописяхъ. Намъ могутъ замтить, что авторъ разуметъ здсь не самую идею, а воплощеніе ея въ драматической форм, которое, по его мннію, является первый разъ въ циклическихъ мистеріяхъ, но даже и въ этомъ случа мннію Ульрици противорчатъ историческія данныя, такъ какъ уже въ XII в. мы видимъ эту идею, облеченную въ драматическую форму въ пьес трувера Германа, содержаніе которой изложено нами выше.
64) Ebert, Die Engl. Mysterien s. 166. См. также статью Литре въ Histoire Litteraire, de la France, Tome XXIII p. 216–234. По мннію Жюбиналя идея спора между Синагогой и Церковью (La Disputoison de la Sinagogue et de Sainte Eglise) заимствована изъ латинскаго діалога Петра Альфонса, помщеннаго въ Biblioteque des Peres, Tome XXI. (Jubinal, Myst`eres in'edits du XV si`ecle. vol. II. Notes, p. 404–408).