Чтение онлайн

– То есть, что-то произошло с программным обеспечением всех наших платформ? – Уточнил я.

– Что-то вроде того.

– И как такое возможно?

– Ума не приложу, – огорчённо поведал хакер. – Я сам не представлял, что можно совершить что-то подобное больше чем с одной платформой.

– С этого места поподробнее, – обернулся к нам Ферд. – Значит с одной платформой это всё-таки можно сделать?

– С одной – можно, – согласился Саня. – Чисто технически это проще простого. Достаточно отыскать десяток платформ с импульсным оружием, окружить нужный объект – и через минуту вся аппаратура на нём напрочь отказывает.

– Так и было? – Спросил

я.

Хакер замялся.

– Это можно было бы предположить, но вряд ли…

– Почему?

– Здесь, на Лимносе, по моим подсчётам, больше трёхсот компьютеров; их платформы болтаются по всему Графонету. Ты представляешь, сколько ресурсов и времени нужно, чтобы отследить эти платформы, зафиксировать их местоположение, окружить и расстрелять? Машин всей Европы не хватит! И потратить на всё это нужно несколько месяцев, не меньше! А – главное – в чём смысл?

– С платформами – понятно, – сказал я. – А почему связи нет?

Саня осёкся на полуслове:

– Наверное, они каким-то образом взяли под свой контроль коммуникаторные платформы…, – замямлил он.

– Ты хоть сам понимаешь, что говоришь? Коммуникаторные платформы находятся под полным контролем Навигаторов.

– Вот поэтому и я говорю: я не знаю, что происходит на этом чёртовом острове! – Взорвался хакер. – Чтобы обрубить нам всю связь, нужно как минимум договорится со всеми Навигаторами, а потом ещё с Сетевыми Патрульными!

– А это нереально в принципе.

– Да, это нереально в принципе, – согласился Саня.

Мы замолчали, продолжая сосредоточенно пялиться в мониторы.

– И что делать? – Спросил я, понимая, что мой авторитет как негласного руководителя этой шайки-лейки начинает трещать во всем швам.

– Работать, – пожал плечами китаец, – ты же сам сказал, разве не так? – И посмотрел на меня, скривив в улыбке тонкие губы.

До вечера не произошло ничего примечательного. Борис Емельянович каждые полчаса заходил к нам, осведомлялся, как дела, я молча кивал – тот уходил. Не знаю, что именно он ожидал услышать, я иначе как насмешкой эти слова воспринять не мог. Или он считает, что мы не в курсе, что здесь происходит?

Который раз за последние два дня у меня в голове зароились неканоничные для среднестатистического охранника мысли. Здешнюю контору, подумалось мне, нужно вздрючить по полной программе – и чем быстрее, тем лучше. Или вообще всех поувольнять весь персонал и понабирать новых.

А ещё рациональнее – сменить начальство – тогда потери окажутся наименьшими. Рыба гниёт с головы. Борис Емельянович, с какой стороны не смотри, никак не напоминает шефа службы безопасности Сенаторской резиденции. Максимум – старшего прапора не самой лучшей учебки.

Что-то нужно делать – однозначно, Иначе произойдёт что-нибудь такое, после чего весь этот остров вообще закроют к чёртовой бабушке.

И где же тогда Герман Геннадьевич отдыхать будет?

Ещё одна недоработочка здешней команды: мы с Саней сидим и пялимся в мониторы видеонаблюдения. Зачем?! Здесь столько аппаратуры, что у половины даже название с первого раза не выговоришь. Не выходя из этого бункера можно составить подробный каталог сетчаток глаз всех обитающих на острове стрекоз. Видеокамеры по сравнению с прочими изысками современной техники – жуткие анахронизмы.

Или пост, на котором мы доблестно несём службу, – это эпитимия для новичков? Всё равно, что у молодых матросов стоять на носу корабля и разгонять веником туман?

Куда не кинь – всюду клин.

Пока эти невесёлые мысли лениво копошились в моей голове,

я не забывал поглядывать на ребят. Они не теряли времени зря. Саня одним глазом исполнял свои служебные обязанности – смотрел на мониторы, другим – разглядывал мелькающие на экране своего персональника символы – он умудрился отыскать открытый канал доступа к местной программной оболочке и по ходу дела осваивал плоды трудов здешних программеров.

Он клял на чём свет стоит какие-то только ему понятные неровности машинного кода и имеющиеся вследствии дыры в защите, которых, судя по выражению его не очень широких глаз, было более чем достаточно.

– Ты бы поаккуратнее здесь лазил – тут тоже, небось, камер тоже всюду понатыкано, – предупредил Ферд со своего места. После многочасового бдения над виртуальным планом резиденции и окрестностей он доложил, что досконально запомнил все здешние входы-выходы и тропинки и теперь может ориентироваться на местности не хуже любого аборигена.

– Здесь их нету – я проверил, – отозвалось дитя Поднебесной, продолжая ожесточённо стучать по клавиатуре.

Сергей Павлович изнывал от безделья над пультом Периметра.

– У меня самая бесполезный и простой сектор дежурства, – словно заведённый повторял он каждые десять минут, тоскливо пялясь на зелёные огоньки индикаторов.

Друг друга мы знали не первый месяц, и даже не второй – что-то около двух с половиной лет. В высшей школе спецназа мы оказались вместе, переведённые из разных учебок в одно и то же время. Мы постоянно пересекались, ибо с завидной постоянностью занимали призовые места на всяких состязаниях и конкурсах, не только спортивных, но и интеллектуальных. Сначала мы примелькались друг другу, затем принялись здороваться, в конце-концов начали откровенно стебаться над начальством, то подсказывая друг другу, то поддаваясь во всяких мелочах… Так и сошлись.

Саня был гениальным программером, китайцы – они вообще ребята умные. Фердинанд – истинный латинец, ходячая гора мышц, силовой центр любой команды. Характером, правда, он не вышел; слишком многословный и какой-то инфальтильный. Но с этим можно смириться, если знать главную особенность латинца – если ему дать команду – он её беспрекословно исполнит. Само собой, если приказывать будет человек, имеющий на это полномочия.

Сергей Павлович – приятный молодой человек, могущий стать душой любой компании. Но мало кому известно (об этом, по-моему, даже нет упоминания в его личном деле), что этот симпатичный чернокожий парень – великолепный психолог. За пару минут общения он находил контакт с любым человеком – от крохотной девочки до глубокого старика. Ещё десяти минут ему хватало, чтобы собеседники начинали исповедываться перед ним, причём с такими подробностями, что не снились в самом страшном сне любому священику. И всё это, заметьте, абсолютно добровольно.

Я же – неформальный руководитель этой мини-группы и её, если позволительно так выразиться, мозговой центр. И всё это не из-за того, что у меня три высших образования и задатки лидера – всё вышеперечисленное у меня напрочь отсутствует. Просто из нас четверых я – единственный, у кого нет никакой особенной специализации. Значит мне – прямая дорога в руководители.

Кто хочет, может считать это шуткой.

В общем компания у нас подобралась слаженная. Если понадобится – можем десантироваться на какую-нибудь банановую планетку и в любой момент устроить там переворот. Или можно попытаться навести порядок в этой Богом и людьми забытой Сенаторской резиденции. Впрочем, не буду забегать вперёд