Чтение онлайн

– Что случилось, Джо?

– Люди говорят, я умный, - произнес Джо, и Расти встревожился, осознав, что тот вот-вот может удариться в слезы.
– Наверное, я умный, но иногда мне хочется, чтобы было наоборот.

– Не волнуйся, - встрял Бэнни.
– Есть много важных дел, где ты дурак дураком.

– Закройся, Бэнни, - произнесла Норри кротко.

Джо не обращал внимания.

– Я начал выигрывать у отца в шахматы, когда мне было шесть лет, а у мамы, когда мне исполнилось восемь. В школе все оценки - отлично. Всегда побеждал на научных олимпиадах. Уже два года, как пишу собственные компьютерные программы. Я не хвалюсь.

Я знаю, что я чудаковатый вундеркинд.

Норри улыбнулась, накрыв его ладонь своей. Он ее сжал.

– Но я же просто вижу связи, понимаете? Это и все. Если есть «А», за ним должно идти «Б». Если нет «А», тогда «Б» пусть себе идет где-то гуляет. А может, и вся азбука полностью.

– Джо, о чем мы вообще говорим?

– Я не верю, что повар совершил все эти убийства. Точнее, мы не верим.

Ему явно стало легче, когда на эти его слова Норри с Бэнни согласно закивали головами. Но это было ничто по сравнению с радостью (вместе с недоверием), которой он вспыхнул, когда Расти произнес:

– Я тоже не верю.

– Я ж вам говорил, как он круто режет, - воскликнул Бэнни.
– А швы какие накладывает.

Вернулась Клэр с крохотным стаканом сока. Расти хлебнул. Теплый, но пить можно. Без генератора до завтра он бы уже скис.

– А вы почему не верите, что это он сделал?
– спросила Норри.

– Сначала вы сами скажите.

Генератор на дороге Черная Гряда вдруг сдвинулся в дальний уголок ума Расти.

– Мы видели миссис Перкинс вчера утром, - сказал Джо.
– Мы были на площади, едва только начали работать со счетчиком Гейгера. Она шла вверх по городскому холму.

Расти поставил стакан на стол рядом с собой и, сидя на стуле, наклонился, зажав руки между колен.

– В котором часу это было?

– Мои часы остановились в воскресенье возле Купола, поэтому точно сказать не могу, но побоище в супермаркете еще продолжалось, когда мы ее увидели. И, было это, наверное, где-то в четверть десятого. Не позже.

– И не раньше. Потому что передряга еще продолжалась. Вы же ее слышали.

– Конечно, - кивнула Норри.
– Очень громко.

– И вы вполне уверены, что это была именно Бренда Перкинс? Не могла ли это быть какая-то другая женщина?

У Расти бухало сердце. Если ее видели живой во время потасовки в маркете, тогда значит, что Барби действительно чист.

– Мы все ее знаем, - сказала Норри.
– Она была у меня даже матерью нашей стаи в герлскаутах, но потом я перестала туда ходить.

Тот факт, что на самом деле ее исключили из организации за курение, казался ей неважным, поэтому его она обошла.

– От мамы я знаю, что говорят люди об этих убийствах, - продолжил Джо.
– Она рассказала мне все, что сама знает. Ну, и о тех армейских жетонах.

– Мама не хотела рассказывать все, что ей известно, - приобщилась Клэр.
– Но мой сын может быть очень настойчивым, к тому же это казалось мне важным.

– Так оно и есть, - кивнул Расти.
– Куда шла миссис Перкинс?

На это ответил Бэнни:

– Сначала пошла к миссис Гриннел, но она, вероятно, сказала ей что-то не очень хорошее, потому что миссис Гриннел захлопнула двери у нее прямо перед носом.

Расти нахмурился.

– Это правда, - подтвердила Норри.
– Я думаю, миссис Перкинс принесла ей почту или что-то такое. Она отдала миссис Гриннел какой-то конверт. Миссис Гриннел его взяла, а потом хлопнула дверьми. Как и сказал Бэнни.

–

Ха, - произнес Расти. Можно подумать, словно что-то доставлялось, в Честер Милл с прошлой пятницы. Однако важнее виделось то, что Бренда была живой и здоровой в то время, на которое Барби имел алиби.
– А куда потом она пошла?

– Перешла через Мэйн-стрит и пошла по Милл-Стрит, - ответил Джо.

– По вашей улице то есть.

– Именно так.

Расти переключил свое внимание на Клэр.

– А она не…

– К нам она не приходила, - сказала Клэр.
– Разве что, когда я была в погребе, выясняла, какие у нас еще остались запасы консервов. Где-то с полчаса я там пробыла. Может, минут сорок. Я… я хотела спрятаться от того шума в маркете.

Бэнни повторил то же самое, что говорил предыдущим днем:

– Милл-Стрит тянется на четыре квартала. Там так много усадеб.

– Мне это кажется не очень важным, - произнес Джо.
– Я звонил Энсону Вилеру. Он тоже был когда-то крутым бордером, да и сейчас иногда ездит со своей доской на скейтодром в Оксфорде. Я спросил его, был ли мистер Барбара на работе вчера утром, и он ответил - да. Он сказал, что мистер Барбара пошел оттуда в «Фуд-Сити» уже после того, как там началась передряга. С того времени он оставался с Энсоном и миссис Твичел. Итак, мистер Барбара имеет алиби в отношении мисс Перкинс, и помните, я говорил о том, что если нет «А», то не может быть и «Б»? И об остальной азбуке?

Расти эта метафора казалась немного слишком алгебраической, когда речь идет о сугубо человеческих делах, но он понял, что имеет в виду Джо. Есть другие жертвы, по отношению к которым Барби алиби не имеет, но то, что тела были спрятаны в одном месте, указывает, что убивал их тоже кто-то один. А если, по крайней мере, за одну из жертв ответственность лежит на Большом Джиме (как на это указывают следы швов от мячика на лице Коггинса), скорее всего, этим одним и был именно он.

Или это мог сделать Джуниор. Джуниор, который теперь носит полицейский значок, а заодно и пистолет.

– Мы должны обратиться в полицию, правда же?
– спросила Норри.

– Меня это пугает, - сказала Клэр.
– Меня это очень-очень пугает. А что, как Бренду Перкинс убил Ренни? Он тоже живет на нашей улице.

– Именно про это я и говорила еще вчера, - добавила Норри.

– И разве не логично, если она пришла к одному выборному лицу, а та захлопнула перед ней двери, то дальше она могла пойти увидеться с другим выборным лицом, которое живет по соседству?

– Ма, я не усматриваю здесь никакой связи, - произнес (с явным образом извиняющей интонацией) Джо.

– Может, и так, но она все равно могла пойти к Ренни. А Питер Рендольф… - она покачала головой.
– Когда Большой Джим говорит прыгай, тот лишь переспрашивает, на какую высоту.

– Классно сказано, миссис Макклечи!
– воскликнул Бэнни.
– Это так рульно, о мать моего…

– Благодарю, Бэнни, но в нашем городе рулит Джим Ренни.

– Что же нам делать?
– посмотрел Джо тревожно на Расти.

Расти вновь припомнилось то пятно. Пожелтелое небо. Угарный запах в воздухе. Он также не забыл вспомнить об упрямом намерении Джеки Веттингтон освободить Барби. Пусть это опасно, но все же ему, таким образом, светит больше шансов, чем из-за свидетельства троих детей, особенно когда начальник полиции, который их будет выслушивать, несостоятелен сраку себе подтереть без инструкций свыше.