Чтение онлайн

– Да, ты права, девочка, - ответил Северин.
– Устав Ордена тамплиеров рассматривал женщин как соблазнительниц и искусительниц, которые могут ввести рыцарей в грех, подстрекать их нарушить обеты и тем самым подвергнуть свои души опасности. Ведь церковь полагает, что женщины нечисты посредством предательства Евы, которая развратила Адама и способствовала лишению человеческого рода благодати.

– А вы, сеньор, тоже так считаете?
– не удержалась Ребекка.

– То, что считаю я, при мне и останется, - уклончиво ответил Северин.

– А что тогда есть благодать, сеньор? Чего лишен человеческий род?
– задумчиво произнесла Эстель.

– Тебя на самом деле

– Да, - твердо ответила девушка.

– Что ж, Блаженный Августин говорил когда-то, что силой, которая во многом определяет спасение человека и его устремление к Богу, является божественная благодать. Благодать действует по отношению к человеку и производит изменения в его природе. Без благодати невозможно спасение человека. Свободное решение воли - лишь способность стремиться к чему-либо, но реализовать свои стремления в лучшую сторону человек может только с помощью благодати, то есть, как я уже говорил, устремления к Богу...

– Без Бога ничего не происходит вокруг, - вставил Тибо.
– И наши поступки - это, скорее всего, испытания, которые Господь нам посылает, чтобы проверить, на что каждый из нас способен. Но ведь кто-то совершает добро, а кто-то зло. Так неужели Бог причастен к тому, чтобы на земле творилось это самое зло? Как вы думаете, сеньор?

– Тот же Блаженный Августин говорил, что зло - не сила, существующая сама по себе, а ослабленное добро, необходимая ступень к добру. Видимое несовершенство является частью мировой гармонии и свидетельствует о принципиальной благости всего сущего, потому что всякая природа, которая может стать лучше - хороша. Иными словами, без зла мы не знали бы, что такое добро.

– Они всегда соседствуют, - согласился Тибо.
– Уж я-то знаю...

– И все-таки я бы хоть на чуть-чуть хотела прикоснуться к жизни тамплиеров...
– Эстель с невыразимым теплом и надеждой посмотрела на рыцаря.
– Размахивать мечом или скакать верхом я, как женщина, не смогла бы, а вот что-то другое... Сеньор, а научите меня стрелять из лука! Вот занятие, которое мне по силам!

– Да зачем тебе?

– Просто так!

– Просто так ничего не бывает, девочка, - сказал Северин.
– Любая потребность имеет под собой умысел, явный или тайный, но имеет...

– Никакого умысла, сеньор! Прошу, научите... Мне кажется, что у меня получится...

– А что?
– вдруг оживился Северин.
– Тибо, принеси нам сюда лук и колчан со стрелами.

– Да у нее и духу не хватит натянуть тетиву! Сеньор, вы в самом деле собираетесь учить ее стрелять?

– А что в этом такого? Просто развлечемся немного, пока спит Венсан. Может быть, у нас больше не будет такой возможности...

– Стрелять из лука?

– Нет, развлечься.

***

Венсан де Брие уснул только под утро. Предательство брата ударило больно - но не наотмашь, а исподтишка, с той стороны, откуда его меньше всего ожидал честолюбивый рыцарь. Он понимал, что Северин, приведя в ночном разговоре достаточно веских аргументов, никогда не пойдет на уступки. И даже если он сам, граф Венсан де Брие, бывший прецептор Франции, с помощью верного Тибо попытается обойти брата, - непременно получит отпор со стороны Северина, твердо стоящего на своих убеждениях.

Оставался только один путь - заполучить брата в союзники. Но как - уговорами, обещаниями, шантажом? Глупо. С помощью Ребекки и Эстель - двух прекрасных женщин, каждая из которых испытывает к Северину де Брие определенные чувства? Опять глупо: набожный рыцарь никогда не поддастся даже самым льстивым женским уловкам. Тогда - как?

С этими мыслями, утяжелявшими голову, но не склонявшими ее ко сну, Венсан де Брие промучался до самого утра. А когда желанный отдых наконец-то накрыл усталое тело с усталой душой своим невесомым покрывалом, рыцарю вдруг показалось, что кто-то стоит перед его кроватью и настойчиво призывает проснуться. С трудом разлепив неподъемные веки, де Брие попытался разглядеть смутную фигуру, возникшую перед ним - то ли во сне, то ли наяву.

– Сеньор, проснитесь!
– знакомым молодым голосом позвала эта фигура.
– Это я.

– Гишар?! Ты!

Венсан де Брие невероятным усилием воли прогнал от себя остатки сна и рывком сел на кровати. Голова кружилась, перед глазами мелькали темные круги. Он закрыл лицо руками и просидел так несколько минут. Потом опустил руки и поднял голову. Перед ним действительно стоял молодой граф Гишар де Боже.

– Вы уже проснулись, сеньор?
– спросил он.

– Наверное...

– И вы уже слышите меня?

– Да, слышу. Когда ты приехал?

– Только что. Я стучал в дверь, но никого из слуг не оказалось дома, тогда я отпер своим ключом.

– Да, я распустил всех слуг, - подтвердил де Брие.
– Если понадобится, наймешь новых.

– Сеньор, я не стал писать вам письмо, потому что понимал, что вы сами захотите увидеть... И я приехал сказать...

– Да?
– переспросил де Брие.
– А что сказать?

– То, что интересовало вас больше всего, сеньор.

– А-а, это, - протянул рыцарь вмиг изменившимся голосом, - я уже всё знаю...

– Что вы знаете, сеньор?
– Гишар де Боже был искренне удивлен.
– Вы же мне давали поручение...

– Да, конечно, мой друг, я всё помню.

– Тогда откуда вы узнали?

– От моего брата Северина, - ответил де Брие.
– Он недавно приехал из Англии, и теперь мы все живем здесь, в твоем прекрасном доме.

– А кто это все?
– удивился Гишар.

– О, у нас большая компания!
– сдержанно улыбнулся де Брие.
– Кроме меня и брата, здесь еще и Тибо - ты ведь помнишь его?
– и еще две женщины, мать и дочь.

– Я знаю только Эстель, - сказал Гишар, - но откуда взялась другая женщина?

– Это давняя история, мой друг. Вскоре ты обо всем узнаешь.

– Вам тут удобно? Всем хватило места?

– Да, все довольны твоим домом, Гишар. Но если ты вернулся, чтобы снова жить в Париже, то мы в самое короткое время подыщем себе другое жильё. Впрочем, отправиться в Брие, в наше родовое гнездо - это тоже один из возможных вариантов. Не исключено, что мы так и поступим...

– Да нет же, я не собирался жить в Париже, сеньор!
– ответил де Боже.
– Мне хорошо и в Аржиньи. Там я будто окунулся в детство, и это так здорово! Я приехал только для того, чтобы рассказать вам... и привез тот документ, о котором вы мне говорили... Это "Список" Жака де Моле.

С этими словами Гишар достал из-за пазухи свиток пергамента, свернутый в трубку и перевязанный голубой лентой.

– Вот, возьмите.

– Давай, мой друг, - вяло сказал де Брие, протягивая руку.
– Я очень благодарен тебе. Ты - настоящий рыцарь, Гишар! И настоящий друг!

– Мне лестно слышать именно от вас эти слова!

Венсан де Брие неторопливо развязал ленту и, развернув документ, принялся изучать его. Гишар тем временем скинул с себя дорожную тунику и прошел к окну, выходившему во двор. На лужайке перед домом резвились несколько человек. В одном из них молодой граф узнал Тибо, в другом, очень похожем на Венсана де Брие, невозможно было не узнать Северина.