Опальная принцесса
Шрифт:
Поднялась с земли, потянулась, разминая затекшие мышцы.
– Леди… – прозвучало за спиной, оборачиваюсь и вижу – Джереми, собственной персоной. – Вам стало лучше?
– Немного, – улыбнулась ему, – прогуляемся?
– Опять за ягодами? – укоризненно протянул он.
– А вы уже проголодались?
Надо отдать должное его терпению, мужчина только вздохнул и кивнул на деревья.
– Показывайте, куда собирались идти.
В лесу темнеет рано, так что у меня минут тридцать, чтобы собрать лапника для подстилки. Первую елку нашла минут через десять. Пока ломала ветви, успела нашептать зазывайку для Дрём-Дрёмыча. Есть
Не успела договорить, как под ёлкой возникли зеленые глаза. Большие и круглые, как у совы. Стоило нам с ним взглядом столкнуться, как я тут же раззевалась. Тряхнула головой и крепче стиснула оберег от крестного, что не позволял чарам фейри на меня воздействовать.
Глаза сощурились, Дрём-Дрёмыч обижено фыркнул.
– Чавось звала?
Только хотела об услуге попросить, как Джереми за плечо тронул.
– Леди, отойдите, я помогу.
Да сейчас, разогнался.
– Вот это вот, подержите! – говорю стражу и всю охапку, что наломала ему в руки впихиваю.
– Леди, у нас с собой одеяла есть…
– Так ведь это у вас, а мне ничего из вещей взять не дали! Подождите, еще чуток соберу, – и шмыг под елку к Дрём-Дрёмычу на переговоры.
Тот голову на бок повернул и за мной наблюдает, не мигая.
– Неподалеку усталые путники расположились, целый день в дороге, Дрём-Дремыч, позаботился бы ты о них пусть выспятся хорошенько, а то завтра снова в дорожку…
– Обмануть меня пытаешься?
– Да, как бы я посмела? Исключительно о людях пекусь, они ж меня сопровождают, вдруг на разбойников наткнемся, а они сонные, вялые…
– Хм… темнишь ты, чародея воспитанница.
– Может самую капельку, – улыбаюсь Дрём-Дремычу, – затянуть путешествие хочу, никогда родные края не покидала, а тут такой шанс.
– Злого умысла не чую…
– Так что поможешь?
– Помогу, но однажды я тоже приду к тебе с просьбою.
– Долг платежам красен, Дрём-Дрёмыч, буду ждать в любое время дня и ночи.
Круглые глаза заулыбались и растаяли, а я вынырнула из-под елки со второй охапкой лапника и наткнулась взглядом на Джереми. Сердце замерло в груди, вдруг он что-то услышал.
– Можем возвращаться?
Медленно выдыхаю, кажись – пронесло.
– Да, хочу к костру… Тем более леди Реймс, обещала меня историей порадовать, а еще в экипаже корзинка с пирогами стоит. Румяные, свежие… Вот бы чайку к ним, да по горячее, – тараторила, чтобы как-то загладить неловкость и тут услышала, как заурчало в животе Джереми.
Похоже испорченную кашу он есть не стал.
– Чай найдется… – глухо заверил страж.
– Тогда и я пирогами поделюсь, – подмигнула ему.
Когда вернулись в лагерь, я выбрала себе местечко недалеко от костра и принялась лапник складывать, чтобы на нем спать можно было. Джереми, тем временем, организовал чай. Пряный аромат трав смешался с запахом костра и заставил меня улыбнуться, обожаю такие посиделки. Метнулась к экипажу, нашла корзинку с пирогами, а заодно вытащила из темноты полусонную леди Реймс, напомнив про первую главу писания.
Честно в душе лелеяла надежду увидеть дуэнью без слоя белил, но увы, похоже придворная дама даже спит, напудрив нос.
Увидав пироги, стражи воспряли духом, даже у капитана Грависа настроение поднялось. Жадничать не стала, разделила угощения на всех, даже про
Конкрадова не забыла. Ему тоже досталась чашка чаю и румяный пирожок, кажется, мужчина ему обрадовался ничуть не меньше изголодавшихся солдат.– Леди Реймс, вы обещали пересказ.
– Но… я… – дама покосилась на мужчин и явственно покраснела от смущения.
– Что за пересказ? – полюбопытствовал капитан.
– Первая глава из «Слова Божьего»…
Мужчина скривился, видать был не в восторге от подобных историй. Потом глаза его наполнились лукавыми искорками, наверное вспомнил, как я тут больную разыгрывала и решил, будто вот он момент взять реванш. Ус закрутил и предложил:
– Так может вы сами подадите пример?
Интересно на что он надеялся, смутить, пристыдить?
А вот фигушки.
– С удовольствием, – радостно улыбнулась, глянула на пламя и принялась рассказывать историю. Лично мне это «слово» успело изрядно набить оскомину, но показывать свое отношение слушателям ни в коем случае нельзя. Потому я старалась говорить неспешно, будто бы сказку рассказываю. И странное дело – меня действительно слушали, попутно заедая историю пирожком и запивая свежезаваренным чаем.
Спустя какое-то время в голову невольно закралась мысль, что сей талмуд заставляют учить исключительно благородных девиц.
За первой главой пошла вторая, а потом я заметила поодаль тень с круглыми, зелеными глазами. Первой начала зевать дуэнья, бедняжка буквально на ходу засыпала. Осторожно коснулась ее руки и взглядом показала, что она может идти отдыхать.
Следом настал черед стражников, они отчаянно зевали, трясли головами, боролись со сном, но Дрём-Дрёмыч он такой настырный и получасу не прошло, как стражники захрапели, будто бы сонного зелья вместо чаю выпили.
Дольше всех с сонливостью боролся Джереми. Он блуждал по поляне, как шершень над букетом цветов. Пинал караульных, чтобы не дремали. Хорошее дело, да только абсолютно бесполезное, следом за стражником шел Дрём-Дремыч, посему караульные засыпали, стоило Джереми отойти.
Страж вернулся к костру, растер ладонями щеки, прямо как-то сердито, затем плеснул на себя чуток водицы из фляги, оглянулся и помрачнел пуще прежнего, а я лежу на подстилке исподволь за ним наблюдаю. Странный мужик, будто чует подвох.
Перевожу взгляд на нашего спасенного, Конкрадов в тени отдыхать изволит, интересно притворяется или действительно уснул? Прищурилась, гляжу внимательно шевельнется или нет…
Вдруг на меня что-то черное сверху опустилось. Я пискнула и с лежанки скатилась, краем глаза заметила – Конкрадов тоже дернулся, но сразу же обратно лег.
– Леди, вы чего? – Джереми рядом стоит, а на лице удивление намалевано.
– Нельзя ж так подкрадываться! – буркнула на него поднимаясь и только теперь поняла, что страж принес мне обещанное одеяло, надо же не забыл. – Спасибо.
– Спите, завтра рано вставать, – посоветовал Джереми, зевнул так что чуть челюсть не вывихнул и побрел к своему лежаку.
Пяти минут не прошло, как рядом со мной Дрём-Дрёмыч нарисовался, круглые глаза оказались на расстоянии вытянутой руки, но самого фейри так и не смогла разглядеть.
– Вот тот молодец, что до портиков раздетый, чародейских кровей будет, с ним мне не сладить, остальные проспят до восхода.
– Спасибо, Дрём-Дрёмыч, я у тебя в долгу.
– Свидимся… – обещал фейри, растворяясь в темноте.