Чтение онлайн

— Возможно, нам следовало выбрать день получше? — произнесла она. Голос звучал тихо, немногим громче шепота, но Сол предположил, что она, должно быть, обращается к нему. Агенты редко переговаривались между собой. Разве что сознательно хотели, чтобы их услышали.

— Шторм бушевал по меньшей мере тысячу лет и простирается более чем на сотню миль по Пепельным Пустошам, — сказал он. — Пришлось бы долго ждать.

— Вас не утомляет дождь?

Сол пожал плечами.

— Этот регион неспроста известен как Штормовые Земли.

— Путешествие выходит захватывающим, — заметила Ангвис, глядя на коллег-агентов. — Хотя я опасаюсь, что Номеру Шестьдесят Два нелегко удержать еду в желудке. Быть может,

вы смогли бы как–то его ободрить?

Сол бросил взгляд на агента. Когда–то он запомнил их цифровые позывные, но вскоре осознал, что они тоже постоянно меняются. Он был вполне уверен, что этот вчера был Номером Шестнадцать: у него на кобуре имелась неприметная, но характерная подпалина от лазера.

— Мы летим низко и между линий Фульгур-Сети, — произнес он. — Основную часть локальной мощи шторма притянут молниеуловители. Временами корабль будет обдавать выплесками, но корпус обладает модифицированным конверсионным полем, которое сгладит наиболее серьезные эффекты. Наш гребец много раз ездил по волне. У нас нет никого более опытного.

— Благодарю вас. Чрезвычайно ободряет.

— Да, — отозвался Сол, — хотя и в меньшей степени, если учесть, что в последний раз, когда я совершал такое путешествие, он был только третьим по опытности из наших гребцов. Остальные…

Он развел руками.

— Ясно, — проговорила Ангвис, приподняв неповрежденную бровь. — У дома Делак есть поговорка о том, что некоторые секреты лучше таковыми и оставлять. Боюсь, этот как раз из их числа.

Сол пожал плечами.

— Сеть древняя. Наши метеоротехники каталогизировали географию и темперамент шторма. Однако сеть работает неполноценно и не до конца понятна. Существуют разрывы, точки концентрации напряжений. Если она внезапно откажет, или скачок пройдет непосредственно между линиями, нам не выжить.

Ангвис улыбнулась своей половинчатой улыбкой.

— Что ж, риски есть всегда.

— Несомненно, — произнес Сол. — Однако вы изъявили пожелание вести наши дела в каком–нибудь безопасном месте, а нет ничего безопаснее Иглы. Атмосферные помехи препятствуют наблюдению извне, а попасть туда могут лишь те, кто умеет двигаться по Фульгур-Сети.

Предводительница Делаков вежливо кивнула и умолкла. Сол взял свой инфопланшет и сделал вид, будто заинтересован мерцающим экраном, уголком глаза наблюдая за ней. Он подозревал, что Делаки каким–то образом общаются между собой — возможно, вокс-канал, подключенный напрямую к голосовым связкам и внутренним ушам, или же визуальная демонстрация посредством оптических имплантатов. Они казались безмолвными, но они много кем казались при необходимости.

Он почувствовал себя не в своей тарелке.

Дело было не в путешествии как таковом. Он родился в Штормовых Землях, и поездка являлась для него рутиной. Однако гром стих, и когда агенты молчали, Сол что–то слышал — даже на фоне гула корабля и далеких ударов молний.

Из кормового отсека раздавались скребущие звуки.

Он пытался не обращать внимания, вперив взгляд в инфопланшет, но никак не мог отделаться от шума. Тот походил на суету насекомых или на движение крыс в стенах. Вот только если он вслушивался внимательнее, то среди царапанья мог разобрать еще и речь. Шепот.

— Вы, похоже, нервничаете?

Он поднял глаза. Ангвис внимательно глядела на него.

— Я не боюсь шторма.

— Не сомневаюсь в этом. Как и вы, я полностью уверена, что мы преодолеем бурю. — Она улыбнулась. — И все же вы нервничаете. Почему?

— Возможно, я боюсь, что эта затея в конечном счете тщетна.

— Возможно, — отозвалась она, пожав плечами. — Или, возможно, вас тревожит нечто менее эфемерное?

Все Делаки разом повернулись, и их взгляды упали на дверь грузового трюма.

— Это вполне безопасно, — продолжила Ангвис. —

Обереги и отрицательное поле полностью работоспособны. Если что–то откажет, у нас предусмотрены чрезвычайные меры. Нет повода волноваться.

Сол натянуто улыбнулся, выражая согласие. Он не мог придумать, зачем бы Ангвис стала сознательно ставить себя или своих агентов в опасное положение. У него не было причин сомневаться в ее словах — по крайней мере, по этому вопросу.

Однако он готов был поклясться, что шепот становится громче. Он практически различал слово.

Спасение.

Пока обвиняемая излагала свои доводы, лорд Сайлас Пьюрберн [5] из Меркатор Пирос всем видом показывал, что слушает ее. Он восседал на скромном троне, установленном на широкой платформе, которая висела в нескольких футах над землей на струях хрустально-голубого пламени. Когда его взгляд упал на обвиняемую, он принял хорошо отрепетированный вид, тщательно продуманный, чтобы передавать серьезность ситуации. Казалось, будто его внимание сосредоточено на жалкой фигурке, словно в этот момент для него имели значение лишь ее показания.

Разумеется, они значили крайне мало. Ему уже случалось слышать подобные мольбы тысячу раз и из тысяч уст. Какие бы оправдания она ни привела, это не влияло на исход. Обладай она рычагами воздействия или влиянием, дело бы вообще не понадобилось доводить до суда. Однако лорд Пьюрберн твердо верил в важность этого процесса. Для обвиняемой было жизненно необходимо изложить свое дело прилюдно, в окружении друзей и соседей по поселению. Также было важно, чтобы те лицезрели пресловутое слушание, и впоследствии никто не смог бы заявить, будто правосудие не свершилось.

И все же было нелегко уделять много внимания при столь напыщенном изложении. Она говорила что–то о детях, указывая на пару малолеток, рыдавших в толпе. Пьюрберн бросил взгляд в их сторону и сочувственно кивнул, при этом воспользовавшись возможностью оценить сборище. Он ощущал напряженность: поселенцы оказались между преданностью соседке и страхом перед последствиями в случае сопротивления.

Впрочем, ему невозможно было оказать сопротивление.

Он являлся членом Меркатор Пирос, Гильдии Прометия. Он взирал на них с трона, на котором пребывало священное пламя Бога-Императора. Его персону оберегало множество Огарков — хирургически модифицированных телохранителей, повиновавшихся без вопросов. Их лица прятались под железными шлемами. Позади них стояла огромная фигура из плоти и стали, одна рука которой оканчивалась дымящейся конфоркой, а другая — острыми пальцами длиной с боевой нож. Кибернетически усовершенствованное создание являлось его Пиромагиром, заповедным хранителем пламени. Одно слово — и от толпы остались бы только горелая плоть и опаленные кости. Противостоять ему было безнадежным делом.

Однако, подумалось ему, истинная сила кроется не в подобных простых орудиях. Ведь он покровительствовал фанатикам из дома Кавдор. Они уже давно вели в этом поселении миссионерскую работу, и именно их лазутчики первыми оповестили его о проступке обвиняемой. Она посмела сливать прометий из главной топливной магистрали поселения. Неуклюжая попытка с равным успехом как обеспечить ее надежным источником энергии, так и разорвать на куски. Коль скоро теперь этим вопросом занимался он, такой вариант мог бы быть предпочтительнее. Последствия были бы те же самые, как и урок. Но ему бы не понадобилось мараться, спускаясь так глубоко в подулье.