Чтение онлайн

'А может это "иваны", переодетые, с Ростова пожаловали провернуть свои делишки? Так не похожи на ростовских бандюкив. А смотра, ей-ей, не будет, возьму отгулы...'

После всего этого, пораженный атаман отбыл на службу, твёрдо решив по-быстрому разобраться со всей этой "почти чертовщиной", появившейся на вверенной ему территории. Правда, внутренний голос твердил, что всё будет нормально, эти соседи - союзники. А своей интуиции Шатров доверял. На все 146%.

Когда машина остановилась, в весьма

перепутанных чувствах пошёл к калитке подворья. По сути, не моего, но находящегося на своём, то есть моём месте в оставленном городе.

– Борн, ты воды захвати, холодненькой, - попросила Эльза.
– И давай побыстрей!

– Слушаюсь, мэм. А вы пока посидите, и не отсвечивайте, - соглашаясь, скомандовал, вылез и пошёл по домовладению.

'Итак, флигель закрыт. Отец у меня там уехал в гости. Жена и дочь, ещё не пришли - открываем дом. Ностальгировать будем потом'. Но руки задрожали. Тоска и боль, до черноты в глазах, навалились: "Утраты, сплошные утраты". Еле-еле справился с замком и со своими чувствами.

Ремень с пистолетом - на обувницу. БЖ бросил на пол. Пробежался по комнатам, и эта пробежка отодвинула переживания о потерях близких. 'О, а это кто дизайном занимался - Роман или Матильда?' Дизайн комнат - был. Спальня Лолиты - в розовых тонах, в зале - ЖК-телевизор "Sony" и немецкий электрокамин. В прихожей - музыкальный центр "Sony"; везде мягкая мебель, в кабинете - Михалыч - молодец!
– компьютерный стол, шкафы - книжный и для одежды. Из одежды выбрал летние светло-зелёные брюки и рубашку - гавайку, светлые носки. Переоделся. На кухне из холодильника "Indesit" достал полтарашку минеральной воды. Закрыл его. Потом снова открыл и уставился внутрь: 'Ты, Михалыч, тормоз, ха-ха, два раза, свет в холодильнике присутствует. Это раз, теперь ищи газ - это два-с. На чём ты чайник греть будешь, чайник?' Чайник бы грел на индукционной панели фирмы "Bosch". Электричество для чайников - подкинули. В общем - bon, ибо квадратов сто двадцать жилого пространства. Моего. 'Я теперь - Корейко! А теперь, в машину, миллионщик. Ибо дамы пить хотят'. На ноги надел коричневые мокасины из обувницы. Высокая тумбочка привлекла мой взгляд. Четыре такта её разглядывал.

'Чёрт возьми, мне ж сегодня пятьдесят пять с половиной лет исполнилось!.. А тут такое!.. Придётся терпеть ...лишения'.

Поражённый в самую печень нацепил на пояс кобуру с Иж, закрыл дом и пошёл к ЗиРу по двору, выложенному тротуарной плиткой. В машине отдал воду Эльзе.

– А не хило живут операторы почты, - вставила свои пять копиёк Зося. 'Зося, ты чё такая дерзкая, а?'

– Зависть это - грех, Зося, правда, мама?

– Борн, а дома есть кто?
– Эльза другой вопрос задала.

Отрицательно покачал головой, и мне стало стыдно.

'Мог бы и домой их пригласить. Культурней надо быть, герр домовладелец, культурней'. Мою заминку приняли совсем по-другому.

– Может родные ещё найдутся, - посочувствовал мне Борисов. Я махнул рукой, езжай мол, Николаич.

Развернулись, Николаевич, помахал рукой какому-то казачьему семейству, стоящему за забором, и мы медленно поехали искать жилища лялек. Всю первую половину пути ляльки старались поднять мне настроение. В общем, это им удалось, разговорился, и на них поглядывал. По сторонам редко смотрел. Так урывками, увидал: мост, вокзал, водокачку. Это Зося и Лиэль показывали.

'А удачно всё таки меня Борисов позвал. Сразу четверо союзников из моего времени. Да мы тут!' Выпитый коньяк ещё действовал и выдавал на-гора шапкозакидательские мотивы, с поднятием общего тонуса. Тем более Зося и Лиэль, были симпатичные девушки, росточком под метр семьдесят, "одноразмерные", лица только разные. Одним словом - видные

девахи. Форменные блузки и брючки обтягивали аппетитные формы, расстёгнутые блузки так и манили заглянуть в декольте, Борисов меня даже одёрнул:

– Борн, ты за дорогой смотреть будешь? А то я тут кого-нибудь задавлю, пока ты сиськи Лиэль будешь разглядывать!.. 'Кого задавит? Пустую дорогу? Ой, как грубо. Я ж стресс вытесняю эротикой'.

– Фу, как грубо, - вслух, - я может - эстет, ярый ценитель женской красоты.

– Кобель ты, Борн! Вот ты кто, - сзади засмеялись.
– Так и хочешь в сахарницу заглянуть.

– Я не понимайт, чьто есть - сахарница? 'Поюморим, трохи'.

– Не знаешь?
– Нихт знаешь.

– Мальчики, что вы так разошлись? Ой!
– в три голоса с явным испугом.

Всем по глазам ударило темнотой, Борисов резко затормозил, лялек бросило вперёд. 'Поюморили, бли-и-и-ин...' Еле успел не налететь лбом в переднее стекло.

– Что за... Откуда взялся этот туман?
– от лялек; вокруг машины и на самом деле был густой туман.

Поспорив, поехали дальше, на первой передаче, Борисов включил противотуманки, они с трудом освещали дорогу. 'Странно, туман? И откуда здесь днём туман? Да с запахом лекарств, а?'

Доехали до перекрёстка. Дорога вправо вела на Сальск, Тихорецк и Ростов, а нам надо было ехать прямо.

– А ну, Николаич езжай к вон той машине, - сказал, узрев включённые габариты, стоящей на обочине, машины.
– Может там наши?

Свернули вправо и подъехали поближе.

– Глазастый ты, Борн.

Включённые фары осветили внедорожник "Nissan Qashqai". Как на крыльях, полетел к нему, но в машине никого не было, Обошёл вокруг джипа; тёмно-зелёный, госномер - А 007 ЕВ, 130 регион. Блатной номерок, а что за регион? Не понятно. Полез в незакрытую машину. Между сидениями водителя и пассажира, нашёл барсетку и кожаную папку. Подошли остальные коллеги.

Разузнали, что машина принадлежит Гладкову Ардальону Николаевичу, 1965 года рождения, жителю Астрахани, владельцу строительной фирмы " АРМавис" который ехал вместе с Кукушкиной Анжелой Станиславовной, 1995 года рождения в сочинский санаторий "Голубая фишка" на отдых. "Папик и эскорт", что ли?' Отдыхать они собирались со 02. 08. по 25. 08 2014 года!

– Машинка из Астрахани, - прочитал Борисов. Он носом уткнулся в ТО.

– 2014 год? Так, что они из будущего? Невероятно!
– Эльза удивилась, забирая из моих рук курортные путёвки и паспорта.
– А девочка совсем молоденькая, он её на тридцать лет старше. Какое безобразие!
– Эльзе и туман не помешал узреть главное.

– А может у них любовь?
– поддел Эльзу Николаич.

– Разврат это! Он же - распутник!

– Ну, надо ж, как то девушке жить.

– Пускай идёт на завод, на фабрику! Работает пусть! Не поверю, что в Астрахани нельзя найти работу!

– Она "работает".
– Как?
– Чем!

– Фу, ты, Борисов неисправим! Борн, что ты там копаешься? Это не твоя машина. 'Счас. Не моя. Уже моя. Если конечно хозяин не нарисуется'...

– А он её хочет "прихватизировать". 'Ты глянь, Борисов слово заполнил'.

– Борисов, а кто "Микру" в гараже пригрел. Молчишь?
– сказал наступательно. Николаич, что-то стал лепетать.
– Борисов, оправдываешься, значит виноват!

– Борн, ты хоть покричи. Может этот Ардальон где-то ходит, - Эльза попросила, как приказала. 'Ну вот, накаркал'. Но я покричал. Тишина в ответ. Зося в это время нашла в багажнике пять чемоданов-тележек и пакет с едой. Эльза запретила их трогать, а потом переключилась на меня: - Борн, какой ты жадный! Дом есть! Флигель есть! И ещё машину хочет украсть! Каким лекарством тут воняет?