Невезучие
Шрифт:
Франсуа потрясенно молчал. Он пытался что-то сказать, но мысли путались, а трясущиеся губы издавали лишь какие-то нечленораздельные звуки.
— Не-не-не может быть! — пролепетал он наконец.
Понурив голову, Компана отошел в сторону. На душе у него было мерзко. Он чувствовал себя так, как будто обидел беззащитного ребенка. Франсуа провожал его потерянным взглядом, в его глазах блестели слезы.
— Может, черт побери! — заорал Компана. Казалось, что криком он пытается убедить себя, что поступает правильно. — Может! И мы здесь застряли из-за того, что ваш «друг», Мийярд, решил испробовать свою теорию о невезении. И мы с
— Идите к черту, Компана! — в голосе Перена были слышны не только обида, но и гнев.
— Послушайте, Франсуа, я не виноват. Это была не моя идея. Я с самого начала был против этого!
Перен уже весь клокотал как перегретый чайник. Не найдя подходящих слов, он с размаху стукнул Компану ребром ладони по шее. Жерар даже не шелохнулся. Для него это было не более, чем комариный укус.
Франсуа замахнулся снова. Если бы ярость можно было перевести в силу и точность удара, голова Жерара каталась бы сейчас по траве, отсеченная от туловища. Но Компана инстинктивно сделал полшага назад, и страшный удар Перена пришелся на капот вездехода. Капот при этом пострадал существенно меньше, чем ладонь Франсуа.
— Франсуа, осторожней! — воскликнул детектив, но было уже поздно.
— Уй-уй-уй! — застонал Перен, но, похоже, боль не остудила его решимости стереть обидчика в порошок.
Наклонив голову, с налитыми кровью глазами, как бык на матадора, бросился Франсуа на Компану.
Компана поймал его за плечи, развернул градусов на тридцать и вернул на исходный рубеж.
— Ну разве можно так? — ласково выговаривал он при этом разжалованному главе экспедиции. — Что же вы не смотрите, куда кидаетесь? Ведь там же дерево!
Действительно, за его спиной красовался нежно-розовыми цветами джакаранда в два обхвата толщиной.
Перен предпринял вторую попытку забодать бывшего друга.
— Подождите секундочку! — попросил Жерар. Франсуа замер на бегу. Компана наклонился и убрал с дороги большой камень, о который его подопечный мог споткнуться.
— Спасибо! — машинально произнес Перен.
— Пожалуйста!
И Франсуа снова бросился на сыщика.
Чему быть, того не миновать! Зацепившись ногой за корень, Перен описал в воздухе красивую параболу и с размаху врезался головой в лебедку, установленную на переднем бампере вездехода.
Курчавая шевелюра — вот что спасло Перена от неминуемой гибели. Но сотрясение мозга он, кажется, получил основательное.
Компана был в отчаянии. Он поднял почти бездыханное тело Франсуа и поудобнее уложил его на траве, подложив под голову спинку сиденья. Затем он достал аптечку и обработал рану по всем правилам первой помощи. Но это было все, что можно было сделать для раненого в полевых условиях. Нужна была срочная медицинская помощь, а где ее возьмешь в тропических джунглях?
Жерар был готов локти себе кусать от бессилия, чувствуя, что теряет друга.
Вдруг до слуха Компаны донеслось урчание автомобильного мотора. Похоже, невезение Перена действовало, только когда он находился в здравом уме и твердой памяти.
Через пару минут на шоссе со стороны Сьюдад-Реаля показался грузовик, за рулем которого восседал крестьянин в сомбреро, с сигарой в зубах и большими висячими усами. Рядом с ним сидела его жена,
а в кузове мычало и блеяло несколько голов крупного и мелкого скота.Компана выбежал на дорогу, размахивая руками.
Грузовик остановился. Оказалось, что крестьянское семейство возвращалось из Сьюдад-Реаля, где они продали часть урожая и купили несколько голов скота.
Добрые люди немедленно согласились помочь. Они даже были готовы развернуть машину и ехать обратно в город, но жене крестьянина пришла в голову более разумная мысль. С женами так иногда бывает. Она предложила отвезти раненого в деревню, до которой было километров на двадцать ближе, чем до Сьюдад-Реаля, и там тоже была больница. Естественно, при католической миссии. Пусть врач осмотрит Перена, а потом, если потребуется, можно будет вызвать вертолет и перевезти Франсуа туда, где ему смогут оказать более квалифицированную помощь. Очень разумное предложение!
Компана устроился в кузове, положив голову Франсуа себе на колени, чтобы уберечь его от тряски, и грузовичок тронулся в путь.
Минут через сорок они без всяких приключений добрались до деревни и въехали в ворота миссии.
«Черт побери! — подумал Компана. — А ведь если бы я дал Перену себя уговорить, мы могли добраться сюда часа за три. И он был бы сейчас жив и здоров. Правда, идти надо было в обратную сторону!»
К грузовику подбежали санитары с носилками. За ними, в черном одеянии и белом чепце, шествовала пожилая монахиня. Очевидно, она была здесь главной. Крестьянин стянул с головы сомбреро и перекрестился.
— Не беспокойтесь, сеньоры! — сказала она. — Больному будет оказана вся необходимая помощь.
— Ваше, ваше… — пробормотал Жерар, пытаясь подобрать нужное слово.
— Можете называть меня сестра Моника, — подсказала монахиня.
— Так вы — француженка! — обрадовался Компана.
— Да.
— Мы тоже французы, — сказал Жерар. — Мы здесь в спасательной экспедиции. Я прошу вас сделать все, что в человеческих силах, чтобы его спасти!
— Это ваш родственник?
— Больше чем родственник! — произнес Компана вслух, а про себя подумал: — «Это мое второе Я».
— Хорошо, — кивнула сестра Моника. — Ему будет обеспечен самый лучший уход. Мы всегда все делаем для наших пациентов, кто бы они ни были. Сейчас я должна идти, чтобы отдать необходимые распоряжения. А вы зайдете ко мне примерно через час и все подробно расскажете.
Час спустя Перена после операции перенесли в палату и уложили на кровать. Его обритую голову украшал тюрбан из белых бинтов, а на губах играла блаженная улыбка.
Накрыв Франсуа одеялом и поправив подушку, санитары вышли из палаты, оставив больного приходить в себя после наркоза. По дороге один из санитаров привычным движением подоткнул одеяло на соседней кровати, где лежал второй пациент. На его губах играла такая же блаженная улыбка, а голову украшал такой же тюрбан из марли и ваты.
В назначенный срок Компана был в кабинете сестры Моники.
— С вашим другом все будет в порядке, — сказала она. — Операция прошла успешно. Доктор заверил меня, что недели через две он будет уже на ногах. Травма оказалась не столь страшной. Пришлось наложить несколько швов на рану. Да еще сотрясение мозга средней тяжести. Так что некоторое время его, возможно, будет укачивать в автомобиле. Я думаю, это можно пережить.
— Спасибо вам, — произнес Жерар. — Вы сняли камень с моей души.