Наследница
Шрифт:
— Итак. Я могу называть вас Кир? — Молодой человек кивнул. — Ко мне обращаться леди, никаких «госпожа», «Ваша Светлость» и прочее. Знакомьтесь с теми, кого часто будете здесь видеть. Мой рыцарь — сэр Алистер. И камеристка Вита. Вас никто не ограничивает в перемещениях по поместью, но не рекомендую уходить влево от моих покоев. Там комнаты Алеены, можете попасть под горячую руку истерички.
Киран не удержался и хмыкнул. О характере младшей Блэкклоу не знал только глухой.
Достав из сумки планшетку с уже закреплённым листом бумаги и перо, юноша приготовился записывать.
В целом, Киран не нашёл чего-то сложного или необычного в том перечне, который ему выдала наследница. Чтение писем, кроме личных, составление расписания на день, сопровождение на мероприятиях, если отсутствует герцог. Отдельным пунктом Иона выделила общение с её родственниками.
— Герцога вы никак остановить не сможете, а вот осаживать герцогиню и Алеену вам придётся. Особенно последнюю. Справитесь?
— Конечно, леди. Могу я задать вопрос? — Дождавшись, пока Блэкклоу кивнёт, юноша глубоко вдохнул и выпалил. — Почему я?
— Вы честны, Кир. Вы амбициозны, но понимаете границы своих возможностей. К тому же, судя по вашему досье, за деньги вы меня точно не предадите. Кстати, можете подсказать, почему вдруг бастард рода Виндгор собрался работать на Блэкклоу?
Юноша, не ожидавший такого вопроса, подавился воздухом. Глядя в глаза Блэкклоу, он видел только бесконечное презрение, которое он видел в глазах каждого, кто узнавал, кем Киран является на самом деле.
Судорожно вздохнув, Киран дрожащей рукой нашарил подлокотник и поднялся, бормоча извинения.
— Киран! Куда вы?
— Простите, леди, я пойду… Мы вряд ли сработаемся…
— Кир, сядьте. Вы бледны, как покойник и заикаетесь. — Девочка заставила парня сесть обратно в кресло и сунула ему в руки чашку с чаем. — Что вас так взволновало?
Не в силах ответить сразу, юноша сделал большой глоток напитка и тут же закашлялся, подавившись. Иона, сидя на подлокотнике его кресла, осторожно постучала ему по спине. Реакция молодого человека мягко говоря настораживала.
Если бы досье принесли чуть раньше, Иона бы раньше расспросила Кирана, не обещая ему работы, но сказано — сделано. На свою голову она решила проверить сразу, что надо этому парню.
Заметив, что Киран успокоился, девочка пересела в своё кресло и внимательно посмотрела на юношу. Тот был бледен, под глазами моментально залегли тёмные круги, руки дрожали. Но взгляда он не отводил.
— И что это было?
— Вы же презираете меня. Не хочу работать с той, кто меня ненавидит.
— С чего вы взяли, что я вас презираю или ненавижу? Я, конечно, не люблю Арриана, но вы — не он.
— Я бастард.
— И что это меняет? Вы резко стали идиотом? Или передумали работать во дворце в будущем? Я не понимаю вас, Киран.
Глубоко вдохнув, Киран попытался успокоиться. Замершие у дверей Вита и Алистер вышли из кабинета, стоило Ионе бросить на них взгляд.
Встав, девочка налила ещё чая гостю и осторожно коснулась его плеча.
— Киран, вы можете рассказать мне, в чём проблема. Если не хотите — пытать не стану.
— Я… Я даже не знаю, с чего мне начать.
— С самого начала, как это делают обычно.
Иона
заметила, как юноша сжал чашку настолько сильно, что пальцы побелели. Не зная толком, что делать, девочка погладила Кирана по плечу, вспомнив, как её саму успокаивал Сервиан.Так они сидели минут пять, пока юноша не смог взять себя в руки. И вот так, сгорбившись, глядя в чашку и бесконечно смущаясь того, что жалуется маленькой девочке, Киран начал свой рассказ.
Предыдущий герцог Виндгор был хорошим человеком, но тем ещё повесой. Женщин он менял так часто, что его жена могла бы открыть ювелирный магазин, ведь за каждую измену герцог дарил ей драгоценности. При этом он следил, чтобы не было бастардов. Но однажды он не уследил и появился Киран, родившийся на два года позже признанного наследника. Его мать была довольно обеспеченной вдовой виконта, а потому ничего не требовала от Виндгора. Тот по своему желанию отписал внебрачному сыну маленькое поместье на границе с эльфийскими землями и открыл счёт на его имя с довольно внушительной суммой. Не сказать, что Киран любил отца, но безмерно его уважал. Именно Виндгор поддержал его после смерти матери. Но через несколько лет ушёл сам, напоследок попросив Кирана написать сводному брату.
Что именно хотел добиться этим герцог — Киран так и не понял. Но, послушный последней воле умершего, он написал Арриану, в первом же письме сообщив, что не претендует ни на что и просто хочет познакомиться с братом.
Ответ он получил через несколько дней и, прочитав письмо, едва не разрыдался от обиды. Он знал о своём статусе, знал о том, что на фамилию Виндгор и герцогство ему никогда не претендовать. Но читать такое, зная, что это написал твой брат, было невыносимо для довольно эмоционального юноши. Оскорбления, которыми пестрела каждая строчка письма, будто въедались в подкорку, заставляя чувствовать себя ничтожеством. В конце своего опуса Арриан просил «ничтожество, которое породили неуёмные чресла его отца» забыть о фамилии Виндгор, иначе новый герцог сделает всё, чтобы одного бастарда просто не стало. На этом Арриан не остановился и подал в суд, чтобы забрать у бастарда то, что было подарено ему герцогом. Но судьи только развели руками — всё официально и по закону.
Злой на весь мир Арриан сделал так, что Киран не смог поступить в Академию, которой грезил долгое время. Работу он не мог найти тоже из-за козней брата. Бастарду Виндгор пришлось даже уехать в герцогство Блэкклоу, но и сюда дотянулись руки Арриана. И юноша почти сдался, когда узнал о том, что наследница Блэкклоу ищет секретаря.
— Вот как… Чтож. Тогда предлагаю вам сменить фамилию, Киран. Виндгор же не знает вас в лицо? Только имя?
— Возможно, он видел портреты, миледи.
— Тогда опустите волосы и не носите очки. Это здорово меняет людей. Остальное обсудим завтра. Жду вас к девяти, Киран. С вещами. Жить будете в поместье, в выходные делайте, что хотите.
— Вы… Вы нанимаете меня?
— Повторю, вы — не Арриан. Мне без разницы, кто ваш отец, пока вы верны мне. Но если только задумаетесь о предательстве…
— Благодарю за доверие, миледи. Я не подведу.
— Надеюсь на это.
***
— Миледи, тут какое-то странное письмо.