Мысли перед сном
Шрифт:
Когда Настя была ещё маленькая, с ней не могли ездить к родственникам, поэтому, чтобы забрать Артёма, в гости приезжала сестра Марины Александровны, которую мальчик в детстве называл няня Юля. Вспоминается, как он уже сидел в вагоне поезда и ждал отправления, смотря в окно на перрон, где находились провожающие его родители. В тот момент ему стало очень грустно от того, что он уезжает, а они остаются и, когда поезд тронулся, заплакал. Няня успокаивала ребёнка, чтобы не переживал, покидая свою семью. Она младше своей сестры и на тот момент не состояла в браке, хотя за мужем уже побывала, но неудачно. Иногда она прикрикивала и давала наставления, от чего Артём её всегда немного побаивался из-за довольно строгого характера. У сестёр отношения складывались не самым лучшим образом из-за всё той же банальной разницы в возрасте и уделённом внимании со стороны родителей, что влекло за собой частые конфликты и обиды даже уже в зрелом возрасте, но это не мешало им радоваться встречам друг с другом и общаться.
У Александра Павловича имелся старый автомобиль алого цвета, старше Артёма лет на десять. Однажды дедушка приехал на нём в гости, чтобы забрать дочь с детьми и отвезти на летние каникулы. В тот день мальчик сидел у окна в своей комнате и смотрел на улицу в ожидании появления этого яркого транспортного средства, проезжающего по дворовой дорожке вдоль дома. В то время и дороги и сами машины не позволяли быстро и комфортно передвигаться на большие расстояния. Поэтому путь, который сейчас можно преодолеть за пять часов, тогда занимал практически весь день. В дороге приходилось периодически останавливаться, чтобы размяться,
Однажды Артём даже летал к родственникам на самолете, но знает об этом только по рассказам родителей, так как своих воспоминаний не сохранилось из-за слишком малого возраста.
Александр Павлович и Елизавета Варсанофьевна жили в девятиэтажном панельном доме, находящемся на окраине города рядом с лесом. Трёхкомнатная квартира располагалась на четвёртом этаже. Вперёд от входной двери шёл коридор, который вёл в помещения по бокам и в конце упирался в двери туалета и ванной. Сразу справа от входа находилась кухня, где иногда дедушка устанавливал огромный самогонный аппарат, чтобы пополнить свои запасы алкоголя. По левой стороне в конце коридора располагалась комната с выходом на лоджию, откуда открывался вид на лес. Там жил Артём вместе с дедушкой, а точнее только спал, а остальное время проводил в зале, который следовал за кухней по правой стороне коридора. В этой большой комнате с двойными входными дверьми вдоль всей левой стены стоял огромный шкаф, так называемая «стенка». В нём хранилось множество вещей, одежды, посуды и имелась ниша для телевизора. У правой стены находились два кресла, разделённые журнальным столиком, а за ними около окна размещался огромный диван, обитый яркой оранжевой тканью. Большое окно скрывали шторы, которые двигались с помощью верёвок, свисающих с правого угла карниза. Там ребёнок играл в игрушки, смотрел телевизор и развлекал себя, чем мог. В третьей комнате квартиры, находящейся в конце коридора по правой стороне, мальчик практически не бывал, она считалась женской и там в основном находились Марина Александровна, Елизавета Варсанофьевна и няня Юля.
Оставив маленькую Настю на отца, Марина Александровна приезжала с Артёмом на несколько дней повидаться с родителями, а затем уезжала, оставляя сына у них на всё лето. Однажды она с Елизаветой Варсанофьевной и няней Юлей ушли к кому-то в гости, а мальчик остался дома с дедушкой, который вскоре ушёл спать. Поздним вечером на улице уже стемнело, а ребёнок сидел в зале и играл в игрушки, начиная переживать, что мама ещё не вернулась. Сев на подоконник, он стал ждать её, всматриваясь в окно на ведущие к дому плохо освещённые дороги. Время шло, и Артём уже открыл окно, выглядывая в него, чтобы попробовать разглядеть в свете фонарей силуэты проходящих людей в надежде узнать в них своих родных. Волнение нарастало и переполняло его. Переживая, что с мамой что-то случилось, он начал плакать. В комнате светила только настольная лампа, которая с трудом освещала всё помещение, и в этом полумраке ребёнок в одиночестве сидел на подоконнике и шёпотом вопрошал «Мама, где ты?», пуская по щекам слёзы. Видимо, Александр Павлович услышал эти всхлипы и проснулся. Он зашёл в комнату и спросил, всё ли хорошо. Внук сразу отвернулся и сделал вид, что всё в порядке, чтобы не показывать свои эмоции и слабость. Вскоре все вернулись домой, и Артём смог успокоиться, но прекрасно запомнил тот момент переживаний о своей маме.
Артём спускался и поднимался на четвёртый этаж дома обычно пешком, а точнее бегом, спрыгивая при спуске вниз по лестнице, стараясь пролететь как можно больше ступеней. Бывало, что из лифта кто-то выходил на первом этаже, и мальчик успевал в него забежать, чтобы подняться вверх, но, если же рядом находились ещё люди, которые собирались воспользоваться лифтом, то всегда проходил мимо, так как не хотел находиться с кем-то в замкнутом пространстве. В такие моменты от дискомфорта он не мог найти себе места – как лучше встать, куда смотреть и даже дыхание казалось слишком громким, что могло не понравиться попутчикам. Артём всегда переживал по поводу мнения окружающих о нём, поэтому старался соответствовать ожиданиям своим поведением и внешним видом. Однажды, он заскочил в пустой лифт и нажал кнопку четвёртого этажа. Но, несмотря на небольшое расстояние, которое преодолевалось за считанные секунды, успел застрять. На полпути кабина резко остановилась и внутри погас свет. Мальчик очень перепугался и не знал, что делать в такой ситуации. У него нет клаустрофобии, но в тот момент внутри быстро нарастала паника. Немного подождав, в надежде, что всё заработает, он начал колотить руками по дверям и звать на помощь. Ребёнок провёл в заточении всего несколько минут, но они казались вечностью. Также внезапно, как свет погас, он и зажёгся. Лифт, как ни в чём ни бывало, доехал до нужного этажа. Выйдя из кабины, Артём перевёл дух и решил, что теперь всегда будет ходить по лестнице, заработав небольшой страх перед поездками на лифтах на всю жизнь.
На улице у Артёма имелось всего два друга и больше он особо никого не знал и ни с кем не общался. Они были значительно старше, но всегда находили время, чтобы погулять с мальчиком. Один из них жил на первом этаже того же подъезда и именно с ним проходило почти всё время вне дома, а другой – в соседнем. Не получается вспомнить, как он познакомился с ними, но, скорее всего, Елизавета Варсанофьевна попросила этих ребят присматривать за внуком. Время, проведённое с друзьями, проходило очень насыщенно и интересно. Естественно, для своих старших товарищей Артём, скорее всего, являлся хвостом, который постоянно следует по пятам, но не возникало ситуаций, когда от него отмахивались или избегали. Видимо, им тоже нравилось с ним дружить. В большом дворе, огороженном домами со всех сторон, проводили не много времени, потому что там особо нечем было заняться. Кроме песочниц и небольших детских площадок больше ничего интересного не наблюдалось. Остальное пространство, покрытое песком в перемешку с островками низкой травы, пустовало. На песке друзья играли в довольно опасные игры с ножами. В одной из них на земле рисовался круг и делился на две половины. Каждый вставал на свою, по очереди кидая нож на сторону соперника, чтобы остриём воткнуть в землю. Если это получалось, то по направлению лезвия ножа проводилась черта, которая отрезала часть территории противника и присоединяла её к своей с целью уменьшить владения соперника настолько, чтобы он не смог там стоять. Для второй требовался складной нож, который раскрывался на девяносто градусов. Остриём он ставился на землю, удерживался кончиками пальцев за рукоятку снизу и резко подбрасывался вверх, после чего, крутясь в воздухе, должен был приземлиться в определенном положении на некотором расстоянии от точки запуска. В зависимости от положения, на месте приземления рисовалась геометрическая фигура, характеризующая тот или иной объект с определенным количеством жизней. Когда нож вонзался остриём лезвия в землю и с рукояткой образовывал треугольник, эта фигура рисовалась на песке и имела одну жизнь. То есть, чтобы победить этот объект, сопернику достаточно попасть в него ножом в том же положении. Случались варианты, когда нож приземлялся на тыльную сторону рукоятки, а лезвие торчало вверх – это означало круг с двумя жизнями, когда остриё сильно вонзалось в песок так, что рукоятка оставалась висеть в воздухе – квадрат с четырьмя жизнями. Очень редко получалось, что нож приземляясь застревал в рыхлом песке концом рукоятки и рисовался ромб с пятью жизнями. Имелась возможность объединять несколько рядом стоящих фигур в одну большую. Начинали игру из отдалённых друг от друга точек дворового пространства и по очереди делали ходы. Чтобы победить соперника, приходилось собирать более мощную армию и оказаться сильнее в итоговом сражении. Эта игра могла длиться целый день. Ребята на корточках ползали по двору, бросая нож в разные стороны, то убегая от соперника, то догоняя его. Весь песок вокруг изрисовывался различными геометрическими фигурами. Артёму очень нравилась эта увлекательная игра и для неё он даже уговорил бабушку купить ему складной нож. Из-за его опасности, она сначала отказывала, но в итоге согласилась. Мальчик постоянно носил его с собой, а потом потерял
из-за своей рассеянности, оставив на сидении в автобусе.Недалеко от дома находились большие заросли кустарника, внутри которых образовалось небольшое болото. Точнее это была обычная лужа, но из-за того, что она постоянно находилась в тени, то почти никогда не пересыхала и превратилась в водоём для мелких организмов и лягушек. Во время нереста, вода кишела головастиками, а Артём с неподдельным интересом наблюдал как они растут – появляются лапки, отпадают хвосты и превращаются в маленьких лягушат, которые потом толпами прыгали по окрестностям. В кустах друзья строили шалаш, принося туда доски, ящики и другие подходящие для этого вещи, которые находили в округе. Со стороны это больше походило на место обитания бездомных, но ребята любили проводить там время.
За домом находилось небольшое футбольное поле, за ним дорога, а дальше начинался лес с множеством тропинок, по которым гуляли люди из близлежащих домов. Одна из них вела к большому пруду, где в жаркую погоду купалось и загорало много народу. Между дорогой и лесом над землёй пролегали трубы водоснабжения, которые шли вдоль опушки. Ребята гуляли по ним и срезали тонкие прутья кустарников, растущих рядом и нависающих своими ветвями над теплотрассой. Отец друга плёл из этих прутьев корзины и другие вещи. Артём тоже захотел что-то сплести и взял несколько веток домой, но не знал, как это делается, а спросить стеснялся. Вместо того, чтобы сплетать их друг с другом, мальчик взял моток ниток и начал связывать ими, в надежде получить в результате корзинку. Но получилась только бесформенная паутина, среди которой торчали несколько прутьев. Плетение корзин не задалось, и пришлось выбросить это произведение искусства. Друг показывал свои поделки, но мальчик так и не попросил научить его этому мастерству. В левую сторону от дома трубы уходили в гаражный кооператив и дальше к мясокомбинату. На свалках около этих объектов друзья тоже находили для себя немало развлечений. С мясокомбината часто выкидывали повреждённую целлофановую упаковку для сосисок – длинные мягкие прозрачные трубки, которые собирали, выбирали в них неповрежденные участки и наполняли водой, завязывая концы. Можно сказать – делали сосиски из воды. Эти ёмкости смачно взрывались при падении на землю, разбрызгивая воду в разные стороны. Сделав большое количество таких снарядов, забирались с ними на крышу дома. Люк, ведущий туда с последнего этажа подъезда, никогда не запирали на замок. С плоской покрытой чёрным гудроном крыши открывался прекрасный вид на окрестности. По краям находился довольно высокий бордюр и Артёму с маленьким ростом приходилось вскарабкиваться на него, облокачиваясь на живот, чтобы посмотреть вниз. Стараясь, чтобы снизу их никто не заметил, ребята кидали водяные бомбы, наблюдая, как те разлетаются вдребезги при соприкосновении с асфальтом. Несколько раз снизу начинали кричать и ругаться, что заставляло быстро убегать с места преступления, добавляя дополнительного адреналина и веселья. Рядом с гаражным кооперативом находили старые автомобильные аккумуляторы, проверяли, что внутри они высохли, чтобы не обжечься кислотой, и разбирали. Из корпуса доставали металлические пластины, отряхивали от застывшей жидкости и, разломав на небольшие куски, складывали с консервную банку. Затем разжигали костёр и расплавляли. Обычно, просто делали металлическую шайбу, равномерно распределив жидкую массу по дну формы и зафиксировав её в таком состоянии, опустив в воду. Когда металл остывал, банку разрезали и доставали получившийся увесистый слиток. Там же рядом находился пруд, в котором водилась рыба. Друзья ловили мальков рядом с берегом на удочки без поплавков и наживки – всего лишь небольшая палка, к которой привязана леска с маленьким крючком на конце. Водоём не предназначался для купания, так как всё дно покрывал слой мусора – банки, бутылки и другие вещи, которые выкидывали из близлежащих гаражей. Но в прозрачной воде с берега хорошо виднелось, как среди водорослей и разного хлама плавает множество мелких рыбёшек. Крючком проводили перед носом у проплывающих мальков, которые не задумываясь хватали добычу. Чаще всего всю добычу отдавали котам. Но бывало, что разжигали костёр на берегу, насаживали улов ртом на конец тонкой ветки и жарили на огне. Выглядело это не очень съедобно, но сам процесс проведения такого пикника вызывал приятные эмоции. Сейчас, конечно, Артём не стал бы есть ту рыбу из пруда рядом с гаражами, но в детстве не задумываешься о гигиене или качестве еды, пробуя всё на вкус – от размякшего от солнечных лучей гудрона на крыше дома до кислых муравьиных попок.
Недалеко от дома находилась проезжая часть, где в то время автомобили проезжали не часто. Друзьям пришла в голову идея сделать на дороге горки из песка и вставить в них гвозди. Маленький Артём доверчиво следовал за старшими, не понимая возможных последствий, поэтому воспринимал это просто как весёлое занятие. Они соорудили несколько ловушек по ширине асфальта и стояли в стороне в ожидании проезжающего автомобиля. Ничего другого произойти не могло, кроме того, что первое же колесо, проехавшее по песку, оказалось проколото. Автомобиль замедлился и остановился у обочины недалеко от ребят. Увидев это, они сразу же ринулись наутёк. Артём сильно перепугался, но осознание того, что они совершили плохой поступок, пришло не сразу, преподнеся очередной урок, что не нужно делать людям то, что не хотел бы получить в свой адрес, и влеча за собой чувства вины за ту пакость.
Такими стали самые запоминающиеся мгновения летнего отдыха у родственников в то время. Артём невероятно благодарен своим друзьям, которые подарили множество незабываемых весёлых и увлекательных моментов.
В соседнем доме жила сестра Елизаветы Варсанофьевны, к которой периодически приезжали погостить её дети и внуки. Артём виделся с ними не часто, но хотя бы раз за лето они собирались все вместе. Двоюродная сестра Марины Александровны со своим мужем и двумя дочерями приходили в гости. Устраивалось застолье по случаю встречи родственников. Несмотря на то, что все родня, мальчик всё равно смущался, когда его начинали обнимать и целовать, поэтому старался находиться в стороне. Но всё это приветственное действо доходило и до него, одаряя отдельной порцией нежностей. Ежегодно при каждой встрече ему говорили, какой он большой и красивый вырос и раздавали множество других комплиментов, что ещё больше смущало застенчивого ребёнка. Он никогда не любил такие всплески радости с объятьями и расспросами по отношению к нему. Становилось неловко от излишнего внимания к его персоне, но, конечно, льстило.
Вокруг города находились леса и деревни. Они сменяли друг друга во всех направлениях. В одном из населённых пунктов в нескольких километрах от города жила прабабушка Артёма – мама Александра Павловича. Её дом располагался в самом конце деревни по левой стороне дороги, ведущей из города. Здесь практически все поселения имели одинаковую структуру – пролегающая асфальтированная дорога и частные дома, расположенные по обеим сторонам от неё и окружённые лесами и полями. Вокруг распростёрлась живая природа, а многочисленные небольшие деревни органично вписывались в общий пейзаж. Одноэтажный дом, покрашенный в жёлтый цвет, выделялся яркостью среди остальных, но по строению все они мало чем отличались друг от друга. Артём был ещё довольно маленький, когда прабабушка умерла, поэтому плохо помнит её, да и не так часто ездил к ней в гости. Но запомнил, как она ругалась, когда, бегая вокруг дома, мальчик прыгал по небольшим кучам песка под окнами, разбрасывая его по сторонам. Старушка высовывалась из окна и кричала, чтобы ребёнок перестал хулиганить. Но за него заступался дедушка и разрешал продолжать. От этого хозяйка дома начинала кричать ещё громче. Однажды, решив закончить этот скандал, Александр Павлович взял лопату и сам раскидал весь песок. Сейчас Артём понимает, что поступал неправильно, делая назло, но тогда это казалось весёлым занятием для маленького ребёнка, оставившее не самое лучшее единственное воспоминание о прабабушке. После её смерти, дом достался дедам, которые переехали в него жить, оставив квартиру младшей дочери. После этого свои летние каникулы мальчик проводил в деревне, только изредка приезжая в город за покупками и в гости к родственникам, в частности к няне Юле, которая говорила мальчику, что он уже достаточно взрослый и может называть её просто по имени, но тот испытывал неловкость от этого, поэтому заменил детское слово «няня» на «тётя». Вскоре она вышла замуж и родила сына Лёшу – двоюродного брата Артёма. Со своими друзьями в городе он больше не виделся.