Чтение онлайн

Но однажды Артём сам себе испортил такой момент счастья. Он довольно быстро понял, что новогодние подарки готовят родители и за несколько дней до нового года решил найти в квартире эти заветные мешки, чтобы посмотреть, что в них находится. Квартира не большая и обнаружить два довольно крупных предмета не составило особого труда – они лежали в нижнем шкафу чёрного серванта в комнате родителей. Достав их, мальчик начал исследовать содержимое своего мешка голубого цвета. Из того, что там присутствовало, запомнился только небольшой набор конструктора Лего, который он даже вскрыл от нетерпения. Далее, взяв несколько конфет, закрыл свой мешок и открыл розовый, предназначавшийся сестре, чтобы посмотреть и на её подарки. Естественно, скрыть следы своего поступка он не смог, и Марина Александровна заметила, что подарки лежали иначе. Она позвала Артёма, но не стала ругать, а просто сказала, что раз он уже знает, что ему подарят, то для него не будет никакого сюрприза на новый год, а Настя будет радоваться, открывая свои подарки. Хорошо запомнилось чувство стыда от осознания, что поступил плохо, навредив в первую очередь самому себе. Хотелось бы исправить тот момент и не поддаваться соблазну раскрыть сюрприз до вручения. Со временем подарки перестали являться чем-то внезапным и загадочным – взрослея, Артём чаще сам просил те или иные вещи и их уже не прятали в мешок, тайком подкладывая под ёлку. Поэтому в праздновании нового года начало пропадать какое-то волшебство, которое ощущалось в раннем детстве.

Дни рождения проходили примерно так же – приготовления, праздничный стол, гости, подарки. Если это был праздник родителей, то практически сразу после застолья Артём уходил в свою комнату, чтобы не мешать взрослым. На его торжество, обычно, приглашались лучшие друзья. Он общался со многими другими детьми, но комфортно себя чувствовал лишь с единицами, а лучшими друзьями можно назвать всего одного-два человека. Больших празднований никогда не устраивалось – происходили такие же посиделки за праздничным столом,

но ребёнку это нравилось.

Вспоминаются семейные прогулки в питомнике растений, который располагался недалеко от дома. Там находилось множество дорожек, полян и даже пруд. Довольно красивое и уютное место. На разграниченных полях выращивались различные деревья, кустарники и другие растения, но присутствовали и дикорастущие рощи. Там часто гуляли люди, собирались на пикники, купались в пруду. Артём любил это место. Во время прогулок он с папой ловил бабочек, которых потом засушивали и помещали в рамки, которые затем весели на стенах в квартире, напоминая о приятно проведённом времени на природе в кругу семьи. Зимой там же катались на санках и лыжах. Когда пруд замерзал, то к нему вела большая горка, скатиться с которой приходило много народу. По льду пруда тоже кружили люди. Именно там Артём единственный раз в жизни стоял на коньках, но кататься так и не научился.

Зима в детстве являлась одним из самых любимых времён года. Дети лепили снеговиков, играли в снежки, строили снежные крепости. В памяти хранятся воспоминания о днях, когда на улице всё усыпано белоснежным покровом, который блестит от лучей яркого солнца, ослепляя и заставляя постоянно щуриться. Артём любил ездить на пластмассовых лыжах синего цвета, которые по своей длине немного больше обуви, во дворе и на прогулках с родителями. Однажды, ему дали покататься на больших лыжах, но мальчик принципиально хотел ездить только на своих, поэтому специально постоянно застревал и падал. После очередного падения Марина Александровна отругала его и, закончив на этом прогулку, повела домой, от чего мальчику стало стыдно за своё поведение. Да, ему хотелось делать по-своему, но нельзя специально злить и расстраивать родителей, показывая свою вредность.

Периодически семья ездила на дачу. У них имелось два земельных участка и находились они довольно далеко от дома. В отсутствии автомобиля добираться до них приходилось на электричке или на велосипеде с огромными колесами, высокой рамой и багажником сзади, куда взбирался мальчик и держался за сиденье, пока Дмитрий Александрович ехал вдоль дорог за город к дачным участкам. Когда Артём подрос, то и сам катался на этом велосипеде, но роста не хватало, чтобы нормально доставать до педалей, поэтому крутил их, просовывая одну ногу под раму. Выглядело это довольно неуклюже, когда ребёнок еле достаёт до педалей и руля. А учился он ездить на небольшом детском велосипеде зелёного цвета, к заднему колесу которого с двух сторон прикреплялись дополнительные маленькие колёса для устойчивости. Сначала Артём ездил с обоими колёсами-помощниками, потом оставили одно, а когда уже ездил достаточно хорошо, то дополнительную помощь в удержании равновесия убрали вовсе. Со временем роста стало хватать, чтобы доставать до педалей отцовского велосипеда, стоя над рамой, и мальчик с удовольствием гонял по окрестным дорогам. Приходилось тяжело, заставляя большие колёса крутиться, и при этом сохранять равновесие, но зато потом, разогнавшись, они позволяли развивать большую скорость без особых усилий. Управлять тоже было не просто из-за далеко расположенного руля, до которого с трудом доставали короткие руки. Но ребёнку очень нравилось мчаться по дороге, ощущая прилив эмоций от скорости и бьющего в лицо ветра. Конечно, Артём периодически падал и однажды даже въехал в дерево, не успев затормозить или свернуть. После столкновения по инерции он серьёзно ударился о раму и руль, но в тот момент больше переживал за сам велосипед, чтобы не запретили им пользоваться. Даже до полностью опущенного вниз сидения он так и не успел дорасти до того, как велосипед сломался и его так и не починили. Другого у него больше никогда не было.

Железнодорожная станция, с которой имелась возможность доехать до дачи, находилась недалеко от дома. В выходной день вся семья с рюкзаками и сумками шла на станцию ко времени прибытия электрички, где вместе с ними ожидала её, заполнившая весь перрон, толпа народу. Артём ненавидел электрички и вообще любой общественный транспорт. Из-за большого количества дачников, набивались полные вагоны. Место занимали не только люди, но и огромные баулы с рассадами, инструментом и другими вещами. В такой обстановке не только плохо пахло, но и вообще сложно было дышать, так как обычно почти все окна оставались закрытыми из-за того, что кому-то дуло сквозняком. Пытаясь спрятаться от всего этого дискомфорта, чаще всего приходилось ездить стоя в тамбуре, где хоть и ощущался сильный запах табачного дыма, но свежий воздух всё же пробивался в щели сильно изношенных раздвижных дверей вагона. Благо, что ехать приходилось не так долго. Выйдя на нужной станции, ещё полчаса требовалось идти пешком среди дачных участков до своего, где за забором стоял одноэтажный дом из белого кирпича. Внутри он не был никак облагорожен каким-либо ремонтом, поэтому на полу лежали испачканные уличной грязью доски, а стены выложены тем же голым кирпичом. Имелись две небольшие комнаты, а между ними располагалась печь. У дальней стены напротив входа к потолку вздымалась лестница, которая вела на чердак. Кругом лежали стройматериалы и инструмент. На чердак и в дальнюю комнату практически невозможно было пройти из-за находящихся там вещей, захламляющих всё пространство. Поэтому более-менее комфортно обустроенной оставалась только одна комната, где находились кровать, стулья, стол и шкаф. В обед вся семья собиралась там или за столом во дворе, который находился в тени навеса, окутанного лозами винограда. На печи разогревалась привезённая с собой еда, готовились продукты, только что собранные на огороде или взятые из запасов, которые хранились в погребе под маленьким сараем, к которому шла тропинка между грядок. Артёму нравились эти моменты отдыха на природе, но он ненавидел работать в огороде. Чистюля по натуре мальчик с большой неохотой соглашался ковыряться в земле, копать, рвать траву, собирать плоды и поливать, да и отказаться у него не имелось выбора. К даче была подведена труба водоснабжения, но вода в ней присутствовала редко, в основном из-за того, что участок находился на возвышенности и напора не хватало, чтобы достать до него. Сама труба даже не подводилась к дому, а просто торчала из земли около забора. Чаще всего воду приходилось таскать из колодца. Он находился под пригорком, который как бы разделял участок на два яруса. В нижней небольшой части располагался только колодец и грядки с малиной и клубникой, а наверх по довольно крутому склону вели неровные ступеньки, выбитые прямо в земле. В верхней части стоял дом, сарай и уличный туалет, росли различные деревья, кустарники, а практически всё остальное пространство занимали грядки с разнообразными растениями. Естественно, Артём любил кушать то, что там росло – яблоки, клубника, малина, виноград и груша, саженец которой посадили в честь его рождения. За прошедшие годы их жизни она выросла уже довольно большая и давала плоды.

Второй дачный участок находился на следующей по ходу движения железнодорожной станции, но обычно приходилось идти до него пешком, так как чаще всего семья сначала посещала участок, который ближе, а потом шли на следующий, потому что расстояние до него и до станции не сильно различалось. Данный участок земли с трудом дотягивал до названия «дача», так как представлял из себя небольшой огород и одиноко стоящий на нём деревянный туалет, который одновременно служил и сараем, где хранились некоторые вещи. Если первый дачный посёлок выглядел обжитым, где практически на каждом участке стоял дом и росли высокие деревья, то здесь распростёрлось чистое поле, которое просматривалось на сотни метров в разные стороны. С одной из сторон находилась железная дорога, которая тянулась с одного края горизонта до другого, а немного правее от участка располагалась железнодорожная станция примерно в пяти минутах ходьбы. От станции и дальше в правую сторону уходила лесополоса, которая скрывала продолжение железнодорожного полотна. Поле делилось на равные небольшие земельные участки, на которых выращивали в основном только картофель. Так как большинство людей начинало дачный сезон в одно время, то появлялась возможность наблюдать, как почти на каждом участке вокруг дачники так же, в зависимости от сезона, копали, сажали, собирали колорадских жуков, пололи и поливали свои будущие запасы картофеля на зиму. Артёму очень не нравилось находиться там и работать, чаще всего под палящим солнцем. Ещё достаточно маленький мальчик не мог копать, поэтому либо кидал старую картошку в лунки, когда сажали, либо вытаскивал молодые грозди из земли, когда выкапывали, либо собирал жуков. Всё это ощущалось скучно, муторно и грязно. Особенно он брезговал жуками, которых приходилось трогать, испытывая отвращение, а мелкие красные личинки лопались на пальцах при малейшем прикосновении, оставляя после себя жёлтую жидкость, которой вскоре покрывалась вся кисть руки. Периодически предоставлялась возможность спрятаться в туалете, чтобы отдохнуть и скрыться от жары. Главным развлечением в поле являлся подсчёт количества вагонов у поездов. Артём радовался, когда на горизонте появлялся большой товарняк, позволяющий несколько минут стоять и считать его длину.

После завершения всех дел на огороде, люди шли на станцию, чтобы поехать домой. При приближении времени прибытия электрички, наблюдались вереницы дачников, движущиеся по дорожкам вдоль участков в сторону железной дороги. Транспорт дожидались в тени деревьев рядом со станцией. Там находилась небольшая поляна, на которой росло много клевера. Артём упорно искал в его зарослях стебель с четырьмя лепестками, чтобы тот принёс ему удачу. Однажды он его всё-таки нашёл и носил с собой в кармане, пока тот не засох и не развалился, что расстроило мальчика, а Марина Александровна объяснила, что растение

требовалось сразу съесть, чтобы волшебство сработало. Ребёнок расстроился, что неправильно исполнил ритуал и из-за этого не получит запас удачи, которая могла бы пригодиться в жизни. Когда подходило время прибытия электрички, все переходили через рельсы на другую сторону и, стоя на перроне, смотрели на горизонт, куда уходили пути, в ожидании появления железнодорожного состава. Прибывающий электропоезд с визгом проносился мимо, таща за собой с десяток вагонов, плавно останавливался, и все пассажиры заходили в ближайшую открывшуюся дверь, после чего дачные мучения заканчивались и добираться до дома оставалось уже не так долго.

Со временем от дачи начали отказываться. Сначала это сделал Дмитрий Александрович, который, в очередной раз поссорившись со своими родителями, из принципа не захотел больше помогать им на огородах. Затем, после посадки картофеля во время проливного дождя, когда Артём весь промок, замёрз и большую часть времени прятался от непогоды в туалете, он тоже сказал, что больше не поедет на дачу. Ещё несколько лет там трудились только деды. Им это нравилось, да и, наверное, являлось уже делом привычки, от которой сложно отказаться. На дальнем земельном участке Александр Фёдорович поставил огромную бочку, оборудованную внутри как помещение, где имелась возможность посидеть, полежать и отдохнуть. Он часто уезжал туда один, объясняя это тем, что может там спокойно расслабиться. Когда здоровье перестало позволять дедам в достаточной мере заниматься физическим трудом, то обе дачи продали, потому что в семье в них больше никто не испытывал нужды.

В детстве Артёма имелись и домашние питомцы – аквариумные рыбки, попугай и кот. Голубой волнистый попугайчик жил в детской комнате в большой клетке, которую сделал Дмитрий Александрович. Не получается вспомнить, как птица появилась в их доме и куда потом делась, но в памяти остались мгновения, как ребёнок играл с ней и пытался научить разговаривать, хоть и безуспешно. В обязанности мальчика входила и чистка клетки. Когда её дверцу открывали, попугай вылетал и садился куда-нибудь повыше. Потом его приходилось ловить по всей комнате, чтобы поместить обратно. Аквариум присутствовал в доме долгое время. Он имел небольшие габариты и собран из алюминиевого каркаса и стёкол, держащихся на герметике зелёного цвета. Сверху лежало стекло, на котором располагался самодельный короб с лампой освещения, которое отодвигалось, позволяя кормить рыб. В воде пускал пузыри фильтр. На дне лежал светлый грунт из маленьких камушков с посаженными в него живыми водорослями, промеж которых находились ракушки и крупные камушки гальки. Жили в аквариуме разнообразные мелкие рыбки. Артёму нравилось наблюдать за их безмятежным движением. С ними не имелось возможности пообщаться, поиграть или потрогать, но привлекала их внешняя красота, то, как они взаимодействуют друг с другом и живут своей жизнью. Своеобразный полноценный мир, ограниченный стеклянными стенками аквариума. Мальчик кормил рыбок, чистил дно и менял воду. Ближайший зоомагазин находился довольно далеко – требовалось идти до завода и ещё такое же расстояние после него. Артём ходил туда сам, чтобы купить корм или новых водных питомцев, взамен тех, которые периодически умирали, что каждый раз печалило ребёнка. Перед заводом находилась довольно большая железнодорожная станция, с которой ездили на дачу. Здесь проезжали электрички, грузовые и пассажирские поезда дальнего следования. В разных направлениях тянулось множество путей – одни уходили вдаль до горизонта, другие скрывались за воротами расположенных неподалёку ангаров. На путях часто стояли грузовые составы в ожидании разгрузки. Пешеходная дорожка, ведущая на станцию, перед началом путей раздваивалась – направо она уходила через рельсы к перрону, а налево вела в мосту, который возвышался над железнодорожным полотном. По нему имелась возможность перейти на другую сторону путей прямо к заводу. Когда Артём ходил через мост, часто останавливался и смотрел вниз на проезжающие поезда, как они проносятся под ним, стуча колёсами. И, конечно, не упускал возможности плюнуть вниз или бросить камушек. За станцией начиналась дорога, по обеим сторонам которой тянулся забор, закрывающий различные строения, относящиеся к заводу. Чуть дальше располагалось красивое здание с колоннами, где, наверное, находились кабинеты начальников, а за ним ещё несколько зданий с контрольно-пропускными пунктами. Однажды папа приводил мальчика в свой рабочий цех, где запомнился оглушающий звук работающих станков. Рядом находилась конечная остановка автобусов, троллейбусов и кольцо рельс для разворота трамваев, здесь же стояли ларьки в виде больших металлических бочек, одну из которых Александр Фёдорович отвёз на дачу и то, как он это сделал, осталось загадкой. Дорога шла дальше мимо дворца культуры, где Артём однажды присутствовал на новогоднем представлении. Мимо парка с фонтаном и небольшим зоопарком с животными и аквариумными рыбками, куда ребёнок несколько раз приходил на экскурсию. Мимо спортивного стадиона, на котором играли в футбол любительские команды и занимались спортсмены. Пройдя весь этот путь, он наконец-то добирался до зоомагазина. Однажды растения в аквариуме начали сильно цвести – всё покрылось зелёным мхом и никакие чистки не помогали. В итоге пришлось отказаться от аквариума, а рыбок Марина Александровна отнесла в детский сад в живой уголок. Однажды её подруга подарила Насте на день рождения рыжего котёнка. Дети пребывали в восторге от такого сюрприза, но не мама, так как понимала, что заботиться о нём придётся ей. Ни один раз от неё слышались недовольства тем, что с ней не посоветовались перед тем, как дарить домашнее животное. В итоге с котом Рыжиком сразу всё не заладилось. Артёму нравился этот питомец, который быстро вырос большим и пушистым. Но его поведение оставляло желать лучшего. За время пребывания в квартире, он исцарапал почти все стены. В коридоре на углах обои были содраны полностью, а около деревянных ножек двухъярусной кровати постоянно появлялась свежая стружка. Терпения родителей хватило ненадолго. Сначала кота отнесли к прадеду в частный дом, но тот не любил животных и быстро отказался от него. Тогда питомца решили отнести в лес. В сумку посадили Рыжика, а в соседний карман – еды, чтобы оставить ему. Пока Артём с мамой шли до питомника растений, кот постоянно мяукал и пытался вырваться из сумки. Чувство жалости к бедному животному разрывало душу, но разум понимал, почему это происходит. В лесу открыли сумку и достали кота. Оказалось, что за время пути он порвал перегородку между отделениями и съел всю еду. После чего его, видимо, укачало и стошнило всем съеденным. Марина Александровна назвала его дураком и оставив там, повела сына домой. На следующий день прадед сообщил, что кот вернулся обратно. Когда Александр Фёдорович упал с лестницы и повредил позвоночник, ему сделали операцию в районе поясницы, после чего остался шрам и приходилось ходить в специальном поддерживающем поясе, как у тяжелоатлетов. Произошедшее сильно повлияло на человека и его физические возможности. Он больше не мог заниматься тяжёлым трудом, хотя и продолжал ездить на дачу заниматься садоводством, и быстро отрастил довольно объёмный живот, который в какой-то мере придал пожилому мужчине солидности. Для лечения его направили в санаторий за город и кота решили отправить вместе с ним. Вернувшись оттуда, Александр Фёдорович поведал, что Рыжику там понравилось, его кормят остатками из столовой, он сыт и доволен. Артём очень любил животных и надеялся, что всё рассказанное – правда, а не являлось вымышленной историей для успокоения ребёнка.

Во дворе своего дома Артём знал практически всех детей, и все знали его. С кем-то гуляли вместе в одной компании, с кем-то просто пересекались. Из-за стеснительности сам мальчик по собственной инициативе практически не знакомился, но, подружившись ещё в раннем детстве с одной компанией, вместе с ней обретал новых друзей. Не получается вспомнить, кто стал самым первым другом и как произошло знакомство, скорее всего они начали общаться, ещё копошась в песочнице. Воспитанный мальчик старался со всеми поддерживать хорошие отношения, поэтому и в ответ получал то же. С новыми знакомыми он по началу вёл себя неуверенно и отстранённо, но, когда привыкал, становился более открытым и дружелюбным. Свою неуверенность в присутствии малознакомых людей Артём всегда пытался скрыть чувством юмора, стараясь отшучиваться для снятия своего внутреннего напряжения и расплываясь в неконтролируемой улыбке от стеснения. Шутки и сияющее лицо лучше располагали окружающих к позитивному общению. Если собеседники отвечали взаимностью и демонстрировали доброжелательность, то мальчик ощущал себя комфортнее. Если же чувствовалось напряжение, то становилось неуютно и испытывалось волнение, от чего хотелось как-то разрядить обстановку и заглушить нависшее неловкое молчание. В таких ситуациях у Артёма начинался словесный понос, заставляющий без умолку о чём-то болтать. Таким способом он пытался адаптироваться к любой ситуации, где приходилось взаимодействовать с другими людьми. Но его не считали шутом или клоуном, так как делалось это по ситуации, стараясь правильно подбирать моменты. Иногда, конечно, получалось не очень хорошо, от чего становилось неловко и стыдно, что ляпнул что-то не подумав. При этом никогда не возникало желания специально привлечь к себе внимание, стараясь рассмешить присутствующих, наоборот, если просили специально пошутить, то это вгоняло в ступор, заставляя нервно перебирать мысли в голове в поисках подходящего ответа. Несмотря на замкнутость, мальчику нравились новые знакомства и наблюдение за новыми знакомыми, их манерами поведения и привычками. Что-то из этого казалось забавным, что-то странным, а некоторые вещи хотелось даже перенять. Часто наибольший интерес вызывали какие-то необычные проявления. Так он начинал косолапить на одну ногу, как один из друзей, или периодически моргать одним глазом, как другой. Это казалось ему чем-то примечательным, что подчёркивает индивидуальность человека, а маме приходилось одёргивать сына, чтобы он переставал это делать, потому что эти действия быстро превращались в привычки, от которых приходилось избавляться. Со стороны можно было даже подумать, что Артём – душа компании, но сам он к этому не стремился, просто помогая себе таким образом приспособиться к нахождению среди людей. Это способствовало появлению множества друзей и лучшим из них в то время являлся его тёзка, который жил в том же подъезде несколькими этажами выше. Он был старше на один год и поэтому вызывал у мальчика уважение. Они проводили на улице практически всё время вместе.