Мой Повелитель
Шрифт:
– Можешь взять книгу себе. Уверен, Сая не будет против.
Элина удивленно вскинула брови и поставила книгу на место.
– Почему ты распоряжаешься чужими вещами? Отдать ее мне имеет право только хозяйка - Сая. Как бы мне ни хотелось, я не возьму книгу без ее разрешения.
Я пожал плечами.
– Дело твое. Тогда не забудь спросить Саю, уверяю, она тебе не откажет.
Я вновь поднялся наверх и вышел на улицу. Из-за угла выехала повозка, управляемая Ольви. Как раз вовремя, пора бы уже отправляться. Повозку везли две лошади, еще две на смену шли рядом на привязи.
– Мы подобрали еще одного попутчика!
–
Из повозки вышли Конрик и Лафик. Гном выглядел сердитым. Увидев меня, он без всякого приветствия рявкнул:
– Трусы! Представляешь, они не хотят сражаться!
– Лафик, тише! Нам нельзя привлекать внимание.
Лафик отмахнулся, но голос все-таки понизил.
– Король не хочет участвовать в войне. Говорит, пока все тихо-мирно ни к чему искать неприятности. Хотя некоторые гномы не прочь повоевать. Я, конечно, не такой мастак на речи, но кое-кого сумел вдохновить на подвиги.
Неутешительные вести, я ожидал лучшего результата. Но сейчас меня больше волновало, насколько тяжело Лафик воспримет новость о моих отношениях с Саей. Само собой, он их не одобрит, но я боялся, что гнев его может привести к концу нашей дружбы.
Тем временем Конрик и Ольви начали выносить припасы и складывать их в повозку. Лафик, глядя на все происходящее, закурил.
– Сая решила поделиться своими припасами? Какая добрая девочка! Конрик рассказал мне, где ты планируешь собирать армию. Далеко идти придется. И не безопасно, через Раттан-то. Мне бы точное место узнать, чтобы проложить путь под землей. Кстати, а где все твои последователи? Что-то кроме Конрика и Ольви я никого не вижу. И Сая меня поприветствовать не вышла.
– Последователи не выходят потому, что не хотят привлекать излишнего внимания. А некоторые боятся солнечного света. Сая ушла на рынок купить провизии.
– А чего это она у тебя на побегушках?
– Ей тоже захотелось принять участие.
– В сборах? Ну, неудивительно, ей скучно тут одной, а так хоть какое-то развлечение.
Я никак не решался во всем признаться Лафику. В этот момент в конце улицы показалась Сая. Лафик увидел ее и поспешил навстречу девочке.
Я не вслушивался в их оживленный разговор, погруженный в свои мысли. Как я мог во всем признаться Лафику? Сая - дочь нашего общего друга. Понятное дело, что назад уже ничего не вернешь, но я не мог заглушить голос совести. Хоть Сая и считала иначе, я чувствовал себя виноватым. С той ночи я стал ответственным за нее, и, если она хочет путешествовать со мной, я не смею заставить ее остаться.
Внезапная тишина вывела меня из задумчивости.
– Что ты сказала?
– севшим голосом произнес Лафик.
– Я еду с ним.
Сая с вызовом смотрела на гнома. Лафик перевел взгляд на меня.
– Как это понимать?
В его глазах начинало разгораться пламя гнева. Я обнял прижавшуюся ко мне девочку и сказал:
– Сая - моя возлюбленная. Она поедет с нами.
Краем глаза я увидел стоящих на пороге в полумраке Иршу и эльфиек.
– То есть... ты... ее, - бормотал гном, то краснее, то бледнея, - Да как ты посмел!
– Лафик, не сердись на некроманта!
– взмолила Сая, - Я люблю его и хочу поехать с ним.
– Да он заколдовал тебя!
– рявкнул Лафик, - Ублюдок! Как ты посмел? Эрик же... Для тебя нет ничего святого!
Гном схватил лабрис. Конрику
с большим трудом удалось удержать разъяренного Лафика.– Конрик, не стой на моем пути! Я доверял ему, а этот мерзавец совратил невинного ребенка! И кого - дочку Эрика!
– Успокойся, Лафик, несмотря ни на что, он наш друг.
– Он мне не друг! Я не желаю иметь ничего общего с этим негодяем!
Мне больно было слышать такие слова, но я понимал, что заслужил их. Никакие оправдания не перевесят тяжесть моего поступка. Я взрослый человек и должен был контролировать себя. Моя кратковременная слабость стоила девочке сломанной жизни.
Сая, напуганная гневом Лафика, вновь заговорила.
– Лафик, пожалуйста, послушай. Это мой выбор. Никто меня не заколдовал. Я полюбила некроманта и не хочу потерять его. Он замечательный, добрый человек, не говори о нем плохо. Все, что случилось, случилось по моей воле. Пойми, я действительно люблю его.
– Может, ты его и любишь. Конечно, его всегда любили женщины. Но он, он бессердечный повеса. Скольким красавицам он причинил боль! И ты, Сая, хочешь стать его очередным развлечением?
– Это не так, - сказал я, - Я никого не любил так, как люблю Саю. Слово даю, я не заставлю ее страдать.
Гном молчал, сердито глядя на меня, но уже не порываясь убить. Я продолжил:
– Не знаю, захочешь ли ты теперь участвовать в моей войне. Но смею надеяться на лучшее. Возьми, - я протянул Лафику неподвижную горгулью, - Она оживет, когда ты проведешь ей пальцем по спине, произнеся ее имя - Йови, - и укажет путь ко мне. Если же ты решишь остаться в стороне - сохрани ее на память или просто выброси.
Подумав, Лафик взял горгулью, но не сказал мне ни слова. Он обратился к Сае:
– Значит, ты уезжаешь. А кто будет присматривать за твоим домом?
Сая пожала плечами.
– Никто.
Лафик опешил.
– То есть, как это? Ты собираешься оставить его на разрабление?
– Мне все равно, что с ним будет. Я не собираюсь сюда возвращаться.
– Как это так... Так же нельзя! Бросить состояние, нажитое твоими родителями... Здесь столько всего ценного, разве можно оставить все это на радость ворам?
– Мне действительно неважно, что будет с этим домом. Но если тебя это волнует - держи ключи, поступай с ним, как считаешь нужным. Можешь даже продать.
– А подземелье?
– сказал я одновременно с Лафиком.
– О нем никому говорить не стоит. А сам его никто его не найдет, если не знает о нем.
Лафик такая непрактичность просто обескуражила.
– Тогда я останусь здесь. Продам дом за приличную цену. А потом, - он с ненавистью посмотрел на меня, - Подумаю, что делать дальше.
* * *
Повозка, управляемая Ольви, ехала, стуча колесами по брусчатке. Сая поежилась, чувствуя на себе взгляды Рокси и Иршу. Через тщательно занавешенные окна не проникал свет, и девочка почти не видела сидящих напротив вампиршу и дракона. Сая прижалась ближе к некроманту, и он ободряюще приобнял ее. Сидя в тесноте между ним и Конриком, девочка не могла избавиться от дрожи. Непроглядная темнота, в которой наверняка Рокси и Иршу, в отличие от Саи, прекрасно видят, напрягала ее еще больше. Стараясь отвлечься от пугающей обстановки, девочка прислушивалась к пению Ольви.