Мой папа — киллер
Шрифт:
А их сыновья?
При Лехином появлении Крендель вскочил и захлопал глазами. Ага, подумал Корольков, Мишка-то его вроде как испугался. Отсюда вытекало первое: сын киллера ни при каких обстоятельствах не должен давать стрекача.
— Э-э-э… — протянул Крендель. — А я давно твоего… Тьфу ты, тебя жду.
— Меня-а?
Второе: сын киллера должен быть сдержанней.
Леха мысленно одернул себя. Собрав расползавшиеся букашками сомнения в туг"т 1 комок воли, он процедил, почти не разжимая губ:
— Не о чем говорить. Спешу.
И хоть спешить
— Слушай, я же видел твоего папашу, когда вы переезжали, — услышал Леха через несколько шагов. — Что, киллеры так и выглядя??
Вот что, оказывается, Мишку заботит, вот что ему спать не дает!.. Не для того ли, чтобы подкараулить Лехиного отца, Крендель в такую рань на скамейке торчал?
Леха поморщился:
— Это не отец был, это… — Стоило ли называть дядю Семена? — Это был, скажем так, один из его друзей, — нашелся Леха. — Кстати! Держи язык за зубами, друзья моего отца в рекламе не нуждаются.
— А не боишься, что я заявлю куда надо? — резко спросил Крендель. — Сейчас столько телефонов развелось — борьба с терроризмом… А?
Ну и дела, события-то в два счета могут принять крутой оборот!
Третье, и основное, правило: сын киллера ничего не боится.
— Звонить хочешь? Давай, звони, сделай милость… если жить надоело, — сказал Леха. — Моему отцу все эти телефоны до лампочки, он настоящий профи, — а вот тебе я тогда не позавидую.
Вот заврался, подумалось, и как теперь только выпутываться. Он украдкой глянул на Кренделя и хмыкнул.
А что, ничего. Кажется, подействовало. Крендель уши-то развесил… Ну, если это так, нужно воспользоваться ситуацией.
— Отец мой, конечно, не всегда был крутым, — сказал Леха, словно раздумывая вслух. — Так обстоятельства сложились… — Корольков помолчал и продолжил медленно, со значением: — Он тогда мою маму спасал, ее чуть не убили… Так они и познакомились.
— Что-о? — протянул Мишка. — Расскажи.
И Леха начал.
Лехин отец, оказывается, в молодости занимался пистолетной стрельбой и боксом. А мать, оказывается, была гимнасткой, мастером спорта.
(На самом деле, Лехины родители учились в одном институте, где и познакомились; мама выступала в сборной курса по волейболу, а папа посещал шахматную секцию…)
— Это случилось в Адлере, — небрежно продолжал Леха. — Знаешь Адлер?
Мишка кивнул, сосредоточенно сопя носом.
Они прошли мимо трансформаторной подстанции.
— Там, в Адлере, мои старики были на сборах, перед самой Московской олимпиадой, — все больше завирался Леха. — А мамин тренер офигенно продулся в карты, в преферанс, одному мужику, из крутых… Не знаю, сколько продул — но много. До фига! А мама у тренера была основная подопечная. Мужик решил, значит, этого тренера прищемить, чтоб долг отдал! — Леха скосил глаза на Кренделя.
Тот впитывал Лехино вранье, как губка— воду.
— Тренер — ни в какую, — продолжал Леха. — Ты, говорит, мухлевал, так что — перебьешься. А крутой мужик молчаливый оказался, не стал спорить, а просто… похитил маму.
— Как похитил? — спросил Крендель.
— Как, как… — передразнил Леха. — Подъехала черная «волга» (тогда вся мафия на черных «волгах» разъезжала) —
и с приветом! А потом — на яхту, у мужика своя яхта была… Тренер, дурак, в милицию пошел, но им-то, ментам, что — у них все повязано, коррупция. А папа стал за быком — ну, за охранником, — этого крутого следить… И выследил. На яхте!Леха перевел дух. Они стояли перед школой.
— Ну что, все — или дальше? — мрачно поинтересовался Корольков. — Может, хватит на сегодня?
И в самом деле, может, хватит? Если он целиком расскажет эту историю сейчас, что будет завтра? Его опять начнут бить?
— Рассказывай, — мотнул головой Крендель. — Давай, рассказывай, Мо… — Мишка поперхнулся.
Леха сделал вид, что не заметил.
В школе только что сделали влажную уборку, и пол в вестибюле блестел, словно стеклянный.
— Отец, как яхту выследил, стал мозговать, ведь нужно было пробраться незаметно…
— А где яхта стояла?
Леха задумался. В самом деле, где стояла яхта?
— Да метрах в ста от берега, со спущенными парусами. И знаешь, что папаня сделал? Стырил у одного отдыхающего надувной матрас и доплыл на нем. — Леха растянул губы, но быстро спрятал улыбку. — То есть на матрасе.
Ну и ерунда.
Пока Корольков вешал спутнику лапшу на уши, добрались до класса. Там сидела и позевывала только Светка Трубецкая. Светка была знаменита тем, что всегда приходила в школу самая первая. Светка раньше всех мчалась в школу, заходила в пустой класс, если тот не был закрыт, и повторяла заданное на дом вплоть до звонка. Если кабинет оказывался закрытым, она садилась на батарею в коридоре и учила уроки до появления подруг.
Потому она и была отличницей.
Когда Светка увидела Королькова и Кренделя в одной компании, у нее глаза на лоб полезли. Будет что обсудить с Анжел кой, решила Трубецкая и демонстративно уставилась в учебник физики. Но уши ее работали, как два локатора.
— Пойдем, Леха, расскажешь до конца, — сказал Крендель, бросив сумку на парту.
Светка испытала новый шок… А Леха, в душе посмеиваясь над ошарашенной Трубецкой, вышел вслед за Кренделем из класса.
В коридоре он продолжил свои басни.
На яхте была мама и два охранника. Когда появился Лехин отец, возникла кутерьма, драка… Отец дал одному в челюсть. Второй на него пистолет наставил и выстрелил, но мимо. А отец выхватил пистолет у первого охранника, которому в челюсть дал, и выстрелил в ответ.
— Понимаешь? — остановился в этом месте Корольков. — Необходимая самооборона!
— Убил?
— Наповал, — решительно подтвердил Леха и перевел дух.
Дикая получилась история, ничего не скажешь. А Мишка слушал так, словно ему Чейза вслух читали.
— А потом?
— Отец и мама смылись на том же матрасе. Но крутой мужик отца выследил и… И, знаешь, что сказал? Ты на меня работать будешь, сказал, и тогда с этим убийством все шито-крыто будет. Никаких ментов, никаких следствий. Мне, мол, это — раз плюнуть! И, сказал, твою подругу, значит, мою маму, оставлю в покое, и даже тренеру долг прощу. Во как сказал! — Леха победно посмотрел на Кренделя, очень довольный тем, что доврал историю до конца. — ТЫ, сказал мужик отцу, БУДЕШЬ ВМЕСТО ЕГО ДОЛГА.