Московское боярство
Шрифт:
– Там той крепости, частокол из брёвен да, почитай, и всё. Небольшая она, хилая.
– Ты сильно-то не расслабляйся, стрела прилетит - не посмотрит что слабой та крепость кажется, - я пожурил нашего начальника штаба, - даны вон тоже думали, что мы хилые, и где теперь эти даны? Вот и не повторяй их ошибок. Работаем как планировали, бери людей...
– Да знаю, все знаю, не учи ученного - сам тот план составлял, - улыбнулся Кукша, - а на тебе у нас переговоры.
Развернул пасынок коня, и двинулся потихоньку в лес. Молодец, правильно всё, я тут теперь не самый главный военный, а, скорее, представитель власти и выдумщик. Второе из-за того, что опыта больше да кругозор шире, вот и подмечаю то, что местные не считают важным.
В первых лучах солнца началась наша
Тактика под тот план была по местным меркам странная. Мы должны взять крепость в осаду и добиться того, что нужно нам. Любые поползновения из защитного сооружения будем пресекать травматическими пулями да "чесночными" гранатами, недели две посидят, созреют, я надеюсь. А для того, чтобы побыстрее это происходило, необходим первый этап - заложники. Вот для этого мы и стояли в засаде в километре от строения. Время начала операции - выход солнца полностью над горизонтом. И до него оставалось совсем чуть-чуть...
Взлетели ракеты со всех сторон крепости. Мы пришпорили коней, и рванули по заранее определенным маршрутам. Всего тридцать человек, но и крепость не сильно здоровая, хватит, я надеюсь. Мы сейчас людоловы, нам надо набрать заложников для переговоров. Я держался чуть позади своей группы, что двигалась прямиком к крепости - не хватает мне умения ездить верхом. Вот из-за поворота небольшого показался мужик, ойкнул и кинулся было в лес. Не успел, сетка с утяжелителями накрыла дядьку, один наш остался его вязать да пристраивать на коня. Потом - девчёнки молодые с корзинками, за грибами идут, наверно. Те заорали в голос да бросились врассыпную. Точнее, разбежались бы, если бы не вовремя брошенная граната-свистулька и выстрел ракетницы. Девчёнки испугались, сбились в кучу, плачут. Их тоже повязали, даже я в том участвовал.
– Да что же вы так орёте-то! Ай! Кусается, зараза!
– меня атаковала самая мелкая и прыткая девушка, пришлось действовать чуть жёстче, - А ну! Стоять! Смирно! Сопротивление бесполезно! Не будете брыкаться - ущерба не будет! Стоять я сказал!
Громкий, командный голос заставил замереть пленниц. Дело пошло быстрее. Так вот и вышли мы к крепости, с конями, нагруженными, помимо прочего, ещё и связанными людьми. Постепенно из леса показались ещё кони и наши бойцы. Улов составил почти три десятка человек, возраст - от двенадцати до сорока лет, если судить по внешнему виду. У нас потерь нет, корелы чуть избиты, пришлось "травматы" применять, а то мужики с топорами кидались, лук пытались натягивать, попался нам один такой, охотник. В крепости началось шевеление, раздались крики, команды. Ворота, представлявшие собой скрученные заточенные сверху и снизу бревна, закреплённые в центре и вращающиеся, закрылись. Ну, вроде как открыл - встала плоскость брёвен тех параллельно земле, закрыл - вертикально встали. Такая вот конструкция. Да и сама крепость, как и говорил Кукша, мелкая да хилая, стена метров пять-семь, частоколом сделана, да пара башенок виднеется. Последние
скорее навесы небольшие напоминают, а не серьёзные защитные сооружения.Мы построились в линию, двадцать человек получилось. Четверо занималась пленными позади нас, три парных пулемётных команды перекрывают другие подходы к крепости. Слева от строя озеро, перед нами - ворота, по правую сторону - поля. Встали, развернули наш флаг, я расправил подарок Надежи. Красный плащ начал развиваться на ветру, красиво блестело золотое шитье на нём. Мы стояли молча. Только всхлипывание пленниц да редкое пение птиц разбавляли тишину.
Над воротами показалась чья-то голова, но быстро пропала. В крепости раздались команды, шум, крики, и даже звон оружия! Это что же, они в атаку собрались!? Вот идиоты!
– ... ... ... !
– властный вопросительный крик раздался из-за ворот.
– ... ... ...!
– в ответ крикнул Толик, и повернулся ко мне
– По-русски пусть говорят или по словенски. А то непонятно ничего, - сказал ему я, Толик передал пожелание в крепость на корельском
– Кто такие? Чего надо?
– на словенском, с забавным акцентом повторил голос.
– Государь Российский, с войском. Ты ему обиду причинил, инструмент, топоры да лопаты, что он должникам своим дал в аренду, на время, себе забрал. Верни всё, да за обиду положи сверху!
– это Кукша надрывается, мне пока невместно с ними по местным меркам разговаривать, мало ли кто там орет?
Может, бомж какой или местный городской, точнее - крепостной, сумасшедший. Мы же по местным правилам переговоры ведём, наши дипломатические изыски вдали от стен Москвы не работают.
– То мои данники, я голова местный! Подо мной ходят, я в своём праве!
– Ты-то в своём праве, а инструмент - мой, мы о том роту с людьми заключили, - так, раз это голова, теперь и мне можно вступать, - верни инструмент, дятел, а то хуже будет. Да сверху клади, и потом клятву мне дашь, чтобы такого впредь не было!
– А если не дам?
– голос потерял властные нотки, стал дребезжащим, - И не верну?
– Толик, оформи ему, - парень кивнул, и отправил за стену чесночную гранату, из переносной мортирки вроде тех, что при бое с боярином использовали, только меньше размером.
За стенами крепости - ругань, крики, что-то даже упало.
– В следующий раз с огнём пущу, крепость твою спалю да людей пленю!
– ну а что мне делать, надо соответствовать местным реалиям, - Думай давай, чем за обиду ответишь. Мы твоих людей взяли в лесу, они, пока ты думаешь, у нас побудут!
За стеной опять крики, ругань, только на этот раз более яростные. Видать, родственник тех, кто у нас в заложниках, засуетились. Кукша же подал сигнал, и трое наших отправились на место ночного привала - там лодка спрятана и пулемёт для неё. Вернулись быстро, начали собирать судно. Лоханка та ещё, конечно, но двоих человек и пулемёт себя в ней чувствуют нормально. Собрали, столкнули посудину на воду, вышли на озеро под удивлённые возгласы из-за стены. Наши в лодке дали очередь из пулемёта, народ в крепости опять начал кричать.
– Что там у вас?
– Кукша крикнул "мореманам".
– Лодки отвязывали, теперь ушли!- донеслось с озера.
– Ну и ладно, успокоился племянник, - ну что, второй этап?
– Ага, приступаем.
Второй этап - это создание осадного лагеря. Пулемёт нацелен на ворота, пять человек на конях - манёвренная группа на случай подмоги нашим засадным постам. Остальные живенько так начали повторять процесс, от которого офигел в своё время Федя. Быстро пилить деревца помельче, ставить частокол, натягивать на него колючую проволоку, взятую с собой. Пятёрка конников ушла по нашему маршруту, надо забрать часть снаряжения. Пленные свалены пока в кучку, но для них тоже делают "концлагерь", внутри нашего небольшое пространство с оградой из проволоки. Туда - палатки, спальники, их с большим запасом брали, да пару буржуек полевых. Палатки большие, под десять человек сделаны, их быстренько собрали, один наш воин, из ГБ. В ней Толик, что был за переводчика, начал проводить опрос. Пленные ни в какую не идут на контакт, но мы на скорый результат и не рассчитывали, есть ещё время.