Московское боярство
Шрифт:
– Я тебе человека дам, племянник мой. Он у нас дорожный мастер - такую красоту сделал, закачаешься!
– И где красота та?
– Да ты располагайся, пока, я тебя потом прокачу.
Добролюба определили к Ярило, его людей - в палаточный городок под крепостью. Купец привёз нам олова и свинца, мы ему в ответ стали да бумаги чуть не по весу, нормально сторговались. С торговлей все нормально, а вот со взаимоотношениями с семьёй - засада у дядьки. Надо вроде как Ярило уже в Гребцы ехать обратно, а Жуляна ни в какую не хочет, у неё тут "бизнес", а сама она - "бизнес-вумен", я её так обозвал, вот и прижилось. Барышня устроила натуральный скандал свёкру, мол, тебе надо - ты и езжай. И Ярило под раздачу попал, к мне пошёл, мол, успокой бабу, государь, а то опять мозги пилит, возвращаться не хочет в родные
– Как невестку-то у вас поменяло. Я думал, взбалмошная она, а тут так расцвела, доброй стала. Пока я про Гребцы не заговорил, - выдал мне Добролюб.
– Да не надо девок в чёрном теле держать и в теремах запирать, - парировал я, - мы ей только возможность для развития дали, дальше она сама.
– И что за возможность?
– заинтересовался Добролюб.
– А сейчас покажу, - я быстро смотался в "Салон красоты", принёс альбом, - вот, смотри.
Как только у нас появился этот салон, так и пошло развитие фотодела. Девчёнки полдня причёску делают, платья шьют, на каблуки влазят, макияж - а потом все смывают, и нет больше красоты. Вот и пришла ко мне щебечущая делегация с требованием выделить фоторесурсы на сохранение образа барышень в нарядах на веки вечные. Буревой, которому я это отписал, застонал, но пожелание общественности выполнил. Теперь у нас на коммерческой основе производится фотосъёмка. Накрасятся-нарядятся - и давай по лесу шастать, места красивые искать, на память снимки делать. Сначала мы это скрепя зубами делали, но потом, когда "болезнь по людям пошла", наоборот, сами начали принимать активное участие в процессе подготовки, подсказки фона да формирования композиции. Просто у нас так хорошо и спокойно стало в городе, особенно среди барышень, что такое стоило любых затрат. А по одному снимку с тех "фотосессий" шло в альбом в "Салоне красоты". Вот его Добролюб и рассматривал. Глядел, и как то странно себя вёл.
– Кхе! Ишь ты, да и впрямь красиво как! И что, у вас тут прям в таком виде девки шастают?
– ткнул он пальцем в крупную барышню с глубоким, экспериментальным декольте, - Вот ведь шельмы! Прям как молодой себя почувствовал, а то теперь-то таких девок уже нет, что в молодости были!
– Ага, по молодости и пиво слаще, и девки краше, - я подколол купца, - а ты никак себе вторую жену завести хочешь?
– Да какой там вторую, с этой бы совладать, - в шутку развёл руками купец, - она мне тут на днях...
Двери, наконец, отворились, оттуда вышли наши барышни.
– Ну что, всё так?
– я подмигнул Зоряне, Жуляна стояла красная, как рак.
– Ага, - кивнула мне супруга.
– Ну что, Ярило, поздравляю, скоро у тебя пополнение будет, - я начал трясти руку мужику, то лицом полное непонимание изображает, - да и тебе Добролюб скоро не до молодок будет, внуков нянчить...
– Это ж как! Сколько лет...
– всплеснул руками купец, Ярило все ещё в прострации.
– Супруга твоя непраздна, Ярило, - нормальным языком передала мои поздравления Зоряна, подталкивая красную Жуляну к мужу.
Тот наконец выпал из ступора, вскочил, не зная куда себя деть, уже я его подтолкнул к жене, тот подхватил её на руки и закружил по комнате.
– Отстань, дурень, не дави на живот!
– та начала шутливо бить его по плечам тоненькими ручками.
– Ну вот, разобрались, наконец, - я взял свою жену за руку, - теперь, Добролюб, какой тут уж переезд, пусть тут, под наблюдением врачей побудут, пока не разродятся. А тот там такая история была, пойдём, пусть молодые радуются, а я тебе расскажу...
По дороге к нашему актовому залу рассказал Добролюбу про свинец в белилах, тот проявил живой интерес. Оказалось, в Новгороде какие-то умельцы с юга водопровод свинцовый делают в богатых домах, в том числе у тестя Ярило сейчас такой. Вот и спрашивает, какие последствия будут? Я только в сторону поминального строения на Перуновом поле махнул и вздохнул - отравятся люди. Предложил ему эксперимент наш повторить, с бритыми мышами и белилами, ну или просто подольше поить мышей из трубок свинцовых, посмотреть потом при вскрытии. Даже в
фельдшерскую его отвёл, показал заспиртованных мышей, Добролюб только брезгливо морщился. После больницы перешли к вопросам насущным - к дороге. На утро у нас запланирован удар автопробегом по бездорожью. В смысле, "покатушки" на БТРе со снятым верхом по новой дороге к заводу.На тот пробег пошли я, Олег, Добролюб, да несколько стрелков. Вольга на Ладоге остался в этот раз, Ярило вокруг беременной супруги суетится. Сели по местам, приготовились, водитель завёл БТР, дождался параметров пара, и рванул. О! Как он рванул, мы специально самого лихого выбрали. Покатались чуть, к заводу самому не поехали, чтобы соблазнов лишних не было.
– Зачем тут дорогу сделал?
– Олег держался за сиденье, все вылететь боялся.
– Да мы там, далече, железо делаем. Вон, за борт глянь, там как раз арматуру везут с завода, - все приподнялись, и начали разглядывать "Бычка".
Тот не спеша, степенно, тащил по дороге открытую платформу и несколько тонн арматуры на ней. Канал Болотный не справлялся полностью с доставкой грузов, приходилось периодически трактора привлекать. Суровая неспешность, вкупе с упрямой мощью трактора впечатлила гостей.
– И много эта штука ваша везёт за раз?
– поинтересовался Олег.
– Ну, у неё там сейчас под семьдесят сил, после модернизации, значит, - я быстро прикидывал, - с такой малой скоростью более двадцать тонн тонн может утянуть.
Непонимание со стороны гостей.
– Полторы тысячи пудов, пятнадцать сотен пудов, - перевёл я в наши величины.
Над лесом, в рев БТРа и неспешный гул трактора вплелись пленительные словенские выражения, показывающие отношения моих гостей к мощи нашей техники.
– И что, прям столько всегда и возит? И как часто?
– пришёл первым в себя Добролюб.
– Да по-разному бывает. Летом-то основная масса железа по каналу идёт, он дальше. Трактор только изредка привлекаем. А так в день у нас железа на заводе сотен пять-семь пудов получается...
Лес опять огласился восторженным словенскми матом, распугав немногочисленных птиц.
– ... И идёт оно на броню, мечи, стрелы да пулемёты, - продолжил меж тем я, - коли кто прийти в мыслями дурными задумает - железо то в него и полетит. Вот так. Олег, вон, видел, как оно бывает, кидался уже на нас со своими конниками.
После этого мужики ушли в себя, каждый думал о своём. Потом, в городе уже, вечером поговорили про то, что в голову гостям нашим пришло. Собственно, "покатушки" были направлены на одну простую вещь. Я хотел дать понять, что с Москвой дружить хорошо и выгодно, а вот воевать - очень муторно, затратно и опасно. Правда, с торговлей пока у нас тоже проблемы. Тупейшая ситуация - нет товара для того, чтобы везти его к нам от словен. Оружие, железо, медь, олово, свинец, вино, ткани, украшения, доски, смола, кожа, воск, мёд, мех, янтарь, бисер - это то, чем торгует земля Новгородская, сама производит или перекупает. И по всем этим позициям у нас или есть альтернатива, или собственное производство, или вообще потребности нет. Причём более всего мешает торговле наше промышленное производство. Везут купцы сейчас товар компактный и дорогой, такой продать легче, и лодки не надо громадные делать.
Да, есть некоторые ниши с объёмным грузом, вроде зерна, что Торир возил. Но во-первых он возил пшеницу, что плохо росла в Скандинавии, и была там чем-то вроде деликатеса. Во-вторых, процесс покупки и перевозки Ториром хлеба был очень многоступенчатый и сложный. Вон, чуть не собственные караваны ему при большом урожае формировать приходилось, и грызть ногти всю дорогу - не отберут ли на Варяжском море лихие люди товар? Скот возили тоже, лодками огромными, даже быков с лошадьми так транспортировали. Но это там, на Балтийском, Варяжском, море, там есть где развернуться таким судам. Тут, в Ладожских землях с их речушками и порогами, такое не практикуют. Потому мне, собственно, овец и пригнали своим ходом. Причём скупать их пришлось Добролюбу чуть не по всем окрестностям. Даже из-под Новгорода ему ягнят уже везли. А ещё коровы да козы, что мне Олег обещал. Но наши расчёты показывают, что после выполнения контракта с Новгородом, животноводство так сильно поднимется в Москве, что дальше мы уже выйдем на собственное воспроизводство стад. И чем дальше торговать?