Мама для сирот
Шрифт:
— Все хорошо, — шептала я, поглаживая девочку по спине. — Я с тобой. Ничего страшно не случится, пока я рядом.
Снова раздался раскатистый треск и гул над головами. Соня прижалась ко мне и задрожала сильнее. Несмотря на то, что она очень боялась, слезы так и не скатились из ее глаз. Соня не плакала. Даже когда ей было страшно или больно. Я внезапно поняла, что никогда не видела и не слышала от нее негативных эмоций.
— Все хорошо... — снова повторила я, не переставая гладить худую, дрожащую спину ребенка.
Я еще столько не знала об этих детях. В погоне за лучшей жизнью для них,
Я не знала, сколько прошло времени, пока дождь не стих. Постепенно Соня начала успокаиваться. Я прижимала ее к себе, пока она сама не отодвинулась и не заглянула мне в глаза.
— Тетенька... — тихий, хриплый шепот разнесся по комнате.
Соня почему-то отказывалась называть меня по имени. Я не возражала. Возможно, так Соня пыталась управлять ситуацией, в которой от нее ничего не зависело. Или, как говорила Машка, когда воспитывала дочь — так дети пытаются узнать границы дозволенного.
— Что такое, милая? — тихо ответила я, не отрывая взгляда от блестящих глазок.
— А ты можешь спать сегодня со мной?
Я бросила взгляд на свою кровать. Варя спокойно спала. Рядом сидел Кузьма и, кажется, тоже дремал. Ребенок был в надежных руках.
— Да, конечно, — я улыбнулась, уложила малышку на кровать и сама легла рядом.
Соня доверчиво прижалась ко мне. Я обняла девочку в ответ и закрыла глаза. Мне очень хотелось верить в то, что моя поддержка поможет Соне выражать все свои эмоции. Чтобы она не только улыбалась, но и плакала, и злилась, и грустила. Чтобы малышка поняла — тут ее примут любой.
— Тетенька... — раздался сонный голосок.
— Что такое? — я погладила девочку по волосам.
— А ты теперь всегда будешь с нами?
— Я постараюсь. Спи, милая, — я снова погладила Соню по спине.
Девочка улыбнулась и сквозь сон пробормотала что-то неразборчивое. Я лишь смогла услышать «чит... ма...». Улыбнувшись, я обняла Соню и закрыла глаза. Сон пришел не сразу, но вскоре я уснула, вслушиваясь в умиротворяющую тишину за окном.
***
Утро началось рано. Меня разбудило пение птиц. Я открыла глаза и подумала о том, что стариковские привычки дают о себе знать. А, возможно, это Надя из этого мира была жаворонком.
Соня спала рядом. Варя тоже не просыпалась. И Ева, свернувшись калачиком, спала на своем месте. Я встала с кровати, потянулась и посмотрела в окно. Капли на травинках и листьях сверкали под лучами утреннего солнца. Погода обещала быть жаркой.
Перед тем как спуститься на первый этаж, я заглянула к мальчикам, поправила с ним сползшее одеяло и отправилась умываться. Сегодня у меня тоже было много дел. Например, приготовить завтрак, сходить к Марье, выстругать из дерева спицы и крючки, подготовиться к визиту в город и в лес. Что будет первым, я пока не решила. Если повозка в город найдется быстро, то первым пунктом будут закупки. Если нет, то лес.
На завтрак было решено сварить уху. Быстро, просто и вкусно. Лепешки еще остались. На обед думаю испечь пироги с рыбой. Муки, конечно, уже не много.
Но возможно удастся купить ее сегодня. Или сразу готового хлеба.Как только по дому начал разносится вкусный запах, дети повыскакивали со своих кроватей. Они дружно скатились по лестнице и были отправлены умываться.
После сытного и плотного завтрака, мы собрали совещание. Нужно было определиться, чем заняться дальше.
— Если ты, Надя, поедешь в город, хорошо бы, чтобы у нас уже был дерево, — сказал Кузьма, вышагивая по столу. — Мы бы с ребятами хоть курятник построили.
— Откуда у вас инструменты-то? — фыркнула я. — Чтобы что-то строить, надо иметь то, чем строить.
— И то верно, — домовой почесал затылок. — В таком случае, тебе точно надо наведаться в деревню. Авось кто и правда в город направляется?
— А можно я тоже в город поеду? — подал голос молчаливый Егор.
Я внимательно посмотрела на мальчика. Он был достаточно молчаливым и послушным. Но часто и открыто выражал свое мнение.
— Хорошо, — я кивнула. — Только постарайся держаться около меня, хорошо? Я не хочу, чтобы ты потерялся.
— Обещаю! — лицо мальчика посветлело.
Таким образом, было решено, что я отправлюсь сначала в деревню и выясняю, есть ли повозка в город. После чего возвращаюсь домой и забираю платье вместе с Егором. Ох, чувствую, все деньги будут потрачены.
Но перед тем, как отправиться в деревню, я осмотрела платье. К сожалению, никаких драгоценных камней на нем не было. Лишь позолоченная нить по краям подола и плечам. Но распарывать ее было бы глупо. Лучше все вместе и продать.
Я переоделась в то самое платье, которое было найдено на втором этаже. Оно было постирано и высушено домовым. Платье было мне велико, зато закрывало руки, ноги и даже шею. Я поначалу думала, что мне будет в нем жарко, но нет. Оно было тонким и прохладным.
Подвязав платья на поясе все той же атласной лентой из дорогого платья, я огляделась и вопросительно посмотрела на Еву, которая все это время наблюдала за мной. Девочка уверенно кивнула. Ну, раз Ева одобрила, то все должно быть нормально.
Волосы были перевязаны в аккуратную косу. Зеленое платье сложено и помещено в плетеную старую корзину, которую дети вчера нашли в третьей комнате во время уборки. Вручив корзину Егору, я уверенно отправилась в деревню.
***
Сегодня на улицах деревеньки было тихо. Все еще бегали курицы, лаяли собаки и бегали дети. Но взрослых было немного. В основном женщины, да старики мелькали в огородах, дворах и окнах домов. Я протиснулась между домами, намереваясь пройти к дому Марьи, когда заметила женщину, запрягающую лошадь. Задумавшись на мгновение, я решительно направилась к ней.
Она была немолода. Высокая, стройная, в коричневом платье с тугим поясом. На голове платок, но узел у платка был не спереди, а сзади, что не скрывало ее каштановые, с проседью волосы, собранные в две толстые косы.
— Добрый день, — поздоровалась я, подходя ближе.
Незнакомка оторвалась от своего дела и посмотрела на меня. Взгляд ее карих глаз был острым, умным и оценивающим.
— Добрый, — кивнула она, возвращаясь к своим делам.
— Скажите, пожалуйста, вы не едите случаем в город?