Чтение онлайн

— В этом свертке его… так сказать, дух… и он запирает его за холодным железом. Он не знает, с какой опасностью он может встретиться, — прошептал мне Джедсон. — Видишь?

Я взглянул. Доктор провел пальцем по пазам дверцы сейфа.

Затем он вернулся на середину комнаты, поднял сморщенный черный предмет и любовно обтер его.

— Это отец моей матери, — возвестил он. Я присмотрелся. Это была мумифицированная человеческая голова с остатками волос. — Он очень мудр, и мне понадобится его совет. Дедушка, это твой новый сын и его друг. — Джедсон поклонился, и я тоже. — Они просят нашей помощи.

Он заговорил с головой на своем языке,

время от времени прислушиваясь, а затем отвечая. Один раз они как будто вступили в спор, но потом пришли к соглашению, потому что совещание скоро закончилось. Вортингтон замолчал и оглядел комнату. Его взгляд остановился на плетеной полочке от вентилятора, она была подвешена довольно высоко.

— Вот! — сказал он. — Прекрасно подойдет. Дедушке нужно высокое место для наблюдений. — И он поместил маленькую головку на полочку лицом к комнате.

Он снова вернулся на середину комнаты, встал на четвереньки и стал водить носом вокруг, как охотничья собака, берущая след. Он ходил взад и вперед, принюхиваясь и поскуливая, — как есть собака, огорченная смесью следов. Хвост, привязанный к талии, встал торчком и дрожал, как живой. Походка и поведение доктора так убедительно имитировали собаку, что я только заморгал, когда он вдруг сел и объявил:

— Никогда еще не видел места, более загруженного следами магии. Я отчетливо видел магию миссис Дженнингс и вашу деловую магию, но и после их отделения воздух все еще забит. Видимо, у вас тут все танцует, и шабаш носится вокруг вас.

Он снова вернулся к собачьим манерам, не ожидая нашего ответа, и начал обыск чуть шире. Теперь он, видимо, зашел в тупик, потому что сел, посмотрел на головку, громко заскулил и стал ждать.

Ответ похоже удовлетворил его. Он порывисто залаял и вытащил нижний ящик картотеки, действуя неуклюже, как будто у него и в самом деле были лапы, а не руки. Он порылся в ящике, выволок что-то оттуда и спрятал свою находку в мешочек. Затем он бодрой рысью обежал комнату, тыкаясь носом во все углы, и закончил тем, что вернулся в центр комнаты.

— Сейчас здесь следует опасаться всего. Эта комната — центр их атаки, так что дедушка согласился остаться здесь и последить, пока я обвяжу шнур вокруг вашего помещения, чтобы ведьмы не могли войти сюда.

Меня это слегка смутило. Я был уверен, что головка напугает мою секретаршу до потери разума, если он у нее есть. Я высказал это возможно дипломатичнее.

— Как насчет этого? — спросил он голову и прислушался. — Дедушка говорит, что все в порядке: он не позволит увидеть себя никому, с кем он незнаком.

Так оно и было: никто не видел дедушку, даже уборщица.

— А теперь, — продолжал доктор, — я хочу проверить рабочее место моего брата как можно скорее, я хочу обнюхать ваши квартиры и изолировать их от зла. А пока совет вам обоим: не давайте ничего от себя в чужие руки: срезанные ногти, волосы, слюну — все это уничтожайте либо в огне, либо в текучей воде. Это упростит вашу задачу. Я кончил. — Он встал и направился обратно в туалетную комнату.

Через несколько минут достойный ученый доктор Вортингтон сидел и курил с нами. Я поглядывал на головку его дедушки в полном убеждении, что этот повелитель джунглей и впрямь находится здесь.

Работа шла хорошо, и у меня больше не было несчастных случаев после того, как доктор очистил мое помещение. Я видел прибыль за квартал и снова начал чувствовать себя бодро. Получил письмо от Дитворта насчет

требований Бидди, но выбросил его в туалет, не задумываясь.

Однажды днем ко мне пришел Фельдштейн, агент магов.

— Привет, Зейдкил! — сказал я, увидев его. — Как дела?

— Мистер Фрезер, из всех вопросов, что вы могли бы мне задать, это главный. — Он печально покачал головой. — Дела — ужас!

— Почему? — спросил я его. — Я вижу кучу признаков активности вокруг…

— Внешность обманчива, — сказал он, — особенно в моем деле. Скажите, вы слышали о концерне, который называет себя: «Магия. Инкорпорейтед»?

— Странно, — сказал я, — я впервые увидел это сейчас, просматривая полученную почту.

Я взял со стола не вскрытое письмо с обратным адресом: «Магия. Инкорпорейтед».

Фельдштейн опасливо взял его, словно письмо было ядовитым, и внимательно осмотрел.

— Именно это я и имел в виду, — сказал он. — Ворье!

— Что вас тревожит, Зейл?

— Они не дают человеку честно жить… Мистер Фрезер, — вдруг перебил он сам себя. — Вы не прекратите работать со старым другом, который всегда был честен с вами?

— Конечно нет, Зейл! Но в чем дело?

— Прочтите это. — Он протянул мне письмо.

Я вскрыл конверт. Бумага была хорошего качества, с водяными знаками, бланк был выполнен просто и с достоинством. Я взглянул на список комитета и сразу же почувствовал калибр людей, которые были там директорами, — все люди большие, за исключением двух-трех исполнителей, имен которых я не знал.

Само письмо было проспектом. В нем содержалась новая идея, ее можно было назвать поддержкой магов. Предлагались услуги по всем видам магии. Клиенту не надо было никуда ходить, он может позвонить, сказать, что ему нужно, и компания выполнит все и пришлет счет. Все это выглядело достаточно прилично — всего лишь объединенное агентство. Я посмотрел ниже.

«Полная гарантия услуг, подкрепленная всем имуществом компании…

Поразительно низкие стандартные гонорары оказались возможными благодаря централизованному управлению и отсутствию агентов-посредников… Благодарные отзывы членов великой профессии дают нам возможность предсказать, что “Магия. Инк.” станет естественным источником и, вероятно, единственным источником настоящей профессиональной магии для компетентных магов любого направления…»

Я положил письмо.

— Так что вам до этого, Зейл? Это совсем другое агентство. А что касается их уверений — вы же сами говорили, что в вашем стойле все самые лучшие маги. Или вы не надеетесь, что вам поверят?

— Не вполне надеюсь, между нами говоря. Но это по-настоящему серьезно, мистер Фрезер. Они переманили большую часть моих лучших работников таким жалованьем и премиями, каких я не могу дать. И теперь они предлагают магию публике за плату, куда более низкую, чем брал я. Это разорение, поверьте мне!

Трудное дело. Фельдштейн был славным парнем, который как умел собирал никели для жены и пятерых большеглазых ребятишек, которым он был предан. Но я чувствовал, что он преувеличивает: он любил драматизировать.

— Не огорчайтесь, — сказал я. — Я буду держаться вас, и так же, я думаю, сделает большинство ваших клиентов. Это предприятие не может собрать всех магов, этот народ достаточно независим. Вот посмотрите на Дитворта — он пытается создать ассоциацию. Что же вышло?

— Дитворт… ах… — Он хотел плюнуть, но вспомнил, что находится в моем кабинете. — Эта компания и есть Дитворт!