Магия. Инкорпорейтед
Шрифт:
Поднялось почти столько же рук.
— В этом корень всего дела. Мы привыкли опираться на магию в бизнесе. И если кто-нибудь зажмет магию во всей округе, мы окажемся в зависимости у них. Нам придется платить любую цену, какую они запросят, и либо увеличивать стоимость наших услуг и товаров, чтобы сохранить прибыль, либо прекратить работу.
— Минуточку, Джо, — прервал его председатель. — Допустим, что все, что вы сказали, правда, да, наверное, так оно и есть. Но у вас есть причины считать, что мы поставлены перед чем-то особо значительным в этом деле?
— Да, есть, — очень серьезно ответил Джо. — Большей частью мелкие причины, но они убеждают меня, что кто-то
— Постой, Джо, — сказал Эд Пермели, занимающийся мелким ремонтом, — я думаю, что такая ассоциация — дело неплохое. Мне угрожала какая-то крыса и пыталась запугать меня, чтобы я позволил ей подбирать мне магов. Я обсудил это с ассоциацией, она занялась ими, и никаких неприятностей больше у меня не было. Я думаю, что организация, могущая укротить рэкетиров, — очень хорошая штука.
— Значит, ты подписал договор с ассоциацией, чтобы она тебе помогала?
— Ну да, это же самое разумное…
— Не думаешь ли ты, что этот твой гангстер этого и добивался?
— Ну, уж это притянуто за уши.
— Не скажу, что это все объясняет, но определенная вероятность есть. Не в первый раз монополисты пользуются наемными бандитами, чтобы левой рукой взять насильно то, что не могут взять правой. Я хотел бы знать, у кого-нибудь из вас был подобный случай?
Оказалось, что у некоторых был. Я видел, что они задумались.
Один из адвокатов задал вопрос официально, через председателя:
— Мистер председатель, нельзя ли ненадолго перейти от ассоциации к «Магия. Инк.»? Является ли эта корпорация чем-то большим, чем союз магов? Они же имеют право организовать союз.
— Вы можете ответить на это, Джо? — спросил председатель.
— Конечно. Это вовсе не союз. Это параллель ситуации, когда все плотники наняты одним подрядчиком, и вы или имеете дело с этим подрядчиком, или вообще не строите.
— Тогда это простейший вид монополии. Продолжайте.
— Я думаю, вы сами увидите, что это монополия. Обратил ли кто-нибудь внимание на то, что на сегодняшнем завтраке нет ни одного мага?
Мы огляделись. Джо был прав.
— Я думаю, — добавил он, — что в дальнейшем вы увидите здесь магов, представляющих каких-нибудь администраторов «Магия. Инк.». Благодарю за возможность продолжать. — Он достал из кармана сложенную газету. — Кто-нибудь обратил внимание на правительственное сообщение о специальной сессии законодательного органа штата?
Эд Донахью презрительно заметил, что он слишком занят и не собирается тратить время на политическую игру. Он умышленно подкапывался под Джо, так как все знали, что Джо комитетчик и тратит кучу времени на гражданские дела. Подкоп, видимо, задел Джо за живое, потому что он сказал с жалостью:
— Эд, для тебя чертовски хорошо, что кто-то тратит время на управление, иначе ты в одно прекрасное утро обнаружил бы, что возле твоего дома украли тротуар.
Председатель призвал их к порядку. Джо извинился. Донахью пробурчал что-то насчет того, что вся политическая деятельность грязная и все, связанное с нею, идет по нечестному пути. Я потянулся к подносу и сбил стакан с водой. Вода облила колени Донахью и отвлекла его. Джо мог продолжать.
— Конечно, мы знаем, что специальная сессия созывается по разным причинам, но когда опубликовали повестку дня, я заметил спрятанный на самом конце вопрос: «Урегулирование волшебства». Я
не мог поверить, что у специальной сессии могут быть какие-то причины заниматься таким делом. Значит, что-то произошло. Я позвонил в конгресс штата своей приятельнице, члену комитета. Она ничего об этом не знала, но обещала выяснить и позвонить мне. Вот что она узнала. Вопрос был включен в повестку дня по требованию некоторых сторонников правительственных компаний, сам по себе он не представляет особого интереса. Никто, кажется, не знает, в чем дело, но один билль уже брошен в хоппер. Он представлен только заголовком, мы не узнаем о его содержании, пока он не попадет в комитет. А заголовок такой: «Билль об установлении профессиональных стандартов для волшебников, о регулировании практики профессионального волшебства, о назначении комиссии по экзаменам, лицензиям…» и так далее. Как видите, это омнибус, в котором они повесят все законы, касающиеся магии, включая ограниченные права, если пожелают.Все молчали. Наверное, поворачивали свои мозги на незнакомый предмет — политику. Потом кто-то сказал:
— А что, по-вашему, мы можем сделать?
— Ну, — ответил Джо, — мы хотя бы должны иметь своего представителя в конгрессе, чтобы он защищал нас от клинча. Кроме того, мы должны представить собственный билль, если в том есть какие-либо фокусы, и выторговать самый лучший компромисс, какой удастся. По крайней мере, мы добьемся поправки, могущей оказаться самыми настоящими зубами в антитрестовских действиях штата в том, что касается магии.
— А почему Торговая палата штата не может устроить это для нас? У нее законная контора.
— Конечно, у них есть люди, оказывающие давление на членов конгресса, но вы отлично знаете, что Палате штата на нас плевать, мелких бизнесменов. Мы не можем надеяться на нее и должны бороться сами.
Джо сел, и начался полный тарарам. У каждого были идеи на этот счет, и все говорили разом. Но стало ясно, что общего согласия нет, поэтому председатель закрыл собрание и объявил, что те, кто хочет послать представителя в конгресс, могут остаться. Некоторые твердолобые, вроде Донахью, ушли, а остальные остались. Было предложено, чтобы представителем был Джо, и он согласился.
Фельдштейн встал и со слезами на глазах произнес речь. Сначала он блуждал без толку, но наконец высказался, что Джедсону понадобятся большие расходные фонды, чтобы добиться успеха в конгрессе, а также для компенсации его издержек и потери времени. Он удивил нас, вытащив пачку банкнот на сумму тысячу долларов, и тряс ею перед Джедсоном.
Этот искренний порыв заставил его стать с общего согласия казначеем, и подписи были собраны очень быстро. Я сдержал свою природную импульсивность и выложил столько же, сколько и Фельдштейн. Наверное, он потом чуточку остыл, потому что советовал Джо быть экономным и не тратить зря на ликеры для «всяких растяп в конгрессе».
Джедсон покачал головой и сказал, что, поскольку он намерен сам оплачивать свои расходы, у него должны быть развязаны руки, особенно в отношении угощений. Осталось слишком мало времени, чтобы взывать к благоразумию и бескорыстному патриотизму болванов, у которых собственного мнения не больше, чем у ветряной мельницы, и некоторые рады голосовать за любого, с кем пили.
Кто-то сделал возмущенное замечание насчет взяточничества.
— Я не намерен давать взятки, — ответил Джедсон. — Если бы дело зависело от взяток, мы бы с этого и начали. Я молюсь, чтобы там было достаточное количество не связанных обещанием голосов, с которыми можно провести небольшую убедительную беседу и осторожно припугнуть их.