Кровь вассалов
Шрифт:
Только раздачей замков я мог удержать рядом с собой полсотни своих же вассалов — все остальные занимались повышением собственного уровня жизни. Или, урвав пару сотен голов скота, уже гнали их к родным стенам.
Честно говоря, у местных было что взять. Скот, скарб, и даже люди, под охраной одного-двух вооружённых верховых слуг, шли в сторону Караэна настоящим потоком. Не так плотно, как машины в большом городе моего мира в час пик, но по местным меркам — весьма оживлённое движение.
Пехота пыталась не отставать от всадников, но ей остро не хватало мобильности. Они могли потрошить селения
Надо сказать, и в этом деле требовался опытСбывалые бранкоты на флангах умудрялись внимательно осмотреть каждый попавшийся дом, почти не теряя в скорости. Зато новенькие бранкоты сильно отставали от графика в моей голове, с трудом проходя километров двадцать в день. Часто даже меньше. При этом оставляя целыми целые хутора совсем рядом от своего пути.
Но это все было предсказуемо. Я знал, что отряды пехоты будет плестись медленнее, чем путешественник на телеге. Куда неожиданнее оказалась скорость, с которой у меня таяли вассалы.
Я раздал уже полтора десятка свежезахваченных замков рыцарям из своих вассалов, стараясь выбирать младших сыновей. Каждый рыцарь уводил с собой копьё — свой небольшой отряд из трёх-пяти человек, иногда и не один. Им ведь нужно было немедленно укрепляться в своих новоприобретённых владениях, а для этого правильно было звать друзей, братьев и других родственников.
Понять, сколько людей у меня осталось в наличии, не представлялось возможным, но я подозревал, что уже потерял под сотню всадников, не пройдя и трети пути до Балдгара.
Остальные всадники вообще редко попадались мне на глаза. Лишь пара десятков приходили ночевать рядом с моим отрядом, который шел в центре вместе с самым большим обозом, хирдом долгобородов и Стражей Караэна. Благородные сеньоры шустрили по карте, находя себе приключения. То и дело за вечерними кострами обсуждались их стычки с местными сеньорами: рыцари сходились в честных поединках, нападали друг на друга из засады, а порой — по правилам благородного боя. Пару мелких отрядов моих людей даже разбили, кое-кого убили, кого-то пленили. Но в целом схватки обычно заканчивались в нашу пользу — местных было слишком мало. Основные потери моя армия несла, оставляя людей в гарнизонах.
Моя политика показной добродетели — или просто безысходность — приносила плоды. Мелкие селения и городки покрупнее шли мне навстречу, ища договоров. Я оставлял там человек по пять-десять из пехоты. Их главная задача была даже не удерживать городок, а, крича моё имя, не давать грабить его снующим вокруг, как лисы вокруг курятника, благородным рыцарям.
Гарнизоны уже отъели у меня полторы сотни человек пехоты, сильно ослабив новые бранкоты, почти уполовинив их численность. Я старался брать людей именно оттуда — полагая, что малоопытные мне особо не пригодятся, а если местные поднимут «восстание» и вырежут гарнизон, то это будет не великая потеря. Впрочем, пехотинцы из этих бранкот меня за это боготворили.
За всё время у нас была только одна большая стычка. Замок — обнесённый наполовину деревянными стенами, с квадратной башней-донжоном внутри. Башня метров десять высотой, из коричневого плохо отёсанного камня, с деревянной стрелковой галереей наверху. Все строения замка вместе занимали
соток тридцать площади. Стоял он на холме, недалеко от дороги и на виду у городка домов на сто. Городок большой. А вот замок не очень крупный, не сильно укреплённый. Тем страннее, что его владелец решился дать бой.Возможно, он надеялся, что с ним не станут связываться, и пройдут мимо. Он ошибся.
Я в тот момент был далеко, и всё прошло без меня. Вдохновителем штурма стали Вирак — авторитета их командира, знаменитого несколькими удачными схватками, хватило, чтобы ему подчинились случившиеся рядом рыцари без потери лица. А отряда под его командованием хватило, чтобы и среди пехоты не нашлось желающих спорить.
Кто-то подогнал к стенам упрямого замка одну из бранкот Караэна — одну из тех, что долго ждали нас в лагере. Среди рыцарей, числившихся командирами этой пехоты, не нашлось ни авторитетного, ни достаточно мужественного, чтобы вмешаться. И Вирак погнал пехоту на штурм. К счастью для бранкоты, в её обозе нашлось несколько штурмовых лестниц, а у пары десятков были большие овальные щиты.
Надо отдать должное Вирак — они спешились и шли среди штурмующих. Стены замка были взяты. После того как камни и стрелы обороняющихся взяли свою цену. Упрямо сопротивлявшийся донжон обложили разобранными хозпостройками и удачно оказавшимся во дворе годовалым запасом дров — и сожгли.
Замок защищал упрямый старик — хозяин, и его младший сын, которому не было и четырнадцати. У обоих была слабая магия, которую они быстро израсходовали. Им помогали семеро — четверо вооружённых слуг и три пожилые служанки.
Потери при штурме среди пехоты составили двенадцать человек убитыми и столько же серьёзно ранеными. Вирак потеряли троих своих, из них лишь одного рыцаря, но этого хватило, чтобы привести их в ярость. После того как донжон сгорел, они разрушили замок, используя молоты, кирки и мою пехоту как разнорабочих. А потом пошли и устроили резню в городке, спалив половину домов.
Я прибыл на следующее утро. Посмотрел на всё это — и отдал руины Вирак. Сказал, что больше они ничего не получат, пока мы не возьмём Балдгар. Им это не понравилось.
Сценка вышла как в спагетти-вестерне — только за моей спиной стояла дружина. А Вирак, уставшие, в пепле и грязи, воняющие гарью, явно не были готовы к «скандалу». Они промолчали.
Кроме этого не очень удачного штурма были и несколько более удачных. Захватывали замки, стараясь сделать это так, чтобы я об этом даже не узнал. И, разумеется, если это удавалось, замки тут же прибирали к рукам удачливые рыцари — на правах победителя. Я не был против: мне пригодятся шустрые и сметливые люди на этих землях, когда местные опомнятся и поймут, что происходит.
В этом мире было понятие «завоевание». Вот только контроль территории предполагал смену власти в стиле, больше напоминающем бандитские разборки девяностых: большая стрелка, где решалось, «под кем» теперь та или иная территория; или изнурительная многолетняя война с засадами и набегами, с большими промежутками на отдых в замках; и трудные, многоходовые политические игры по поиску союзников.
Так можно было захватить целую провинцию. Как те же Инобал постепенно подминали под себя Луминаре.