Чтение онлайн

— Смотри, — сказала она Сьюзи и показала визитку. Рэйчел подошла к светильнику и попыталась разобрать потускневшую надпись. «А теперь ты нам доверяешь?» — прочитала она. Наверное, какая-то шутка из прошлого. Хозяйка наряда, видимо, просто забыла ее здесь.

Сьюзи взяла карточку, чтобы рассмотреть получше.

— Так странно случайно наткнуться на записку, смысл которой давно забыт… Часто ли такое случается?

— Довольно-таки часто, — заверила Рэйчел. — Я нахожу старые билеты в кино, носовые платки с вышивкой… А один раз обнаружила любовное письмо, адресованное женщине по имени Джулия, с подписью «Тайный воздыхатель». Мне удалось вернуть письмо внучатой

Рэйчел скинула наряд от Мейнбохера, оделась в свое, и женщины разобрали до конца сундук и пару больших шкафов в придачу. В них оказалось много одежды, которую, Рэйчел была уверена, она сможет продать. Среди этих вещей были бледно-золотое атласное бальное платье, несколько чайных платьев в цветочек, которые расходились лучше всего, и черная бархатная накидка для выходов в театр. Железный обруч, сжимающий грудь Рэйчел, немного ослаб.

К ужину Сьюзи подала деревенский хлеб, три вида сыра, зеленый салат и налила им обеим по бокалу красного вина.

— Только один, — сказала Рэйчел. Ей еще предстояло вести машину обратно. — Я в восторге от твоего гарнитура от Мейнбохера. — Она положила себе немного салата. — Я еще займусь им. Этот модельер создал потрясающие наряды для Уоллис Симпсон, а мне очень нравится, как она одевалась.

— Хотя она была неоднозначным персонажем, — отозвалась Сьюзи. — Говорят, она отвратительно показала себя во время войны. Их с Эдуардом отправили в эвакуацию на Багамы, и Уоллис, по слухам, оплачивала услуги парикмахера в Нью-Йорке и летала туда каждый раз, когда ей нужно было сделать укладку. Еще она постоянно болталась по магазинам на Пятой авеню. А в Англии в это время все жили на суточную норму продовольствия под еженощными бомбежками, так что с ее стороны все это выглядело не очень-то хорошо.

— Ох, могу себе представить! — согласилась Рэйчел, состроив гримасу. Она ненадолго умолкла, а потом спросила: — Как ты думаешь, она когда-нибудь виделась с Дианой?

— А почему ты спрашиваешь? — насторожилась Сьюзи.

— Я читала, что она была на похоронах Уоллис, и я знаю, что после смерти Эдуарда между Уоллис и королевской семьей произошло некоторое потепление отношений. Тогда она была уже безобидной старой вдовой с неважным здоровьем. Мне просто стало интересно…

Поколебавшись, Сьюзи ответила:

— Да, Диана была с ней знакома. Чарльз представил их друг другу в 1981 году во время поездки в Париж, когда они с Дианой были только помолвлены. К тому времени Уоллис уже страдала деменцией и едва говорила. Она жила в своем сумрачном мире за закрытыми ставнями, и разве что сиделки приходили к ней. — Сьюзи отрезала ломтик сыра бри и положила на хлеб. — Диана ее очень жалела и потому всегда навешала при первой возможности, когда бывала в Париже. Такой уж она была: если кому-то изменяла удача, Дач всегда оказывалась рядом, готовая поддержать.

— Боже! — Рэйчел была поражена. — Она никогда не рассказывала об этом прессе. Я уверена, что запомнила бы, если бы такое сообщали.

— Ты права, если бы пресса прознала о дружбе этих двух женщин, бросивших вызов династии Виндзоров, у репортеров был бы счастливый день. Ты можешь себе представить? — Сьюзи даже развеселилась от этой мысли.

— Это удивительно. Я недавно говорила Алексу, что им было что обсудить. — Рэйчел решила рискнуть и задать вопрос, который, по-видимому, огорчил Сьюзи во время интервью, и потому внимательно наблюдала за реакцией собеседницы. — Нам обоим показалось странным, что Диана решила съездить на виллу Виндзор в день своей смерти. Как ты думаешь, они с Доди действительно рассматривали

— Нет, ни в коем случае, — с негодованием отвергла предположение Сьюзи. — Она считала это место печальным. «Там полно старых призраков», — говорила она мне.

— Может, Доди пытался переубедить ее?

— Ты ее не знала, — сказала Сьюзи, отодвигая тарелку с недоеденным ужином. — Диана была очень веселой, энергия просто била у нее через край, и, конечно, в ней была изрядная доля озорного юмора. — На лице Сьюзи проступила легкая полуулыбка, ясно говорившая, что она вспомнила какой-то анекдот из жизни, которым не собиралась ни с кем делиться. — Она бы ни за что не согласилась жить в музее.

— Как, по-твоему, что бы она еще сделала, будь она жива? — спросила Рэйчел. — Ее только начали воспринимать серьезно за ту работу с противопехотными минами. Может быть, она бы стала послом ООН или что-нибудь в этом роде?

— Она бы изменила мир, — твердо сказала Сьюзи. — У меня нет в этом никаких сомнений.

Вернувшись в Брайтон, Рэйчел перенесла одежду Сьюзи из машины в квартиру и разложила ее на спинке дивана. Наряд от Мейнбохера она повесила на мягких плечиках в дверном проеме и стала рассматривать искусный крой и безупречные швы.

У нее было несколько справочников по истории моды, и в одном из них даже имелись фотографии, иллюстрировавшие разные стили, которые появлялись в журналах «Vogue» в разные годы. Рэйчел нашла в оглавлении Мейнбохера и, как она и предполагала, обнаружила десятки посвященных ему статей. Она просматривала их одну за другой, и в разделе, посвященном 1934 году, увидела тунику с юбкой — тот самый наряд — на Уоллис Симпсон. Рэйчел присмотрелась к линиям цветочного орнамента, и они оказались идентичными. Это была вещь из осенней коллекции дизайнера, вдохновленной Востоком.

«Могло ли случиться так, что этот наряд принадлежал Уоллис?» — думала Рэйчел. Его размер вполне мог бы подойти миссис Симпсон. Рэйчел решила написать по электронной почте Ричарду и спросить его мнение, потому что в том случае, если это предположение подтвердится, Сьюзи могла бы выручить за него значительно больше на аукционе, чем в «Забытых мечтах».

Она дождалась, пока загрузится компьютер, и зашла в электронную почту.

«Привет, Рич! — напечатала она. — Я только что разжилась вещами, среди которых есть Мейнбохер 1934 года: туника с розовым принтом в китайском стиле и юбка той же расцветки.

В моем воговском альбоме есть изображение Уоллис Симпсон в таком же наряде. Ты не знаешь кого-нибудь в главном офисе компании, кто мог бы сказать, принадлежали эти вещи Уоллис или нет?»

В тот вечер Рэйчел пыталась дозвониться Алексу в Париж, чтобы рассказать ему, как прошел день, но постоянно слышала только сообщение автоответчика. Даже в одиннадцать вечера, когда он должен был находиться в номере отеля, из телефонной трубки раздавалось раздражающее «не могу ответить на ваш звонок». Ей ужасно не хотелось ложиться спать, не поговорив с ним. Это было одно из их правил. Когда бы ни случалось им расставаться, вечером перед сном они всегда беседовали. Если даже его мобильный заблокировали из-за отрицательного баланса, он должен был позвонить ей по телефону в номере отеля. А она сама не могла связаться с ним, потому что он не сказал ей, где остановился.