Чтение онлайн

Она пришла в «Хало», свой любимый бутик, не с намерением послушать сплетни, но давно научилась держать уши и глаза открытыми.

Если она узнает что-то стоящее, можно передать это Наташе в «Дейли Ньюс». Дафна уже много лет поставляла ей сплетни в обмен на благоприятные отзывы о себе в журнале. А если новость окажется совсем уж громкой, можно найти способ использовать ситуацию в своих целях. Как много лет назад, еще до того как они с Джефферсоном начали встречаться, когда Дафна застала на задней лестнице леди Леонор Харрингтон с одним из охранников дворца.

Дафна заверила леди Харрингтон,

что сохранит секрет, но также мягко предложила Леонор поддержать свою заявку в Королевскую гильдию балета, которая, как известно, являлась самой эксклюзивной благотворительной организацией столицы. Охранника же Дафна убедила пропустить ее во дворец несколько раз на крупных мероприятиях, когда никто не заметит лишнего гостя.

Такова природа секретов. Можно продавать их снова и снова.

Ее телефон завибрировал в стеганой сумочке. Дафна хотела отклонить вызов, чтобы не спугнуть сплетниц, но когда увидела имя на экране, во рту у нее пересохло.

Химари Марико не могла ей звонить, потому что Химари почти год лежала в коме. Она упала с черной лестницы дворца в ночь выпускного бала близнецов, что все сочли трагической случайностью.

Хотя Дафна знала, что это ее вина.

Дрожа от беспокойства, она приняла звонок.

– Алло?

– Это я.

Услышать снова голос Химари было похоже на разговор с призраком.

Дафна отступила на шаг и оперлась на столик со сложенными шелковыми трусиками.

– Ты очнулась.

– Сегодня утром, – сказала Химари. – А с завтрашнего дня могу принимать посетителей. Ты придешь?

По лицу прокатилось что-то влажное; Дафна с удивлением обнаружила, что плачет. Что настоящие эмоции пробились сквозь наслоения лживых масок, которые Дафна так умело носила.

– Конечно, – прошептала она уже на полпути к дверям.

Спустя столько времени Химари вернулась. Ее лучшая подруга, ее доверенное лицо, ее соучастница – и, возможно, причина грядущего падения Дафны.

На следующее утро Дафна шагала к палате длительного ухода в больнице Святого Стефана, сжимая в руках подарочную корзину. На ходу она кивала докторам и медсестрам, но за обычной скромной улыбкой роились тревожные мысли.

Дафна не знала, что теперь делать.

Должна ли она войти в комнату и попросить прощения или немедленно броситься в атаку? Может, предложить Химари сделку: пообещать что угодно в обмен на сохранение тайны того, что послужило причиной комы.

Все началось прошлой весной. Химари поймала Дафну и Итана вместе и пригрозила рассказать о них Джефферсону. Дафна умоляла ее успокоиться, но подруга отказалась слушать. Химари хотела разлучить Дафну и Джефферсона, а потом закрутить роман с принцем.

Загнанная в угол и отчаявшаяся, Дафна подсыпала Химари в напиток пару измельченных таблеток снотворного. Хотела немного напугать ее, убедить отказаться от всего этого. И совершенно не представляла, что подруга в том смутном состоянии решит подняться по лестнице – и полетит вниз со ступенек.

Дафне очень хотелось повернуть время вспять. На следующее утро она едва не пошла в полицейский участок с признанием, лишь бы иметь возможность поговорить об этом с кем-нибудь.

Но был только один человек, с которым она могла обсудить случившееся, кто

знал ужасную правду о том, что сделала Дафна. Итан.

Весь год, пока Химари лежала в коме, Дафна ее навещала. Не потому, что таким образом создавала себе положительный имидж – ее обычная мотивация что-либо делать. Нет, она отчаянно хотела этого. Увидеть Химари было единственным способом избавиться от чувства вины, которое грозило поглотить Дафну.

Она остановилась у двери, отмеченной ламинированной табличкой «Химари Марико». Собрав остатки храбрости, Дафна постучала. А когда услышала приглушенное «входите», толкнула дверь.

Химари сидела на узкой больничной койке, прислонившись спиной к подушке. Ее лицо заострилось, из-под одеяла тянулась трубка, обвивая предплечье, но ярко-карие глаза наконец открылись.

Время, казалось, растягивалось и сжималось, точно резинка с вишневым вкусом, которую обе любили жевать на переменках в школе.

– Химари. Я так рада тебя видеть. Ты очнулась, – неуклюже сказала Дафна. И затаила дыхание – что будет? Химари разразится ругательствами, что-то в нее запустит или, может, позовет медсестру?

Ничего не произошло.

– Я бы сказала, что соскучилась, но мне кажется, будто мы виделись на прошлой неделе. – Голос Химари звучал грубее, чем раньше, из-за нескольких месяцев в коме, но в нем не было ни холода, ни отстраненности. Она кивнула на одежду Дафны и, что невероятно, улыбнулась.

– Ты, как всегда, отлично выглядишь. Джинсы с завышенной талией действительно вернулись? Надо прикупить пару.

Какое-то время Дафна стояла в шоке.

Химари говорила с ней, как прежде: до того как между ними встали Джефферсон и секрет Дафны и Итана.

– Вот, это для тебя. – Дафна улыбнулась и протянула подруге подарочную корзину. Весь день она скупала любимые вещи Химари: цветы и чай, новый фантастический роман ее любимого автора, макароны из той пекарни в Джорджтауне. Химари принялась разбирать содержимое корзины со своей обычной очаровательной жадностью.

– Позволь я помогу, – предложила Дафна, когда Химари уткнулась лицом в цветы и вдохнула. На столе стояла пустая ваза; Дафна отнесла ту в ванную, наполнила водой и поставила букет.

Палата теперь выглядела иначе, чем прежде. Стерильные поверхности были загромождены личными вещами, мягкими игрушками, воздушными шарами на палках и стопками журналов. Дафна улыбнулась, когда увидела, что Химари пьет воду из своего старого мультяшного термоса. Комната даже звучала лучше: медицинское оборудование издавало бодрый беспорядочный писк, а не бездушный рефрен, поддерживающий жизнь человека, находящегося без сознания.

Дафна поставила цветы на ближайший стол, затем выдвинула стул.

– Что ты делаешь? – Химари подвинулась, освобождая место на кровати. – Раны на голове не заразны, честно.

Выкрутиться не получалось. Дафна забралась рядом с подругой, как прежде, когда они сидели в комнате Химари, обмениваясь историями и секретами и смеясь до боли в груди.

– Медсестры сказали, ты приходила каждую неделю, – продолжила Химари. – Спасибо. Ты такая верная подруга.

Не прозвучала ли в последних словах нотка сарказма? Дафна не могла сказать определенно. Было все еще странно слышать голос подруги.