Король волков
Шрифт:
— А все потому, что мне известно, что именно король велел нам забрать из замка. И это не красотка в ночной сорочке. — Он ловит мой взгляд. — Кто ты? И не дай этому большому болвану запугать себя.
— Мне не страшно, — говорю я.
Мой голос тих. Он тонет в стуке копыт, взрывающих лесную подстилку, и в шелесте ветра в ветвях, но взгляд волка устремлен на меня с любопытством.
Должно быть, правда, что у волка слух острее, чем то было угодно богам.
Меня пробирает дрожь.
— Она не твоё дело, — твёрдо говорит Альфа.
—
На лице Фергуса расплывается улыбка, слишком широкая, чтобы быть искренней.
— Скажи, что он шутит. Скажи, что ты не похитил дочь короля. Потому что я точно знаю… я знаю, что ты не настолько вспыльчивый дурак.
Альфа лишь пожимает плечами за моей спиной. Его тело расслаблено, несмотря на тряску в седле и его крепкие мышцы.
— Ради любви к богине! — рычит Фергус. — Отпусти ее!
— Уже немного поздно для этого, — отвечает альфа.
— Они с нас шкуру живьем сдерут! — говорит Фергус.
— Они и так сдерут с тебя шкуру, если поймают, — бормочу я себе под нос.
Чувствую тихий смех в груди Альфы. Фергус пристально смотрит на него.
— Это безумие, — заявляет Фергус, раздраженно. — Они придут за нами
— Ага, скорее всего.
— О чём ты думал?
— Я думал, что раз мы не можем найти то, что ищем, принцессу можно использовать как рычаг давления, чтобы получить это.
— О, да? А по-моему, сегодня не один юный Райан принимает безрассудные решения, руководствуясь своим членом.
Моё сердце забилось чуть чаще от непристойности намека. Альфа обещал, что меня никто не тронет. Я полагала, что это касается и его.
Альфа ничего не отвечает.
— Опомнись! — рычит Фергус. — Верни её! Мы оставим её в ближайшей деревне, если ты так переживаешь за девчонку, но…
В груди Альфы звучит низкое рычание.
— Она едет с нами. Точка.
Фергус бросает на него долгий пристальный взгляд, прежде чем посмотреть на меня. На его лице застывает нечитаемое выражение. Смесь раздражения и чего-то ещё. Скорби, возможно?
Он качает головой.
— Она человек, — тихо говорит он. — Она не…
— Я отведу ее к королю. И больше ничего не хочу об этом слышать.
Тело альфы дергается, когда он вонзает пятки в бока лошади, и мы стремительно обгоняем стаю, оставляя Фергуса и этот разговор позади.
Его настроение мгновенно меняется. Мускулистые предплечья напряжены, и над нами словно нависла темная туча. Инстинкт самосохранения должен бы подсказать мне молчать. И всё же…
— Мой отец — король, — говорю я.
— Он твой король. Не наш.
Мы всегда считали, что волки слишком дикие и неуправляемые, чтобы объединиться под чьей-либо властью. В учебниках истории говорится, что кланы ведут междоусобные войны, а также воюют с нами, вот уже сотни лет.
— Я не знала, что он у вас вообще есть, — говорю я.
— А много ты знаешь о волках, принцесса?
— Судя по вам, у них нет хороших манер.
Он мрачно усмехается.
— О, да? Что — то еще?
— Знаю, что вы делаете, что вздумается. Убиваете. Воруете. Нападаете на Южные Земли. —
Вспоминаю слова Себастьяна о том, как волки берут своих женщин. Вспоминаю, что Магнус сделал с той женщиной в камере. Мои щёки пылают. — И совершаете прочие… зверские дела.— Похоже, ты раскусила нас, принцесса. Мы все здесь животные. Носимся по горам. Воем на луну. Едим принцесс на завтрак.
Я вся напрягаюсь, а он лишь смеется. Не понимаю, шутит он или нет. Церковь учит, что в полнолуние волки охотятся на таких, как я. Более того, ходит немало историй о том, как мужчин с Пограничья отправляли на север защищать наши земли, а месяцы спустя находили лишь их кости.
— Вы едите людей?
Он снова смеется.
— Тише, нам предстоит долгий путь.
Это прозвучало не слишком обнадеживающе. И все же я не могла удержаться от желания подразнить его.
— Ты ударился головой на ринге?
— А?
Указываю направо, вспоминая, что горы были по ту сторону от нас, пока мы не вошли в леса.
— Север там, болван.
— Знаешь, не многие люди так со мной разговаривают.
— Немногие люди похищают меня и держат в заложницах.
— Я не человек — Его губы возле моего уха, а горячее дыхание щекочет щеку. — Я животное, помни об этом.
Вздрагиваю, что-то шевельнулось глубоко во мне. Открываю рот, чтобы возразить, но он останавливает меня.
— Нам нужно проехать несколько миль на запад. Если сразу поедем на север, то упремся в Пограничный Вал. А теперь тихо. Нам предстоит долгий путь, а у меня от тебя болит голова.
Мы скачем всю ночь. Ритмичный стук копыт и приглушенный гул голосов волков позади нас, создают мягкое затишье в прохладном воздухе.
Голова моя безвольно болтается, пока я отчаянно борюсь со сном. В начале пути все мое тело было сковано от настороженного напряжения. Теперь же у меня не осталось сил держать себя в вертикальном положении. Откидываюсь спиной на грудь Альфы, сколь бы неприлично это ни было. Он такой теплый на фоне ночной прохлады.
Но когда мы выезжаем из леса, мои глаза резко открываются, и я сажусь прямо, ощущая, как волна бодрствования пронзает все мое тело.
Солнце восходит, окрашивая небо в розовые оттенки, и дождь уже прекратился.
Мы достигли высокого каменного вала, что отделяет земли волков от остального королевства. И часть его была разрушена. За ним простирается бескрайная пересеченная местность, уходящая вдаль до самого горизонта.
Я и раньше видела далекий север из своих покоев в замке Себастьяна. Но вблизи пейзаж еще более захватывающий.
Я никогда не видела такой невероятно яркой, зеленой травы вперемешку с папоротником и вереском, колышущихся на ветру. Небольшие озёра с тёмной водой, словно зеркала, отражают восход солнца. А рельеф этих мест… он кажется почти сверхъестественным, то какую форму приняла тут земля. Холмы и горы вырастают из земли, как живые. Те, что вдали касаются облаков. И… это, снег на острых вершинах?
Воздух пахнет травой и дождём, он настолько свеж, что я чувствую его вкус.
— Скачем к озеру Агхелах, там дадим лошадям отдохнуть, — голос Альфы прорезает тишину.