Копатель
Шрифт:
Шлепок его ладони по ее коже был громким, как и вздох Келли, когда ее голова дернулась вверх, выпуская его член из глубины рта. Ее тело напряглось над ним.
Уркот замер, его рука оставалась на ее заднице.
— Я…
— Сделай это снова, — сказала она. — Сильнее.
Его глаза расширились. Не было никакой ошибки в том, что она сказала, хотя слова были совсем не такими, как он ожидал. Она хотела большего. Она хотела… сильнее. Этот приказ противоречил его инстинкту защищать ее от вреда. Он отказывался сам причинять боль своей паре.
Но
Его ладонь массировала ее попку, успокаивая плоть, по которой он ударил.
Уркот доверял Келли. Доверял ей сказать ему, чего она желает, сказать ему, что чувствует себя хорошо, сказать ему, когда удар причиняет боль или слишком сильный. Она доверяла ему так же сильно, иначе не просила бы о большем.
— Уркот, — взмолилась Келли, отталкивая его руку. — Пожалуйста. Сделай это…
Он шлепнул ее. Сильнее.
ГЛАВА 23
— Блядь! — Келли вскрикнула, ее задница напряглась, когда удовольствие-боль пронзило ее. Ногти впились в шкуру Уркота, и она сжала узел на стволе его члена, опустив голову ему на живот.
Жар и покалывание распространились по ее коже под его большой ладонью, и она больше, чем когда-либо, осознала, насколько беззащитна. Уркот мог делать все, что хотел, он мог подавить ее, использовать, трахнуть.
И ей это чертовски нравилось.
Она поцеловала его в шкуру.
— Еще раз.
Раздался еще один резкий, твердый шлепок, сотрясший ее тело и заставивший покачнуться задницу. Раскаленное добела электрическое наслаждение пронзило ее, воспламенив каждый нерв. Набухшие соски болели, когда касались его шкуры, а клитор пульсировал, и ее лоно сжалось, скучая по наполненности его языком, жаждая обхватить его член.
Келли подняла голову и посмотрела на этот член. Толстый, синий и инопланетный, он был скользким от масел, вырабатываемых его телом, и пульсировал в ее руке. Он был прекрасен, и он был ее. В воздухе витал тяжелый аромат корицы и гвоздики, этот пряный вкус ощущался на языке, и ей захотелось большего.
Наклонив голову, она дразняще лизнула его щель, затем провела кончиком языка по всей длине.
Уркот зашипел, его тело задрожало под ней, и член дернулся в ее руках. Добравшись до расширяющейся головки, она взяла кончик обратно в рот. Уркот зарычал, еще раз опустив ладонь на ее задницу.
За шоком сладкой агонии последовало ощущение его длинного, твердого языка, скользящего по ее лону.
О блядь, да.
Он обвел им ее вход и погрузил внутрь, и она застонала вокруг его члена, за что получила еще одно рычание и еще один шлепок. Она сосала, покачивая головой, дразня его языком и поглаживая кулаком вверх и вниз по его стволу и по узлу в такт своим движениям. Его вкус, его реакция, его удовольствие подстегивали ее. Она хотела увидеть, как он кончает, ощутить вкус его семени на своем языке.
Уркот шлепал ее снова и снова, и каждый удар вибрировал прямо внутри нее. Ощущения были сильными, порочными и всепоглощающими, и она уже чувствовала, что находится на грани оргазма, так возбуждена, что ее киска течет от желания,
и он был прямо там, чтобы слизать все это.Когда его язык коснулся ее клитора, Келли вскрикнула.
— Вот так, Уркот! Лижи мой клитор.
Сжимая ее задницу, покалывая кожу когтями, он притянул ее ближе к своему рту.
— Ах, мое полуденное солнце.
Жар затопил ее от этого ласкового обращения, и удовольствие пронзило, подобно падающим звездам, рассекающим ночное небо, когда его язык энергично ласкал и кружил у ее клитора.
— О блядь! — простонала она, зажмурив глаза. — Да, да, да!
Она извивалась у его рта, жадная до большего, и он притянул ее еще ближе, пока его челюсть не обхватила ее лобок, а острые зубы не стали дразнить уколами кожу. Но все, на чем она могла сосредоточиться, это на его греховном языке и обжигающем ощущении, пронизывающем ее насквозь.
Когда ее настиг оргазм, Келли полностью отдалась ему.
Ее тело напряглось, лоно сжалось, и из нее брызнул поток жидкого тепла. Она беззвучно закричала, не имея ни голоса, ни контроля над своим телом, оно больше не принадлежало ей. Волна за волной мощный экстаз захлестывал ее с каждым движением его языка, пока, наконец, из ее горла не вырвался неровный, прерывистый звук, первобытный крик всепоглощающего удовольствия.
Когда ее сотрясла дрожь, он убрал язык и обхватил двумя руками ее бедра, в то время как третья скользнула вверх по животу, поддерживая грудь. Прежде чем она поняла, что происходит, сквозь дымку оргазма, Уркот снял ее с себя, оторвав от своего члена, и вытащил свое тело из-под нее, чтобы поставить Келли на четвереньки.
— Уркот? — сбитая с толку, она оглянулась на него через плечо и увидела, что он расположился позади нее. — Но ты не… Я не…
Он приподнял ее бедра, подтягивая задницу к себе. Мгновение спустя она почувствовала головку его члена напротив своего трепещущего лона.
— Нужно мое семя внутри тебя, — прохрипел он.
Затем он резко подался бедрами вперед, погружаясь в нее всей своей длиной.
Келли ахнула от внезапности того, как его толстый член наполнил ее. Растяжение обожгло, но было так сладко, и этот ожог перерос в удовольствие. В этом положении он чувствовался гораздо больше.
Ее киска сжалась вокруг его члена, когда он потянул его назад, позволяя ей почувствовать его широкую головку по всей длине влагалища, только для того, чтобы погрузиться глубже, исторгая стон из ее горла. Он делал это снова и снова, его толчки были уверенными, медленными и глубокими.
— Я хотела попробовать тебя на вкус, — сказала она, задыхаясь, двигаясь назад, навстречу его размеренным толчкам, которые вызывали приливы удовольствия, угрожавшие ослабить ее руки. — Я хотела, чтобы твоя сперма была у меня на языке.
Пальцы Уркота согнулись, его когти впились в податливую плоть ее бедер, и из груди вырвалось рычание.
— Безумие овладевает мной. Хочу быть внутри тебя. Хочу, чтобы мое семя было внутри тебя, — он снова врезался в нее, сильнее. — Хочу почувствовать тебя на своем члене.
Келли запустила пальцы в растения под собой. Ее клитор пульсировал с каждым толчком, груди покачивались, и хотя его член заполнил ее, внутри все еще оставалась невыносимая боль. Она хотела, чтобы ее поглотили. Нуждалась в том, чтобы быть поглощенной им.