Чтение онлайн

Вырвав из блокнота несколько листов, староста вручил их Кирин, потыкал на подруг, мигами велел проинформировать и вышел, не забыв ткнуть на часы и продемонстрировать пятерню.

Просидел он у нее минут двадцать. Закрыв дверь, девушка вновь расположилась у окна, читая задания, выпавшие девчонкам. Да… Ее роль «соблазнительницы», наверное, была самой отъявленной.

Главное, чтобы план не провалился…

Девочки очнулись сами, как раз за минуту до будильника. Феи выглядели утомленными, а Ррухи — слегка

растерянной. Она странно водила по комнате своими блеклыми глазами и наконец принюхалась:

— У тебя были гости? — удивленно спросила она.

— Староста, — не стала скрывать Хадиса и протянула Ррухи предназначенный ей лист. Такие же отдала сестрам. — План нашего внепланового практикума составлен. Нам выдали роли.

— Неожиданно, — переглянулись сестрички.

— В любом случае, от нас теперь хоть нос не воротят, — кивнула Ррухи. — Роли несложные.

— Ваши — нет, — улыбнулась Кирин, задумчиво открывая шкаф. — А мне придется поработать соблазнительницей…

— Да ладно, а что, уже и с целью определились? — удивились близняшки.

— Можно и так сказать, — вздохнула Хадиса, раздеваясь до нижнего белья и чулок. Вытащив из шкафа полупрозрачную белую ночнушку, задумчиво приложила её к себе. — Как думаете, это достаточно соблазнительно?

— Это ночная сорочка. — Ррухи устало потеряла виски. Задание Октопуса более чем раздражало. — Если тебе надо соблазнительное, то бери колготы, отрезай носки и режь меж ног дырку…

Девчонки косо на нее уставились, не понимая ее странного совета.

— И что получится?

— Кофта. — На щеках Ррухи проступил предательский румянец. — Старшие сёстры так делали… из чёрных сетчатых колгот.

Найдя в загашнике черные сетчатые колготы и сделав «кирдык» их носкам, Хадиса со знанием дела вырезала дырку меж двух колготищ и следом просунула в нее голову.

— Так? — застенчиво спросила она Ррухи.

— Угу. — Альбиноска стыдливо отвела глаза. Близняшки прыснули и, краснея от едва сдерживаемого хохота, просто вылетели вон из комнаты, предусмотрительно закрыв за собой дверь.

Просунув руки в обрезанные колготки как в рукава, Хадиса спрятала скованную полупрозрачным бюстом грудь под сетчатую ткань и придирчиво осмотрела себя в зеркале.

Лучше бы она этого не делала. В таком не то чтобы на публику… в туалет в одиночку ходить страшно — пауки изнасилуют…

В этот миг дверь за ее спиной резко отворилась, и две паразитки затолкали в комнату старосту. Парень шумно выдохнул, скользнув взглядом по почти обнаженной фигурке Хадисы. Открыл рот, закрыл… Застрял взглядом где-то в области затянутых в черные стринги бедер, после чего покраснел и медленно прикрыл рукой глаза. Рот его при этом продолжал бесшумно открываться и закрываться, словно рыбий. В следующий миг парня снесла брошенная Ррухи подушка, хорошенько прижав несчастного к стене коридора.

— Наверное, стоило менее прозрачный лифчик одеть, — хихикнула одна из близняшек, заглянув в комнату.

— Гадины вы, — прошептала демоница, выхватывая из шкафа штаны. — У него ж уже четыре года воздержание.

— О-о-о… У меня есть такие же колготы, можно труселя сообразить, — вклинилась вторая сестричка.

— Ага… И старосту в них одеть,

пока в себя приходит, — фыркнула Ррухи, протягивая Кирин ветровку. — Судя по тому, как бедолагу прошибло, роль соблазнительницы удастся.

Главное, чтобы цель тоже пришибло на месте.

Благодарно улыбнувшись подружке, Хадиса быстро натянула на тебя мешковатую ветровку и склонилась над парнем.

— Живой?

Тот резко открыл глаза и прочертил в воздухе защитный знак. Даже фразу «Изыди, демон!» губами прошептал. Смешливо фыркнув, девушка схватила его за руку и потянула на себя, помогая встать.

— Не обижайся, феи — они такие. Шкодничают, — улыбнулась она. Старосту передернуло, а близняшки за ее спиной заржали.

Отчего-то у Хадисы мелькнула мысль, что им здесь все-таки не место. Потому что стесняться должна она, а не этот парень. Увы, как повелось, так уж повелось. Собравшись в комнате отдыха, они все вместе склонились над прописанным планом действий. У пункта сто восемнадцатого были очень четкие правила, и их, естественно, стоило соблюсти по всем параметрам.

Согласовывать действия в молчаливой компании оказалось не так уж и сложно. Однако возможности нормально высказаться не было ни у кого. Однако стоит отметить, что это, в свою очередь, полностью нивелировало возможный балаган, будь у всех голос. Так что, зачитывая из предложенного старостой листа план действий, Хадиса теперь не только вклинилась в их поток, но и заодно познакомилась со всеми. Даже удивительно, что для этого потребовалась аж целая неделя в столь негостеприимном и закрытом для общения месте.

* * *

— А-а-а-бра-а… — со знанием дела затянула Марита, вытянув руки перед собой. Вокруг нее полукругом стали четверо изрядно осоловелых ребят, — ка-да-а-а-бра-а! — Затянула она громче, переходя в фальцет. Кончики ее пальцев полыхнули зеленым. Волосы Велены полыхнули красным… огнем.

— Пардон. — Марита щелкнула пальцами, и не успевшая испугаться студентка Липка выдохнула сизый дым и печально взглянула на обожжённые пряди. Волосам экзекуция не понравилась, так что они теперь стояли наэлектризованные и дыбом.

— Вы решили поджечь будущий лес? — блеснула мыслью Камилла.

— Нет, я решила подогреть почву, авось семечкам станет горячо, и они сами выпрыгнут…

— Мне семечек в мозгу проращивать не надо, — попятилась Веленка и тут же была остановлена впавшим в меланхолию Владом.

— Запугивать ремнем — более гуманно, — прошептал он ей на ухо, приобняв за плечи. Девушка вздрогнула.

— А ко мне это какое имеет отношение?

— Да так, — вздохнул парень, скользнув взглядом куда-то вниз. — Трусики у тебя больно яркие.

Вот зря он это сказал…

* * *

— Тихо шифером шурша, крыша едет не спеша… — шепеляво напевал Анонис Ананьев, декан факультета семейного раздора, вскрывая черепную коробку уже порядком подгнившего образца. Ему было весело. Врученный с утра бутылек пополнил коллекции любимых зелий, причем занял в ней почетное место. Нюхнув из вышеозначенного бутылька, он поковырялся пальцами в мороженном протухшем мозгу и недовольно причмокнул. — Не нашёл.

Смахнув с лица прядь упавших волос, задумчиво потер подбородок.