Кодекс Хранителя
Шрифт:
— Разве это правильно?
— А разве правильно послушнице позволять адепту снимать с себя проклятия?
Хадиса смутилась. То, что видел Самсон, наверное, было достоянием многих… Вот только из многих только он один решил вмешаться.
— Почему же тогда…
— Потому что он адепт. Раздору свойственно разрушать. Посмотри на себя, Кирин. Разве у тебя были проблемы? Ты была агрессивна, неадекватна? Зачем с тебя снимать то, что вросло в тебя, как родное?
Хадиса не могла ответить на это. Вопрос повис в воздухе. Староста в задумчивости к чему-то прислушался и жестом велел молчать.
«Мое время закончилось», — быстро нашкрябал он карандашом в ее тетради, а после унес тетрадь с собой, приглашая идти следом.
Слова
* * *
— У меня чувство, что меня обманули, — вздохнула Велена Липка спустя час. Она сидела на коленях, почти полностью припав грудью к земле, и пыталась рассмотреть в нескольких сантиметрах от собственного носа хоть какое-то движение в ней… Напротив неё в таком же положении замерли Влад и Самсон. Камилла Рылова же стояла над ними, широко расставив ноги, и нервно оглаживала тонкими пальчиками ремень, вытащенный из штанов Влада Мухотряскина. А неподалеку валялась коробка с семенами, с грубой ошибкой в названии: «Семя растений». В большой коробке были коробочки поменьше с названиями поизбирательней: «Семя ромашки», «Семя календулы», «Семя эхинацеи»… Травки нашлось на любой карман и вкус. Все это добро окуривало ребят, выступая белесым дымом из лампадки, густой пеленой тянущимся из керамического носика и щекочущим ноздри лёгким к привыканию ароматом.
— Я же сейчас врежу… — процедила блондинка, сжимая кожаную полоску и нервно сцепив зубы.
— Стой! — Самсон предостерегающе вскинул руку и взглянул на девчонку. — Ну давай подождем ещё десять минут!
— Под палящим солнцем?! — Девушка нервно уперлась руками в бока.
— Да!!! — уже не вытерпел Влад. Велена косо на него взглянула и, покачав головой, вернулась к своему сверхважному занятию.
— А если не взойдёт? — В голосе Камиллы впервые проскользнули нотки страха.
— Взойдёт, — заверил её Виртуозов. — Земля в наличии, вода налита, семя вкопано… Причин не взойти нет… Подумаешь, не спешит…
— Ну так давай я его припугну!!! — Камилла замахнулась ремнем.
— Не могу понять, отчего меня сомнение гложет, — покачала головой Велена, обращаясь к самой себе. — Что-то в этом процессе не так.
— Может, семя неправильно собрано? — предположил Самсон.
Проходившая мимо Марита на ходу жевала бутерброд. Она как раз успела поставить машину в гараж и теперь, чуть не подавившись скудным перекусом, решила уточнить обстановку.
— А чьё семя посадили?
— Влада, — со знанием дела ответили девушки в один голос.
— А чего это сразу моё? — вскинулся Мухотряскин, не чувствуя подвоха. — Его деканша собирала!
— Так тебе ж натурой расплачиваться! — подколол друга Самсон.
— Ма-ать, — неожиданно всхлипнула Марита. Впихнув остаток бутерброда растерянной Камилле в руки, женщина присела на карточки и задрожала. Сначала ребятам показалось, что она ревет, но потом они поняли, что она откровенно ржёт.
— А что не так? — поинтересовалась Велена.
— Все прекрасно, — едва выдавила из себя Марита. — И сколько отпрысков вы пытаетесь прорастить?
— Да чтоб на сад хватило! — раздосадовался Самсон. Конечно, тема разговора уже начала напрягать. Но вот почему? Это была загадка.
— У-ой, не могу, — вздохнула сквозь смех секретарша. — Так вы не в землю… Ха-ха… Вы меж ног пихайте… У-ух, семя-то…
— Я, кажется, кого-то сейчас грохну, — все-таки решилась на кардинальные меры Камилла…
— Успокойся и подсыпь зелья в лампадку, — скрипнула зубами Велена. — Нам ещё самогонку варить…
От такой тирады Мариту пробил новый приступ хохота. Злобно зыркнув на ржущую секретаршу, Рылова быстренько открыла крышку лампадки, пихнула туда ворох трав, врученных
Гемартой, и подожгла. Ненавязчивый аромат с новой силой ударил по их молодому и неискушенному сознанию.— Может, помагичить? — вдруг предложила секретарша, вдохнув травяного сбору и неожиданно почувствовав в себе просыпающегося от долгого сна экспериментатора.
Ох, если бы она только знала, чем обернётся её предложение.
* * *
Послушники вышли из медицинского крыла дисциплинированной и слаженной группой и так же вместе зашли в свой корпус. Сборы были назначены на пять, и рекомендовалось это время потратить на отдых. Вот они и тратили. Точнее, тратили Хадиса и Ррухи, а близняшки готовили очередную медитацию. С ними староста, судя по всему, тоже поговорил, потому что Хадиса о его советах насчёт фей умолчала.
Приготовления были недолгими, и вскоре сестры заключили Ррухи в объятия и утянули в свой нейронный мир…
Все трое упали на кровать в обездвиженном переплетении тел. Феям не нужны были ни пентаграммы, ни заумные заклинания, их сила находилась в другой плоскости. Единственное, что они часто делали перед своей «закольцовкой», — это хорошенько обкладывались подушками.
Хадиса Кирин отвернулась от них и задумчиво поставила механический таймер будильника на час сорок. После отошла к окну и оценивающе взглянула на происходящее на площади… Точнее, бывшей площади. Ибо сотворенные Камиллой и Владом безобразные окопы трудно было назвать прогулочным местом. А если учесть, что в проломы выхлестнула свои воды Огненная река, то местность здесь теперь была не менее опасной, нежели пустошь за стенами Академии. Вспомнив о последней, Кирин содрогнулась. Была б на то ее воля, она бы никогда больше не пересекала полосу препятствий. А если учесть, что рассказывали близняшки о некоторых видах из окна, то становилось вообще муторно. Мысли несло не в ту степь, и девушка невольно представила за окном трупы. Гротескная картина будоражила сознание. Отмахнувшись от нее, девушка решила, что феи, скорее всего, наслушались местных баек, потому что в их продвинутый век такого просто быть не могло… Но да, полоса препятствий воняла, и с этим спорить было глупо…
В дверь постучали. Открыв, Хадиса удивлённо уставилась на Старосту. Парень держал под боком отрывной блокнот. Протиснувшись в комнату мимо нее, он без особого интереса скользнул взглядом по девушкам, валяющимся на кровати в дивном сплетении тел, и уселся на свободное кресло. Блокнот положил перед собой и жестом пригласил демоницу сесть напротив.
Видимо, разговор, начатый в подсобке, продолжался, но теперь абсолютно другим способом. Хадиса послушно села напротив и уверенно взглянула на парня, разглядывая его вновь, более не затуманенным рассудком.
О таких обычно говорят «нормальный». Не толстый и не худой. Не круглощекий и не костлявый. Глаза карие, нос прямой, среднестатистический «ежик» темно-русых волос. Лицо, которое постоянно кого-то напоминает: то соседа, то учителя, то стоматолога. Староста относился к той категории людей, чье изображение тяжело воспроизвести. Трудно было понять, причина была в каком-то хитроумном заговоре или в чем-то другом.
Чуть подавшись вперед, он подсунул ей свой блокнот и жестом предложил почитать. Здесь уже был готов план работы по пункту сто восемнадцатому. Хадиса читала внимательно, староста контролировал, порой теми же жестами требуя перечитать еще раз.
Описано было доступно, так что Хадиса попросту должна была запомнить. Стоило ей дойти до третьей страницы текста, как парень выхватил блокнот и перелистал несколько исписанных листов, ткнул ей на очередной текст, подписанный ее именем.
Ей отвели роль довольно странную, если учесть, что она теперь на факультете хранителей семейного очага. Видимо, предугадывая ее вопрос, здесь парень даже ответ расписал на тему ее качеств как не прошедшей ритуал посвящения. Наверное, это играло значимую роль в плане дозволенного и запрещенного.