Ключ от бездны
Шрифт:
– Идем…
Они вошли в пещеру жрецов, где на алтаре лежала туша теленка.
– Что это? – удивленная девушка сбросила с себя оцепенение и осмотрелась, будто надеясь лицезреть того, кто затеял эту странную шутку.
– Помоги мне, - быстро произнесла Матенаис, - сейчас не время.
– Что ты задумала?
Женщина взглянула на невиллу потемневшими от недовольства и обиды глазами:
– И правда поверили, что я смогу… убить одну из вас? – она толкнула грязную и зловонную чашу ближе к камню и, оттянув еще теплую шкуру животного, сделала несколько глубоких надрезов. – Твари нужна кровь? Так пусть получит!
– Где ты взяла теленка?
– У кифрийцев. Неси
Девушка послушно ухватилась за края ненавистного сосуда и поднялась, чуть растерянно глядя на женщину.
– Мы поплатимся за это, - без страха, скорее с нотками вызова в голосе произнесла она и поспешила к гроту невилл, взбодренная настроем Матенаис.
Вывалив содержимое в открытый колодец, она впервые за все это время не ощутила в себе страха и гадливости. Колотившееся сердечко уже предвкушало нечто особенное, важность которого отражалось в глубоких глазах матери Кхорха, в каждом ее движении. Что с того, что Матенаис явилась к ним в слезах? Эта женщина непременно найдет какой-нибудь выход и не отдаст их демону…
Дрогнуло и застыло пространство, наполнившись тихими шепотами. Мокрая чаша выскользнула из ослабевших пальцев Тейнет. Уже не владея собой, невилла, как во сне шагнула к краю открытого зева колодца и заглянула в его темноту. Ужас пронзил душу.
Но девушка не шелохнулась, заворожено глядя, как быстро перебирая длинными конечностями и отталкиваясь от покрытых слизью стен, к ней приближается отвратительное существо…
Вернувшись, Матенаис уже никого не застала в гроте Дев. Как ни готовилась она к грядущим бедам, открытие это обрушилось на нее тяжелым ударом, мгновенно отнявшим силы и помутившим разум. Отказываясь окончательно поверить в то, что опоздала, она какое-то время бессмысленно смотрела на огонь, возле которого совсем недавно сидели невиллы, потом перевела взгляд на пустое ложе Фархуса.
«Вечером приступим к подготовке торжества, - всплыли в памяти слова Кхорха. – Попрощайся со своими подругами, потому что теперь не скоро вы сможете, как прежде, посидеть возле костра».
Он опередил ее…
Подстегнутая этой невыносимой мыслью, женщина бросилась в грот Невилл, еще надеясь застать там Тейнет, и замерла, потрясенная, заметив следы крови на камнях колодца. Чувствуя, что снова сходит с ума, она вернулась назад и снова обошла вокруг мирно горевшего очага, с каким-то исступлением надеясь на чудо и не желая смириться с очевидным. Девушки исчезли!
Постояв в нерешительности возле пустой постели больного, женщина выбежала в пещеру с колодцем и, дико глянув на него, кинулась в дом Стражей. Но и там никого не застала. Даже Дрэвха, окончательно тронувшегося рассудком и боявшегося просто спустить ноги с постели. Конечно, он не мог уйти сам…
– Рабы, - выдохнула Матенаис и поспешила в столовую, где принялась бить по гонгу длинной палкой. Звон оглушил ее, но женщина не хотела останавливаться, заполняя этими тревожными, гулкими звуками пустоту в душе. Вложив в удары все свое отчаяние, но не достигнув никаких результатов, Матенаис вспомнила о тайном ходе на кухню, каким уже воспользовалась сегодня, открыв его перед кифрийцами, принесшими тельца в пещеру Жрецов. Не помня как, она добралась до места и, отворив дверь, оказалась в теплом, пропахшим специями и дымом помещении. Слабо булькал густой бульон с кусочками мяса, на длинном столе лежали ножи и пучки трав, вымытые овощи блестели влажными боками в глубоком блюде, и длинная деревянная ложка валялась на полу. Здесь подходило к концу приготовление трапезы - только тех, кто готовил, не было на месте.
Гроты оказались совершенно пустыми….
Закрыв лицо руками, Матенаис постояла, немного приходя в
себя и собираясь с мыслями.Озеро!
Женщина замерла, прислушиваясь к собственным ощущениям.
Да, она не была одна. Где-то в пещерах на берегу Хелла пряталось живое существо.
Ну, конечно…
Матенаис медленно вернулась в грот Жрецов, закрыв за собой проход. Пусть все здесь останется по-прежнему. Вновь оказавшись там, где провела столько счастливо-спокойных часов, она задержалась, повинуясь непонятному, но такому явственному ощущению близости Лемаис.
– Девочка моя, - сорвалось с её губ. – Дай мне знак. Дай. Я знаю, что ты не могла уйти, не попрощавшись…
И через задрожавшие в глазах слезы, она вдруг увидела гиацинтовые камушки браслета, лежавшего на камнях очага. Рванувшись к ним так, словно перед ней предстала сама его владелица, Матенаис схватила браслетик и судорожно прижала к губам. Потом, оглянувшись, будто боясь быть застигнутой кем-то, она поспешно надела украшение на руку:
– Я помогу тебе, помогу, дорогая.
Она вышла к озеру и остановилась, удивленная тишиной. Укрытый густым туманом Хелл безмятежно спал.
Войдя в теплую воду, Матенаис глубоко вздохнула, отбрасывая скорбные мысли и освобождая душу от боли.
– Ты слышишь меня? – прошептала она, наклоняясь к спокойной озерной синеве и с наслаждением отдаваясь во власть ее влажных объятий. – Услышь и приди, я жду тебя…
Женщина перевернулась на спину, раскинув руки. Вода удерживала ее, внушая долгожданное спокойствие, тихо лаская и убаюкивая. Закрыв глаза, Матенаис расслабилась, плавно поводя ногами и кистями рук, будто паря в пространстве, но в пространстве живом и чутко внимавшем биению ее сердца, понимавшем только одно ее желание и передававшем безмолвный призыв тому, кто должен был отозваться.
Она поняла, что услышана и, что уже не одна. В глубине под ней осторожно двинулось что-то большое. Оно приблизилось, сделав круг, и снова нырнуло, словно играя, а потом оказалось рядом, легко коснувшись женщины.
Та улыбнулась и, открыв глаза, быстро переместилась, принимая вертикальное положение и осматриваясь.
– Ты пришел…
Темная тень скользнула у самой поверхности, и голова ящера появилась над водой, мягко толкнув носом в грудь Матенаис. Засмеявшись, она обвила руками толстую шею хеписахафа:
– Ты пришел…
Большой желтый глаз в красных прожилках, подернутый влагой, смотрел близко и внимательно.
– Ты должен служить той, что является госпожой твоей, - заговорила женщина вкрадчиво и настойчиво. – Должен сделать то, что я, помогшая придти на землю твоей хозяйке, повелю тебе.
Дракон разжал челюсти, выдохнув: хааа…
– В скалах, что держат храм, есть пролом, через который возможно проникнуть в пещеру Горон, где все и состоится. Он расположен слишком высоко, чтобы человек мог добраться до него, но ведь Хоруг теперь не человек.
– Хааа, - отозвался ящер.
– Ты будешь ждать, пока я не позову тебя, а когда поймешь, что пришло время, найдешь хозяйку этих камней и унесешь ее из Улхура.
– Хааа…
Голос женщины задрожал от слез, и она крепче сдавила мощную шею, покрытую жесткими пластинками.
– Я знаю, что власть Кэух сильна и дух Хоруга порабощен, но чем дальше ты окажешься от этого ужасного места, тем меньше будешь страдать от гнета страшной воли мерзкой твари. Хоруг-человек никогда не станет свободным, но Хоруг-змей может спасти невинную душу и боги смилостивятся над ним, - Матенаис отпустила хеписахафа. – Плыви и чутко слушай, - сняв браслет, она прижала к щеке прохладные камушки, а затем украсила ими тонкий витой рог на голове дракона. – Пусть хранит тебя Улх…