Кэд
Шрифт:
Кэд медленно сжал кулаки:
— Спасибо, Адольфо. А теперь оставьте меня одного.
Крил хотел еще что-то сказать, но его глаза наполнились слезами, и он вышел, притворив за собой дверь.
Через полчаса Кэда зашел навестить Хозе Пинто. Он нашел больного уже одетым. Кэд, бледный, с пустыми глазами, казалось, не замечал врача.
— Что это значит? — сухо спросил Пинто. — Вы еще нездоровы. Немедленно ложитесь в постель.
— Оставьте меня в покое, — сказал Кэд, — я ухожу. Хотите, чтобы я подписал вам обязательство?
— Мистер Кэд, я знаю, что произошло,
— Оставьте ваше огорчение при себе, — сказал Кэд. — Я говорю, что ухожу. Вам будет уплачено. Пошлите счет моему агенту, а сейчас оставьте меня в покое.
Пинто понял, что слова не подействуют на больного, но все же произнес:
— Вы очень рискуете, мистер Кэд, и я, конечно, не могу вам помешать. Я прошу только повременить немного, чтобы я приготовил бумаги, которые вы должны подписать.
— Даю вам четверть часа, —сказал Кэд, садясь на кровать. — И ни минуты больше.
Через двадцать минут, подписав необходимые бумаги, он неуверенно вышел из госпиталя. К нему подошел поджидавший неподалеку Крил:
— Машина тут, сеньор. Куда вы хотите ехать?
Кэд чувствовал, что выглядит кошмарно: его бритая голова, перевязанное лицо и блуждающий взгляд привлекали внимание прохожих.
— Оставьте меня, Крил, — сказал он. — Я сам могу ходить. Вы теряете время, у меня больше нет денег платить вам.
— Я спросил, куда вы хотите ехать, амиго, — тихо повторил Крил.
Кэд остановился, посмотрел на толстого человека и положил руку ему на плечо:
— Простите меня, Адольфо. Я сам не знаю, что говорю. Отвезите меня домой, хорошо?
По дороге они не сказали ни слова. Машина остановилась перед домом, и Кэд неподвижно сидел несколько секунд. Потом он сделал усилие и открыл дверцу. Крил некоторое время ждал в саду в надежде, что его позовут, но не дождавшись, тоже вошел в дом.
Он нашел Кэда, сидящим в гостиной. В руке у того был наполовину пустой стакан текилы. Фотограф указал Крилу на кресло той рукой, в которой был зажат стакан, и при этом пролил несколько капель на пол. Потом он кивнул на стол.
— Что это там за карточки, Адольфо?
Крил бросил беглый взгляд на стол.
— Это карточки городского кредита, сеньор.
Кэд удобнее устроился в кресле и устремил глаза к потолку.
— Им, наверное, были очень нужны деньги. Они все продали, даже мои фотопринадлежности…
Крил сел и сложил все квитанции в большой конверт.
— Сколько? — спросил Кэд.
— Восемь тысяч песо, сеньор.
Кэд пожал плечами.
— Теперь это не имеет никакого значения. Уходите, Адольфо, и приходите завтра, если вам захочется.
Крил медленно поднялся.
— Я верю в ваше мужество, сеньор, — сказал он. — Я вам однажды сказал, что мужественному человеку можно многое простить. Не разочаровывайте меня, сеньор.
— Вы просто сентиментальный идиот, Адольфо, — не глядя на него, сказал Кэд. — Идите, и не беспокойтесь обо мне. Я не нуждаюсь в помощи. Я получил свою порцию счастливой жизни и теперь не стою того, чтобы обо мне заботились.
— Я предпочел бы остаться. Мы могли бы поговорить, это помогает.
— О, ради Бога, — проговорил Кэд. — Я не нуждаюсь в помощи. Вы думаете, мне полегчает, если такой
толстый боров, как вы, подставит для моих слез свою жилетку? Уходите же, ну!— Да, сеньор, — ответил Крил без тени обиды. — Я понимаю.
Когда он направился к двери, Кэд процедил ему вслед:
— Вы распустились, Адольфо: час назад вы называли меня амиго…
Крил остановился.
— Я умею любить и дружить безвозмездно. Я не обижаюсь на вас, сеньор.
— Это все слова, — сказал Кэд, снова наполняя свой стакан.
— Будьте осторожны, — увидя это, предупредил Крил. — Текила действует исподтишка, к ней быстро привыкают.
— Я же сказал, чтобы вы оставили меня в покое!
Крил грустно вздохнул и вышел.
Через полчаса он разговаривал по телефону с Сэмом Вендом.
— Вы ничего не сможете с ним поделать, Адольфо, — сказал Венд. — Нельзя спасти того, кто сам этого не хочет. Если Кэд теряет педали только потому, что его обдурила женщина, тем хуже для него. Это не ваша и не моя вина. Не беспокойте меня больше вашими неприятностями, у меня хватает и своих. Он выкрутится, поверьте мне.
— Он очень хороший парень, сеньор, — горько возразил Крил. — Мы должны попытаться помочь ему. Приезжайте сюда, может быть, вам удастся его образумить.
— Никто не сможет ему помочь. Я вам говорю, он сам справится с этим. И перестаньте меня впутывать в это, — сказал Сэм и повесил трубку.
Крил вышел из кафе, откуда звонил, сел в свою машину и два часа бесцельно ездил по городу, размышляя, как помочь Кэду. Глубокой ночью Крил подъехал к его дому. Он сам не знал, что скажет, но мысль о том, что Кэд в доме один, не давала ему покоя.
Дом был погружен в темноту. Крил вошел в гостиную, включил свет и увидел Кэда, который привалился к столу рядом с пустой бутылкой из-под текилы.
Крил взял Кэда на руки, с трудом отнес его на диван, распустил его галстук, снял ботинки, потом собрал все квитанции и положил их к себе в бумажник.
Он еще немного постоял, печально глядя на Кэда, потом покачал головой, вышел из дома и направился к своей машине.
Кэд проснулся около десяти часов утра. Настроение было паршивым, страшно болела голова, во рту ощущалась нестерпимая горечь. Некоторое время он оставался недвижим, потом обхватил голову руками и попытался встать. Он чувствовал себя разбитым и совершенно подавленным. Осмотревшись, он увидел лежащий на столе чемодан. Дрожащей рукой он открыл замки и обнаружил внутри аппарат и остальные принадлежности. В тот момент, когда он доставал аппарат, в дверь вошел Крил, неся поднос, на котором стояли дымящийся кофе и сахарница.
— Добрый день, сеньор, — сказал Крил.
Кэд взглянул на него.
— Это вы все это выкупили? — просил он.
— Да, сеньор. Как вы себя чувствуете?
— Но где вы взяли деньги?
— Занял. Вы отдадите их мне, когда сможете. Это совсем не к спеху. С нами обоими случилось несчастье: мне прокололи покрышки, и вы помогли мне, у вас пропал аппарат, и я…
— Спасибо, Адольфо, — сказал Кэд, садясь в кресло.
Крил поставил перед ним чашку с кофе.
— Я подумал, что вы не захотите оставаться в этом доме. В моей квартире есть свободная комната. Там не очень уютно, но, может быть, несколько дней…