Избранные
Шрифт:
Я улыбаюсь ему и в этот момент это лучшее, что я могу сделать:
– И я тоже, Эйдан. Я тоже.
Мы заходим в бальный зал под объявление Хранителя, облаченного в нарядный красный камзол. Перед нами расстилается золотая винтовая лестница, ведущая в главную комнату всего дворца, отданную королем под проведения балов. Мы с капитаном не спеша спускаемся по ступенькам, и я изо всех сил стараюсь держать голову высоко, а спину - ровно, чтобы все разглядели во мне будущую королеву.
Внизу нас ожидает не меньше сотни гостей. Мимо них снуют официанты с небольшими закусками и бокалами прохладного шампанского.
– Селеста!
– растекается в натянутой улыбке графиня и наклоняется, чтобы запечатлеть на моей щеке смачный поцелуй, - какая красавица! Как ты поживаешь?
– Спасибо, герцогиня, - я неловко склоняюсь в реверансе, - все в добром здравии. Как вы? Как поживает Христоф?
– Ох, не спрашивай, шалун еще слишком мал для подобных мероприятий, но уже к ним рвется, - герцогиня жеманно хихикает.
– А где ваш жених, принцесса?
– улыбается мне герцог.
Хотела бы я знать.
– Как раз собиралась отправиться на его поиски!
Я еще раз склоняюсь в реверансе и поспешно удаляюсь от них в сторону оркестра, где танцует несколько пар. Капитан предательски куда-то запропастился. Я выглядываю королевскую чету Стейси и замечаю их у противоположного конца зала - они беседуют с послами из Кравера и моими родителями. А это может означать только одно. Пошарив глазами по залу, я наконец нахожу Адриана. С самым страдальческим взглядом он крутит в руках Кристину Кравер, которая с каменным лицом повторяет движения танца. На ней длинное, строгое платье бордового оттенка, а волосы так туго затянуты наверх, что ни один волос не отстает от прически. Ну и, разумеется, улыбка не появится на этом лице, чтобы немного разбавить образ.
Так и не найдя ни сестры, ни Габриэля, я уверенным шагом приближаюсь к брату, вежливо огибая дружелюбных гостей. Некоторых из них я видела на соревнованиях, посвященных Искупителям - эти держатся куда более серьезно, как будто их значение во дворце невозможно переоценить. По крайней мере, я бы не осмелилась пытаться.
Я приближаюсь к паре, и, наконец, Адриан замечает меня. Никогда я еще не видела, чтобы он приветствовал меня с такой буйной радостью:
– Сестренка!
– почти выкрикивает он, остановив Кристину, которая недовольно оборачивается через плечо.
Я приближаюсь ближе и делаю реверанс:
– Рада приветствовать вас, ваше высочество. Простите, что прерываю ваш танец.
– Ах, я и сама утомилась, - бормочет Кристина, склоняясь в ответном реверансе, - ваше присутствие радует и меня, принцесса.
– Вы уже вовсю готовитесь к свадьбе?
– улыбаюсь я, чем зарабатываю убийственный взгляд Адриана.
– Столько хлопот, - медленно отвечает Кристина, холодно глядя на меня, - но мне пока не хотелось бы об этом думать. Этим, занимаюсь, разумеется, не я.
– Ну, конечно, главной вашей заботой должно быть присутствие на этой церемонии, - невозмутимо соглашаюсь я.
– У нас обоих есть дела, требующие вмешательства более незамедлительного, - отвечает она, кидая взгляд на моего брата, - не так ли, Адриан?
Адриан растерянно моргает, но пожимает плечами и соглашается:
– Да, моя принцесса.
Я едва удерживаюсь от смешка.
Насколько мне известно, в последние заботы Адриана входило ярое преследование Искупительниц и желание заглянуть под юбки всем фрейлинам дворца.– А как продвигается ваша помолвка?
– я вижу, что Кристина интересуется только из вежливости.
– Все замечательно, благодарю.
– А где же, в таком случае, ваш суженый?
Кажется, тетушка Кейтлин уже донесла любимой племяннице о неприятностях в раю. Я одариваю Кристину неприязненным взглядом, но она остается невозмутимой. Что ж, кажется, я начинаю понимать, почему будущее с ней заставляет братца рвать на себе волосы. В конечном итоге, мы всегда сможем опробовать на ней изготовленные луки...
– У него много дел, но скоро он наверняка присоединится к гостям, - стараясь оставаться вежливой, отвечаю я.
– Это было бы хорошей идеей, - соглашается Кристина.
Адриан вклинивается между нами с самой сладкой улыбкой. Я благодарно наблюдаю за тем, как он берет принцессу под руку и склоняется перед ней с весьма заискивающим видом:
– Моя будущая королева не откажет мне в танце?
Кристина смотрит на него без всякого выражения, но спокойно отвечает:
– Почту за честь, ваше высочество.
Я едва сдерживаюсь от смеха, когда Адриан, натянув улыбку, уволакивает Кристину медленным танцем. Интересно, что он думает по поводу того, что она - единственная девушка во всей Ламантре, которая не теряет голову от его ухмылки?
Я осторожно продвигаюсь мимо гостей, попутно одаривая всех вежливыми приветствиями, и озабоченно пью шампанское. Мне не хотелось бы встречаться с родителями в одиночку, но ни Габриэля, ни Эсмеральды нигде нет. Едва бы они пропустили такой важный бал после того, что произошло. Внизу живота у меня поселяется отвратительное, мрачное чувство, а если мое прошлое чему-то меня и научило, так это доверять своим инстинктам.
Я бросаю быстрый взгляд в сторону моих родителей. Они выглядят слишком безмятежными, чтобы не вызывать подозрений, но, раз мой отец еще не послал никого на поиски Габриэля и Эсмеральды, значит, у них есть уважительная причина для отсутствия.
Только она мне уже не нравится.
Я не могу провести на балу ни одной лишней секунды. Тревога окутывает меня с головой, а ноги сами несут меня к выходу - я должна знать, где они. Лакнес не самое безопасное место для жертв королевских интриг.
– Куда вы, принцесса?
– интересуется Хранитель у входа в зал.
– Мне нужно на воздух, - говорю я, активно обмахивая себя руками.
Он озабоченно кивает, и я несусь мимо него в сторону дворцовых коридоров. Я плутаю мимо залов и комнат, навещаю кабинет Эсмеральды, захожу в ее покои, а затем иду прямиком в спальню принца.
Тяжело дыша и проклиная всех в этом дворце за узкие корсеты и неудобные платья, я, наконец, достигаю шестого этажа, где расселили королевскую семью Стейси. Я делаю Хранителям знак удалиться от покоев принца, но они лишь качают головой. В чем радость быть Просветителем, если в итоге вся власть все равно в руках отца? Я вздыхаю, и, слегка приоткрыв дверь, наклоняюсь вперед, чтобы заглянуть внутрь. Мне никогда еще не приходилось набираться столько мужества прежде, чем посмотреть правде в глаза.