Исток
Шрифт:
— Комнаты есть свободные?
— Вон бирка, — пожал тот плечами. — Староста велел с тебя денег не брать.
Подобное сообщение явно далось ему с трудом, все помнили, какого шороху навел здесь белоглазый летом. Да только ни страх, ни благодарность не пополнят кошельки звонким золотом, а наглец колдун приехать изволил не один, а притащил за собой три прожорливых рта. И, дадут боги, уедет завтра, а не останется тут куковать до морковкина заговенья.
Майорин подвиг корчмаря оценил и, взяв с полки бирку, бросил на стол серебряный.
—
Корчмарь удивленно поднял брови да уколол палец толстой сапожной иглой, поршень выходил косоватый.
— Что ж, колдун…
— Это задаток, — перебил Майорин. — Я помню твои цены.
Колдун развернулся и быстро зашагал к двери, за ним потянулась разномастная компания его спутников. Последним из корчмы вышел молоденький русоволосый паренек. Корчмарь обескураженно сунул в рот уколотый палец — из него жирными каплями сочилась кровь.
Зимние комнаты на три локтя уходили в землю, такие проще протопить в суровые морозы.
Вдоль стен выстроили широкие лавки, под потолком полати. Ложись да спи.
Кое-кто уже спал, заняв самое лучшее место — на печи.
Еще двое постояльцев вяло играли в кости, довольствуясь неверным светом лучины. Жарка тут же растянулась на свободной лавке в углу, Солен какое-то время вертел головой, не зная, куда приткнуться.
— Извини, мы люди бедные, — язвительно сказал колдун. — Кровать под балдахином обеспечить не способны.
— Хочешь, я схожу занавесочки у корчмаря попрошу? — сочувственно предложил эльф.
— Да я уж как-нибудь глаза закрою, а от здешнего смрада и каменная стена не поможет, — буркнул Солен.
Парнишка все никак не засыпал. Лежал неподвижно, укрывшись покрывалом с головой, но не спал. Колдун выждал еще немного, пока дыхание дворянина не стало глубоким и ровным, и откинул покрывало.
Он встал, уложил на тюфяк сумку и куртку, укрыл одеялом, поводил пальцами, придавая «кукле» человеческую форму, и добавил чар. Теперь казалось, что там действительно кто-то спит, даже одеяло колыхалось, издавая посвист.
Майорин с печалью посмотрел на сапоги и, не обуваясь, пошел к выходу.
Скрипучие петли в этот раз не издали ни звука.
В верхних — летних комнатах — не было печей. Мужчина зябко повел плечами, идя по холодному коридору. Открыл дверь.
— Ты похож на привидение.
— Ты тоже. — Он вошел в комнату. У женщины, сидевшей на кровати, были длинные белые волосы. — Зачем ты послала ко мне слепца?
— Что ты наврал своим спутникам?
— Могла бы не заставлять меня врать.
— Извини. Захотелось… тебя напугать…
— Ты меня уже пугала, когда полтора года назад один маг рассказывал мне, что держит тебя в плену.
— А я-то, дура, думала, что я у него в гостях.
— Летта. — Колдун сел на кровать. — Ты никогда не приходишь просто так. Говори.
— Вот так прям? — Летта игриво улыбнулась. — Разве ты
не знаешь, что сразу переходить к делу невежливо? Ты должен спросить, как у меня дела, рассказать о своих…— Летта…
— Ты всегда был хамом. — Она пересела к Майорину на колени, обняла рукой за шею. — Меня прислала Владычица, ее сын, кажется, действительно что-то нашел. Просила не терять здесь времени даром и ехать как можно скорее в Долину Источников. Все? Теперь ты спросишь, как у меня дела?
Я вынула из холодных пальцев меч, прохладная крестовина удобно легла в ладони.
— Нравится?
— И что? — Я развернулась, делая резкий выпад, но Фарт даже не шелохнулся.
— Дарю.
— Странный способ делать подарки. Жестокий.
— Я ему не приказывал кидаться на тебя со спины, даже предупреждал, что делать этого не следует. Хотя не думал, что ты увернешься настолько легко. — Агний Фарт обвел глазами узкую лестницу, где на первый взгляд и деваться-то от нападавшего некуда.
Некуда. Напавшему от мнимой жертвы тоже некуда.
— Как тыуже заметил, меня учили быть истоком. А истоку не стоит разбрасываться своей кровью, размазывая ее по стенам твоегозамка. Она может для другого пригодиться.
— Ты не первый раз забираешь чью-то жизнь.
— Не первый, — согласилась я.
— А мой племянник тоже был не первым?
Я посмотрела на мага, который должен был меня охранять, но решил поступиться приказом. Невидящие глаза смотрели в потолок.
— Первым. И единственным.
— Исток, убивающий магов. У тебя есть шанс войти в историю, сударыня Айрин.
— У вас тоже, сударь.
— Но на чьей стороне ты будешь? — Фарт протянул мне руку.
— Исток, убивающий магов. — Я повторила фразу, смакуя слова. — Хотите быть третьим в моем списке?
Фарт убрал руку.
— Ты все еще пленница.
— Я помню.
Летта потянулась, зевнула.
— А как ты оказалась в Инессе?
— Ты все портишь, колдун, — буркнула она, но потом все же ответила: — Меня пригласили.
— Зачем?
— Для решения тех вопросов, в которых ты ни беса не смыслишь.
— Такие есть? — Майорин и не подумал обижаться, задумчиво пересчитывая пальцем позвонки собеседницы.
— Представь себе.
— Твой слепец сидит под дверью.
— Лучшего охранника не сыскать. Его не обманут глаза.
— Где ты его подобрала?
— А не скажу. Это мой эмпат, чувствует любую силу. Даже если ты вскользь подумал о чем-то неприятном, он будет об этом знать.
— И зачем он тебе?
— Лучше спроси, зачем ему я… — Летта повернулась к колдуну лицом.
Серебром сияли глаза с белой радужкой, которую отделял от белка лишь черный ободок. Будь в этой комнате кто-то третий, он непременно бы подметил странное сходство меж этими двумя.