Чтение онлайн

В этом месте рассказа я покосился на старейшин. Бахар под моим взглядом — строгий и придирчивый Бахар — опустил взгляд. Рутгош и вовсе выглядел так, словно сейчас сломается и убьёт себя.

Я и сам скрипнул зубами, гася вспышку злости.

Значит, так вы справились с работами по городу? Никак не справились, если быть точным, не поверили в моё обещание, не дождались меня и решили нанять людей со стороны?

Справившись со вспышкой злости, я вновь перевёл взгляд на Логара.

Негоже искать за другим вину, когда своя гораздо хуже.

Когда я обещал вернуться?

На сколько

Когда я понял, что из всех троих моих слуг, чью силу я купил за лечение, он самый… Гнилой?

Давно. Очень давно. Ещё с первых подслушанных разговоров, которые не предназначались для моих ушей. Он всегда ставил под сомнение службу на меня. Всегда искал возможность вывернуться, не считать себя обязанным и прочее.

Что я сделал, поняв это?

Ни-че-го.

Сначала мне нужна была его сила, это понятно.

А потом? Потом, когда этой самой силы с приходом Седого и комтуров Ордена, у меня стало достаточно, чтобы при желании забрать власть у Морлан?

Ни-че-го.

Ничего я не сделал. Я предпочёл оставить это как есть, решил просто дотянуть до конца контракта.

Дотянул?

Нет.

Старейшины, как моего слугу, которому я доверяю, и на котором есть мой Указ, как слугу, не связанного с Орденом, отправили его в родной город, чтобы он воспользовался связями и нанял там две-три сотни людей.

Он их нанял. Но первое, что он сделал, оказавшись в родном городе — купил артефакт, снявший с него мой Указ.

Второе, что он сделал, связался с Алыми Пиками, которые в его городе тоже предлагали гору духовных камней за Седого. И ведь сумел же управиться за день, тварь.

И на этом не остановился, а помог Алым Пикам отыскать проходы через Поле Битвы. Нет, не провёл за руку лично, но там подслушал разговор ребят Рутгоша, там через плечо заглянул на карты земель Сломанного Клинка, и вот — список самых многообещающих направлений и точек выхода готов.

С той самой, противоположной от Морлан стороны, о которой так переживали старейшины.

Четвёртое, что он сделал в своём предательстве — внёс флаги формации в резиденцию, установил первый из них и помог ударить в спину защитникам.

Келлер затратил на оценку снятого с Логара нефрита Голоса не больше десяти вдохов.

— Очень хорош. Это работа артефактора Повелителя.

Я криво усмехнулся:

— Что же, нам стоит поискать второй такой среди вещей убитых. Например, в кольце Кресаля, — перевёл взгляд на Седого. — Ты же снял его перед тем, как отдать тело?

Седой молча кивнул. Что же, я не сомневался в нём.

— Глава, — решительно произнёс Рутгош.

Но я заставил его замолчать коротким жестом. Спросил у всех, кто собрался в этой комнате под формацией тишины:

— У кого-то ещё есть вопросы к предателю?

Если они и были, то их никто не решился произнести. Рутгош коротко сказал:

— Нет, глава.

Я медленно кивнул. Логар всё понял, сглотнул и торопливо выдохнул:

— Господин!

Я не собирался его слушать и завершил всё быстро:

— Умри.

Несколько вдохов я глядел на его рухнувшее тело, не испытывая ни радости, ни удовлетворения, только усталость и горечь, затем отвернулся и глухо сообщил:

—

— Устроим, глава, — согнулся Рагедон. — Это не сложно.

— Хорошо. Все остальные дела тоже потом. Я буду на… — голос на миг сорвался, — кладбище.

— Глава. Глава. Глава… — никто не возразил, не упрекнул, не заметил, что это не лучший выбор.

Никто. Даже старейшины и советник Бахар, который мог бы это сделать, и оказался бы прав.

Правда, я бы всё равно их не послушал.

В случившемся сегодня есть и моя вина. Глупо накладывать на себя наказание, но ещё глупей оставить вину без него.

Позади, за спиной, там, где недавно была формация тишины, раздались голоса и мыслеречь, которые не могли скрыться от моей текущей силы.

— Не думаешь, что глава показал нам правильный выход?

— О чём ты? — буркнул Седой.

— Дарагал. Может, стоит закончить всё сегодня?

— Нет. Ни за что! — теперь Седой, скорее, рычал. — Он умрёт, только своими глазами видя восстановленное величие Ордена. Он что, очнулся?

— Под Указами? Нет, конечно.

— Значит, Небо не против такого…

У меня дёрнулась щека. Небо. Не против.

В центральном зале первого этажа лежали рядами тела павших защитников. Дарая, Гамая, почти безымянные мужчины и женщины…

Я сделал первый шаг и коснулся первого тела, отправляя его в кольцо Путника.

Сжал сферу восприятия, отгородился от своего таланта подслушивать, не желая больше ничего слышать. Страж Холгар сказал, что у фракции Сломанного Клинка сегодня было испытание. Как бы я был рад, если бы Небо испытывало только меня. Но это невозможно. Я не один иду к Небу.

Если уж говорить откровенно и следовать учению Изарда, то сегодня главное испытание было у меня и Кресаля. Но одновременно оно проходило у сотен моих подчинённых и сотен его подчинённых. Я прошёл его. Пока не знаю, получил ли хоть что-то, кроме потерь, но я его прошёл. Кресаль и его люди — не прошли. Их путь к Небу окончен.

Последняя мысль совпала с последним шагом. Оказавшись на террасе резиденции, оставив за спиной пустой зал, где только кровь на полу напоминала о мёртвых, я поднял голову к небу. Оно было полно летающих фигур. Все, кто достиг этапа Предводителя, использовали полёт. Сейчас Исток был свободен от запретов. Мы отстояли свой город.

Идущие сновали по нему туда-сюда в непонятной со стороны суете.

Что же, моя помощь во всём этом будет незаметна и неощутима. Но есть одно место, где она будет… Что значит будет? Есть место, где она нужна, где она необходима.

Сосредоточившись, я накрыл весь город мыслеречью:

— Говорит глава Ирал. Всех погибших из семьи Сломанного Клинка принести на кладбище семьи. На горное плато, туда, где похоронены погибшие искатели Сломанного Клинка.

Через миг взмыл в воздух, первым отправляясь в ту сторону.