И грянул град
Шрифт:
– - Но теперь-то вы поняли, что это враньё всё! Что эти гады приписали ему всё, до чего сами охочи.
– - Да Золотистый Орех то же самое говорит, да только мы там не были, точно знать не может. Да и какая теперь разница, если он всё равно покойник! И Инти покойник. Чего бы он там не натворил, а он страшной смертью умер. Мне рассказывали те, кто видел его труп в Рубеже... Глаза выколоты, оскоплён... вот думаю, неужели это кара за то, что с женщинами нехорошо себя вёл?
– - Полно верить в эту чушь. Пора привыкать, что клевета лишь повод для жестокой расправы. И что у этих верить нельзя ни единому слову.
– - Да я понимаю, что Инти по большей части приписали. Женщины не пропадали, значит, не убивал он никого. Но скажи, чиморец, ведь правду говорят, что власть так меняет людей, что они становятся способны на непотребства?
– - Вот что я скажу тебе, Ванаку. Сама по себе власть не может превратить хорошего человека в дурного. Но бывает так, что дурной человек, скрывая свою дурную сущность, достигает власти, а потом, решив, что ему всё можно, начинает куролесить. Но у нас в стране разве что в удалённом районе такое было возможно, ближе контроль был плотный. Лишний кусок ламы на праздник съесть ещё можно, но кого-то произвольно затаскивать к себе и насиловать -- нет, это было невозможно. Даже для самых дурных людей. Собственно, для того переворот и устроили -- чтобы получить такую свободу.
– - Но не мог же Инти, при его зловещей должности, быть таким же хорошим человеком, как ты!
– - Ванаку, ты бы поверил, если бы я сказал, что я и есть Инти?
– - Но ты мёртв... неужели ты воскрес?
– - Об этом лучше пока помалкивать. Пусть они думают, что я мёртв.
– - Но Инти... как? Как ты восстановил своё тело?
– - Об этом я не могу рассказать. Но знай, что Государь тоже жив.
– - Где он?
– - Могу только сказать, что он залечивает нанесённые ему раны, это не один день.
– - Я думал дать тебе лепёшку на дорожку... Но нуждаешься ли ты в пище?
– - Нуждаюсь. Впрочем, лепёшку лучше оставь себе, дай только воды. Догадываюсь, что пищу вам не подвозят, а старые запасы скоро кончатся. И мне пора спешить. Я должен успеть уйти от города до темноты. Ещё раз спасибо тебе за всё, ты ведь, по сути, спас мне жизнь! А я, Инти, такого не забываю никогда!
Поздно вечером, когда солнце уже заходило за линию гор и вокруг были разлиты закатные краски, Инти нагнал Коралла с женщинами и детьми. Все были на месте, никто не потерялся в процессе бегства. Но идти с детьми поневоле приходилось медленно. Тогда он велел Кораллу бежать вперёд, чтобы предупредить о необходимости готовить дополнительные порции ужина. Теперь Инти мог без помех всех разглядеть и поговорить с ними. Звезда отвечала односложно. Тому факту, что Инти жив, она не особенно удивилась. Разве что деловито осведомилась, будет ли тот жив дальше, или только временно, на один день с того света отпросился. Убедившись, что Инти никуда исчезать не собирается, она только кивнула. Видно, была слишком усталой, чтобы говорить. О смерти мужа она не знала точно, но догадывалась, так что не удивилась. О подробностях плена она говорить не хотела.
Впрочем, для Инти важнее было переговорить с дочерями, подготовить их к встрече с сестрой. Он подошёл к девушкам, взял на руки старшего из внуков, а то Основа Законов совсем из сил выбивалась. Малыши уже дремали на руках.
– - Папа, ты знаешь, что сделали с нами?
– - спросила Мать-Земля.
– - Догадываюсь.
– - Они сказали, что я актриса, и потому с меня не убудет...
– - всхлипнула девушка.
– - Они меня чуть живьём не растерзали. Когда я очнулась, я была просто окровавленным куском мяса.
– - И ещё они говорили, что это ты виноват, -- сказала Основа Законов, -- что ты делал что-то нехорошее, и за это нас надо наказать. Вот так.
– - Ну, ты понимаешь, что дело не в этом. Просто они мстили мне, даже считая меня мёртвым. То, что случилось с вами, конечно, очень прескверно, но надо жить дальше. Мы вместе отправимся в Кито, там можно будет вам продолжать учиться... Мать-Земля, я думаю, что с твоим голосом тебе будет нетрудно устроиться в местный театр...
– - Что ты папа, я больше никогда не выйду на сцену! Я просто не смогу.
– - Но почему?
– - Потому что со мной это сделали прилюдно. Перед всем залом, всеми амаута и Девами Солнца. Заставляли смотреть даже тех, кто закрывал глаза и отворачивался. Эти ещё при этом кричали мне, что я актриса, а значит, шлюха без чести...
Девушка не выдержала и заплакала...
– - Ну, полно, полно. Да, они и в самом деле относятся
к актрисам как к продажным женщинам. Но даже если бы ты не была актрисой, чтобы этот поменяло? Они ведь знали, что вы мои дочери. Или для них было просто символично -- надругаться над девушками с такими именами, как Мать-Земля и Основа Законов. Но хватит об этом. Быть тебе актрисой или не быть -- это потом решим. А сейчас важнее другое: я опять женат, и когда дойдём, вы познакомитесь с моей женой и вашей новой сестрой. Я очень надеюсь, что вы поладите.По лицам девушек он пытался понять их отношение к этому факту. Мать-Земля ответила:
– - Да не беспокойся, пап, всё будет в порядке. Нас уже Горный Ветер заранее готовил к тому, что такой человек, как ты, не может быть долго неженатым.
Основа Законов добавила:
– - Папа, если ты женился, значит, ты совсем живой!
– - Конечно, живой, успокойтесь.
– - А тебе, наверное, было очень больно, когда тебя убивали?
– - Да уже, конечно, хорошего мало, -- сказал Инти, соображая, что дочерям и прочей родне лучше сказать правду.
Мать-Земля добавила:
– - Я думаю, что это ещё и очень стыдно. Это же унизительно, когда с тебя одежду срывают! Но я знаю, так просто ты не сдашься, ты ведь отомстишь!
– - Конечно, я этого дела так не оставлю. Только вот на самом деле убили не меня, а моего друга Саири, который должен был изображать меня в отлучке. А я побывал за границей. Но всё равно я им этого не прощу. Как подумаю о пережитом им перед смертью ужасе, так внутри всё от гнева закипает.
– - Папа, а я думала, что это они в тебя ножи вонзали. И не понимала, как ты после этого тело восстановил.
– - Наивные глупышки!
– - рассмеялась шедшая впереди Лань.
– - Неужели вы в самом деле думаете, что можно быть убитым и воскреснуть? Если человек умирает, то это навсегда. Как навсегда умер Горный Ветер.
– - Это мы ещё посмотрим, навсегда или нет. Расскажи мне о его смерти, -- попросил Инти, -- расскажи мне обо всём, что случилось в тот роковой день. Я должен знать всё. А тебе станет легче.
Лань начала свой рассказ:
– - В тот роковой день, когда мы ещё спали, наш дом уже взяли в кольцо враги. Просыпаясь, я слышала, как Горный Ветер возле дверей спальни говорит шёпотом с кем-то из охраны. Он был, как спал, без туники, в одних штанах и вернулся, чтобы одеться. Увидев, что я уже не сплю, рассказал мне, что дом окружён и что враги, безусловно, подговорённые англичанами, требуют выдать на расправу его и меня. И что обещают пощадить остальных, если они согласятся на выдачу. А если не согласятся, то перебьют всех. Также сказал, что так просто в руки врагов он не сдастся, а штурмом дом взять не просто, так что пока мы в относительной безопасности. Мне надо было позаботиться о детях, потому я не могла особенно внимательно следить, что происходит в передней части дома. А враги были в основном вокруг неё, заднюю часть дома окружили, но попыток ворваться не принимали. Наверное, они знали, что все документы спереди. Помню, что я успела покормить детей завтраком и перепелёнывала Весёлую Игрунку, когда вбежал Горный Ветер. Он что-то говорил об измене и о том, что нам надо бежать в подвал. Сам подхватил сыновей, и я побежала за ним, подвязав малышку за спину... По дороге я почувствовала запах дыма, и мой муж сказал мне, что спереди дома пожар. Он велел сжечь своим людям опасные документы, но кто-то из них то ли случайно, то ли по злому умыслу устроил пожар в доме. Мы добежали до подвала, зашли внутрь, и Горный Ветер закрыл дверь на засов. Потом он подошёл к подземному ходу, попытался открыть его, и в неверном свете факела не сразу заметил, что тот был специально кем-то заделан железками.
– - Проклятье, кажется, я завёл вас в ловушку, -- изменившимся голосом прошептал он.
– - Что же делать?
– - в ужасе спросила я.
– - Бежим обратно!
Но тут за дверью раздались голоса врагов. Бежать было некуда. Тогда он сказал мне:
– - Через некоторое время дверь не выдержит. Меня, скорее всего попробуют взять в плен, но я надеюсь погибнуть в бою. Да и в плену я смогу перенести любую муку... Кроме одной -- я не смогу видеть, как пытают тебя. У меня на шее не просто талисман, это склянка с ядом. Выпей из него яд, и ты в один миг глубоко и сладко заснёшь, и врагам достанется только твоё мёртвое тело. Сделай это ради меня, прошу тебя! Ведь ты же не хочешь, чтобы над тобой опять глумились белые люди!