Чтение онлайн

Ужин проходил в теплой и дружественной обстановке. Дювье упился достаточно быстро и надоел до чертиков беспорядочными воспоминаниями о своих и чужих похождениях, откуда он неизменно выходил победителем во всем. При этом он хохотал над собственными шутками так, что заставлял морщиться даже графа. Дело закончилось тем, что Андре утащил упившегося шеллье на двор, а Корин, не зная, как объяснить пристрастие Дювье к выпивке, начал рассказывать о его семье, что не вызвало во мне ни малейшего отклика. У нас таких историй - пяток на десяток...

...- а когда его отец вернулся из похода, то застал свою супругу не одну, что привело его в крайнюю ярость. Мать Дювье была намного моложе его отца, лет на двадцать пять, если не ошибаюсь, и вместо того, чтобы просить прощения со всем присущим женщинам смирением, она возмутилась поведением Шарля и посмела даже выступить против него. Конечно, Шарль был в своем праве и мог бы убить обоих, но не смог этого сделать только по одной причине - их было двое, а он один. Анжелина, мать Этьена, в этот же день

собрала свои вещи, что сочла нужным, и уехала из замка от Шарля вместе со своим любовником. Проклятья, которые она посылала в его сторону, слышали все слуги, но никто не посмел вмешаться - любовник стоял рядом с мечом и пригрозил снести голову тому, кто только тронется с места. Как не ругался и не требовал Шарль от своих людей, никто не пошевелился, пока его супруга не собрала все и не уехала в неизвестном направлении. Сам Этьен был в то время уже подростком и не пожелал ехать с матерью, решив, что с отцом ему будет лучше. Анжелина назвала его ублюдком и сказала, что он будет точной копией своего отца, которому было бы лучше и вовсе не рождаться на этот свет, до чего он ей противен. Что было поминать, там был брак по расчету, составленный и подписанный ее родителями и бароном Шарлем Дювье. После ухода жены барон начал пить и быстро спустил все, что имел - Этьен даже не получил титула барона, осталось лишь уважительное "шеллье", что подтверждает право на земельный надел, если будут в наличии документы на него. Три года назад старый барон умер и у Этьена даже не было средств на его похороны. Все организовал местный священник, которому уже давно леди Анжелина передала крупную сумму на всякие расходы, связанные с ее мужем. Сама она так и не приехала, отчего Этьен возненавидел ее еще больше, считая, что она была причиной смерти отца. Он болтался в Морреле, пока один из собутыльников не приметил его особенность и не решил использовать ее на благо королевства. С тех пор его дела пошли в гору - его поставили на приличное жалованье, которое, если держать в твердых руках, можно и сохранить и приумножить. Сам Этьен лелеет надежду выкупить со временем баронство и свой родной дом, пришедший в запустение и упадок, а это хорошая перспектива для его будущего. Леди Анжелина не будет претендовать на него, она прислала письмо, в котором пояснила, что она хорошо обеспечена и теперь уже сочеталась законным браком с тем, с кем уехала когда-то из дома Шарля. У нее двое детей и она надеется, что у них будет не столь печальная судьба, как у первого сына.

– Пить надо было вашему Этьену меньше, а думать больше, - фыркнула я, ничуточки не пожалев участников этой истории.
– Подумал бы барон, почему его жена проклинает его и убегает из дома с любовником, что дело в нем, а он и представить себе такого не желал даже на миг. Зато у нее нормальная семья, дети, а до чего барон дошел? От такого мужа каждая сбежит...

Граф обиделся за своего Дювье, но виду не подал, только покривился чуток, да лишний стакан вина хватанул. Впрочем, это его дело, я больше в советчики лезть не буду.

– Леди Вейра, вы подумали над моим предложением?
– Корин изволил проводить меня до спальни и перед самой дверью еще раз попытался добиться ответа.
– Вы приняли какое-нибудь решение?

– Пока еще нет, сьер граф. Я еще раздумываю над вашим предложением.

– Миледи, соглашайтесь!
– Корин умел быть убедительным, когда хотел.

– Сьер граф, мое время еще не вышло, - улыбнулась я в ответ.
– Спокойной ночи.

Снимать швы и в родной питерской больнице не слишком-то приятная процедура, а уж в условиях средневековой крепости и подавно. Но и тут проводились операции, складывались сломанные кости и мне оставалось лишь взвизгивать и дергаться, когда брат Урт выдергивал очередную нитку. Гладкостью они отнюдь не отличались... Залив напоследок уже начавшийся рубцеваться шрам остро пахнущей настойкой, монах потыкал пальцем вокруг него, удовлетворенно хмыкнул и возвестил, что его вмешательства больше не требуется, а от меня нужно лишь благоразумие и забота о себе, любимой.

– Брат Урт, не подскажете ли вы, приехал ли отец настоятель? Я хотела поговорить с ним, но мне сказали, что он уехал вчера и будет к вечеру...

– Сожалею, леди, но отец настоятель вчера так и не вернулся. Попробуйте зайти к вечеру, я не знаю, куда он отправился и не могу вам сказать ничего определенного.

Распрощавшись с лекарем, я покрутилась перед зеркалом, пытаясь рассмотреть то безобразие, которым меня наградил поганец Вилек. Не так уж он был и велик, хотя смотреть было неприятно. Скорее всего, там будет со временем такой же толстый рубец, как после аппендицита. Успокаивало лишь то, что здесь не загорают в бикини... а впрочем, даже на пляже кто стесняется подобного?

Лезть на лошадь в первый же день после снятия швов было непростительной глупостью, но душка граф согласился прогуляться со мной вдоль стен Тройдена и даже пройтись по дороге из долины, ведущей на юг.

– Сьер граф, как вы думаете, где сейчас может находиться его величество?
– вопрос этот уже давно вертелся на языке, но спрашивать Корина было страшновато - а ну как король где-то рядом? Глупо было прятать голову в песок, кто предупрежден - тот вооружен.

– Леди Вейра, мы с шеллье Дювье, напомню вам, два дня назад пересекли граничный перевал и я осведомлен о пребывании его величества еще меньше, чем вы, - с мягкой усмешкой попенял мне собеседник.
– Полагаю,

что он находится в моррельской резиденции, куда поехали остальные члены нашего посольства. Они должны доставить весьма интересные отчеты, которые его величество очень ждет. Политическая картина на этой стороне границы не так напряжена, как на южной, но несомненно будет любопытна. Как вы думаете, за счет чего пополняется казна Альветии?

Вопрос, несомненно, был с подвохом и я задумалась. С чего пополняется казна государства у меня дома, я бы могла сказать и не напрягаясь - есть промышленность и торговля, откуда идут доходы. А с чего пополняется казна в стране, стоящей на уровне развития Средневековья? Деньги тут в ходу, но немного. Их печатает, то есть чеканят и королевский двор и каждый правитель, причем в каждой монете свое содержание золота или серебра, свой вес и чистота. Отсюда и огромный институт менял... Получается, что казна пополняется за счет добычи золота и серебра, из которых можно наделать монет. Есть ли тут золотые прииски или серебряные рудники? Последний вопрос я и озвучила Корину.

– Золотых приисков в Альветии нет, по крайней мере я о них не слышал. Серебряные рудники есть, но их крайне мало и они считаются собственностью короны. Медные рудники есть на севере, оттуда вообще идет основной поток изделий из железа и стали. На шахтах работают или местные жители или каторжники, которых все равно бы казнили. Все золото, которое есть в королевстве, имеет привозной характер и оно очень высоко ценится здесь. Украшения, оружие - это лишь малая часть того, что ввозится испокон века к нам, минуя горы и реки. Главное - это те изделия из золота, которые могут служить деньгами или переплавляются в полновесные монеты. Чеканка моррельского двора до сих пор остается самой стабильной среди остальной населенной части нашего мира. Подделка, обрезка и прочие облегчения монет строго запрещены и караются смертью прилюдно. Маги следят за этим очень ревностно... пожалуй, это один из тех вопросов, в котором они полностью единодушны со святыми отцами. Но золота постоянно не хватает, предметы роскоши становятся повседневностью, каждый мало-мальски родовитый аристократ желает иметь дома золотые тарелки, кубки, вилки и это ведет к дефициту золота. Его надо все больше и больше...

– А где находятся самые близкие от Альветии золотодобывающие шахты и прииски?

– На юге Дарнии... и в северных горах между Дарнией и Альветией. Риельские горы в северной их части больше похожи на холмы, поросшие густым лесом, и передвигаться по ним не составляет большого труда. Там текут неглубокие реки, которые легко перейти вброд, лето хоть и короткое, но теплое и можно успеть добыть много золота, которое буквально рассыпано по руслам многочисленных ручьев. Но все дело в том, что эта картина так прекрасна только со стороны Дарнии. Со стороны Альветии Риельские горы обрывисты и высоки, там практически нет даже таких перевалов, как у Тройденской долины. Пройти до золотых приисков невозможно, этот путь не раз пытались осваивать те, кто хотел получить легкую награду от королевского двора, но их постигала неудача. Путь закрыт до тех пор, пока не преодолены эти неприступные скалы. Ходили легенды, что когда-то существовал туннель, по которому был проход в Дарнию, но маги прошлого обрушили его и скалистая часть Риельских гор - это назидание потомкам.

– А поскольку золота требуется все больше и больше, то ваше посольство один из способов прознать, нельзя ли проникнуть в Дарнию и наложить лапу на добычу золота.
– Как это все похоже на то, что творилось у нас во времена "золотой лихорадки", когда сотни и тысячи людей ринулись добывать золото, вот так же, как в Риельских горах, устилающее дно рек и ручьев.

– Хорошая мысль, - одобрил граф, - но для Альветии было бы самым выгодным иметь эти рудники под своим управлением и контролировать добычу золота и серебра. Без этого жизнь в королевстве будет замирать, а на карту поставлено слишком многое, чтобы отказаться от этого проекта. Брак, который мы подверждали, это только начало долгого пути. Несомненно, его величество уже продумывает план, при котором нашу страну ждет великое будущее. Расширение границ королевства первый этап того, что еще предстоит сделать, и скоро пойдут подсчеты казначеев, сколько надо вложить в это предприятие, чтобы оно окупилось сторицей. Любой план должен быть составлен так, чтобы впоследствии он мог реализоваться, несмотря ни на что. Меняются условия жизни, меняются люди, зимы сменяют лета, но план должен быть реализован, потому что остается тот, кто возглавляет его, остается идея великого королевства, единого и неделимого во всем мире. Одно пространство, одна территория, один король - вы можете оценить это, леди Вейра?

– Конечно, могу, - осторожно поддакнула я, боясь выдвигать аналогии и упираться в противоречия.
– Одна страна, одно королевство во всем мире. У нас это называется империя, а во главе стоит император.

– Империя...
– покатал на языке незнакомое слово Корин.
– Красиво звучит, его величеству должно понравиться. Император Харриш... Я так и знал, что найду отклик у вас, миледи!

На обратном пути граф рассыпался в любезностях, вспоминал свое пребывание в Брегене, Морреле, даже приплел малолетних кузин - интересно, сколько их у него на самом деле?
– и вообще вел такую ничего не значащую болтовню, что я и под страхом смерти не смогла бы вспомнить, что же он на самом деле говорил. Приходилось кивать, улыбаться и всячески показывать, что мне смешно, интересно и вообще я от него без ума.