Чтение онлайн

Она заскочила в свою комнату, заперлась, сунув табурет в дверную ручку, и прислонилась к стене. Сердце билось, так, словно хотело пробить грудную клетку… Снежка улыбалась, вспоминая его округлившиеся глаза, его открытый рот, и то, как он рухнул на табуретку, увидев ее… Увидев ее всю… Как сладка была ее месть!

Владимир опустил глаза и посмотрел на стол. Перед ним стояли две пустых тарелки с вилкой, ножом и ложкой возле каждой, и два стакана. Посредине, на подставке - сковорода с макаронами и тушенкой, а рядом - порезанные и красиво разложенные на тарелках хлеб, колбаса и свежие

огурцы.

Четвертый удар.

Он застонал бы, если бы мог. Но только хватал ртом воздух, как рыба об лед… А сердце грохотало в груди, как колокола громкого боя… Неужели она его ждала?!

Она его ждала.

Владимир кинулся за Снежкой в дальнюю комнату и дернул ручку. Дверь не поддалась, он дернул снова, ничего не понимая. Ведь, эта комната не запиралась!

Он постучал.

Тишина…

Он постучал снова:

– Снежана, открой!.. Я все тебе объясню!..

– Мне не нужны ваши объяснения, товарищ майор, - услышал он из-за двери холодный Снежкин голос.

– Снежана!..

– Не Снежана, а Снежана Георгиевна!

Делать было нечего. Владимир повернулся, чтобы уйти, и вдруг увидел две небрежно брошенные на тахту простыни.

Еще один удар. Который по счету? А, впрочем, уже не важно…

Владимир сидел на кухне. К еде он даже не притронулся. Ему хотелось напиться, а еще лучше застрелиться на хрен…

Но он не имел права ни на то, ни на другое.

Ему нельзя теперь даже напиться! Не выдержав, он может вынести эту несчастную дверь в ее комнату и возьмет девушку силой… И тогда точно придется стреляться, потому что этого он не переживет…

Снежка тихонько вышла и прокралась на кухню, чтобы насладиться видом поверженного врага.

И вдруг ей стало его жалко. Владимир сидел опустив руки с таким несчастным видом, что Снежке вдруг стало стыдно за свою непомерную жестокость! Ну, зачем, я с ним так, подумала Снежка!.. Неужели она на самом деле такая конченая стерва?!..

Тихо скрипнули половицы.

Он поднял голову.

– Почему вы не спите, Снежана Георгиевна?
– спросил Владимир и отвернулся, чтобы не сойти с ума от ее наряда.

Внезапно в его голосе Снежке почудился такой ледяной холод, что от ее минутного раскаяния не осталось и следа.

– А вам-то, что?
– снова закусила она удила.

– Снежана Георгиевна, - старательно не смотрел на нее Владимир.
– Нам надо поговорить…

– Я слушаю вас очень внимательно!

– Я думаю… - Владимир помялся, подбирая подходящие слова.
– Что на людях нам лучше обращаться друг к другу не по имени-отчеству, а только по имени.

– А меня мало интересует, что вы думаете, товарищ майор!
– огрызнулась Снежка.

– Это в ваших же интересах, Снежана Георгиевна, - терпеливо сказал Владимир.

– Я сама могу побеспокоиться о своих интересах!
– прищурилась она.

– И все-таки, - не глядя на нее, сказал Владимир ровным голосом.
– На людях нам лучше обращаться друг к другу на «ты», а не на «вы». Как это обычно делают все мужья и жены. А молодожены в особенности.

– Мы - не молодожены!
– отрезала Снежка.

– И тем не менее, чтобы не привлекать излишнего внимания и не вызывать

подозрений, я предлагаю снова перейти на «ты», как бы это ни было вам неприятно, Снежана Георгиевна.

Он просто бесил ее своим упрямством!.. И терпением.

Внезапно ей снова стало стыдно. А, может, это она сама - упрямая, глупая, озлобленная на весь мир девчонка! Снежка прикусила нижнюю губу… Ну, зачем я с ним спорю?.. Ведь он прав!

– Хорошо я согласна…

– И еще… У тебя такое редкое имя, - попытался закрепить свой успех Владимир.

– Не такое уж и редкое!
– фыркнула Снежка.

Какая же ты у меня поперечливая, вздохнул Владимир… Самая несносная, самая невыносимая, самая любимая на свете!.. Самая желанная…

Как же мне тебя вернуть?!..

– Редкое, Снежана, редкое, - сказал он.

– И что с того?
– полыхнули ледяным пламенем ее глаза.

– А то, что, если в лицо тебя здесь, скорее всего, никто и не знает, то имя может быть знакомо, - пожал плечами Владимир.
– Моему заму, например, или начальнику особого отдела. А хуже всего то, что оно неминуемо вызовет жгучее любопытство у местных кумушек, жен командного состава, то есть.

– Что же и имя поменять?.. Развестись и снова замуж выйти?..
– невинно заморгала она ресницами.
– А за кого теперь?..

Ага! Подействовало!.. Снежка была довольна - стрела попала в цель! Он, наконец, посмотрел прямо на нее! Потемневшими от гнева глазами… Так-то лучше!.. А то весь спокойный такой! Аж, противно!..

Что?! Разводиться и снова замуж?!.. Владимир разозлился не на шутку!.. За кого теперь?!.. В нем закипела бешеная ярость! Я тебе дам замуж!.. Да, я тебе!..

Вдруг он заметил, что Снежана смотрит на него широко распахнутыми от страха глазами. Ее грудь высоко вздымалась под полупрозрачной, ничего не скрывающей шелковой тканью… Он опустил глаза.

А лучше бы этого не делал!..

Потому что там, внизу, притягивая его взгляд словно магнитом, между девичьих ног темнел прекрасный треугольник.

Владимир опомнился и отвернулся. Он несколько раз глубоко вдохнул и взял себя в руки… Бедная девочка… Он не имеет права так пугать ее!

Потому что ее от него защитить некому…

Господи! А кто защитит его от нее?!

– Нет, снова замуж не надо, - сказал он почти спокойно.
– Можно поступить проще. Я мог бы на людях обращаться к тебе не полным именем Снежана, а сокращенно - Жанна или Анна, как тебе будет угодно.

– А как тебе будет угодно?
– прикинулась паинькой Снежка.

– Меня бы устроило Анна, то есть Аня, - ровным голосом сказал Владимир.

– Ну, и, пожалуйста!
– вдруг сверкнула она своими бездонно-серыми глазищами.
– Это все?

– Да, Аня…

Ее дверь хлопнула так, что с потолка посыпалась известка.

Он знал, что ему будет с ней нелегко.

Но что это будет настолько нелегко, Владимир даже не предполагал! Однако, делать было нечего…

Он сидел и смотрел на разделяющую их стену. Если бы между ними стояла только она, Владимир разнес бы ее уже по кирпичику. Но, эта межкомнатная перегородка была лишь символом, обрушившегося на него несчастья…