Чтение онлайн

– Ты права, мне не довелось испытать ничего подобного, - тихо ответила я.
– Ты оградила меня от этого. Но я также теряла, я живая, я умею чувствовать. Ты ещё научишь меня настоящей боли, Верити.

Её пальцы дрогнули и разжались, оставив на бледной коже багровые следы.

Мне не в чем было винить сестру. Она и так слишком многое сделала для меня. Больше, чем кто-либо был вправе требовать от неё. Она жила ради меня. Существовала, чтобы я могла жить.

Есть предел всему - и любви и самопожертвованию... Она устала. Она заслужила покой.

Слишком долго я была эгоисткой. Я была ею, когда

не спала ночами, дежуря у её постели, когда валилась с ног от усталости, когда молилась о выздоровлении сестры. Оказалось, что дать ей спокойно уйти - тот самый поступок, который красноречивее всего скажет, что я люблю её.

На следующий день к нам пришли люди Папы.

Наверное, я не совсем правильно выразилась, они пришли не конкретно к нам. Не только к нам. Они прошерстили все три яруса от и до, прежде чем обнаружили труп Хиляка. А уж тогда взялись за розыски тех, кто был причастен к убийству или же мог что-нибудь знать о том, чьих это рук дело. Тех, кто что-либо видел, слышал, замечал, о чём-нибудь догадывался. И начали с Ада, справедливо полагая, что в нём вероятнее всего найти если не убийцу, то хотя бы свидетеля.

Их было шестеро, шестеро мужчин разного возраста, роста, внешности. Но при сложившихся обстоятельствах эти различия казались несущественными. Важнее было то, что их объединяло. Для меня все они являлись источниками опасности. Шестеро безликих врагов, шестеро палачей, пришедших привести в исполнение уже вынесенный приговор, отнять наши с Верити жизни за жизнь своего собрата. Вот как это представилось мне в первую минуту, и оставалось надеяться лишь, что мысли не отразились на моём лице, в моих движениях и поведении.

Затем я стала воспринимать их более адекватно, по-человечески, и поняла, что знаю троих из них - памятного по случаю в Чистилище тощего типа, который тут же принялся шнырять по помещению, разве что не принюхиваясь по-крысиному. Ублюдка, который явно был главным в их компании, но, тем не менее, держался в тени, несколько позади остальных. Да ещё одного - долговязого парня немногим старше меня, белобрысого и дёрганого, по прозвищу Спарк, того самого, что зажимал меня в забегаловке и о голову чьего дружка меня угораздило разбить бутылку. Хорошо, не об его собственную, иначе бы он меня получше запомнил. О приключениях Спарка я была неплохо наслышана от Верити. Этот пока ходит в шестёрках. Шестёрка, но не значит, что не опасная. Парень рвётся выслужиться, не чурается самой грязной работы, а неуравновешенная психика превращает его в ходячую гранату с сорванной чекой даже для своих.

Двоих - симпатичного азиата лет тридцати и пузатого мужика в ярком пиджаке, напяленном поверх дырявой майки, знала в лицо, встречала в Убежище, но никогда не сталкивалась так близко, как со Спарком или Ублюдком, да оно и к лучшему. Последний - пожилой мужчина обманчиво интеллигентной наружности был и вовсе мне незнаком.

Все эти размышления пронеслись в голове за доли секунды. Я метнула взгляд на Верити, неподвижно лежащую под двумя одеялами, - она постоянно мёрзла. Сестра вновь принялась за игру в молчанку, к гостям из Рая она не проявила ни малейшего интереса. Стыдно признаться, но на миг я почувствовала к ней некоторую зависть. Выкручиваться предстояло в одиночку.

Ладони взмокли, во рту, напротив, пересохло. Спокойно, главное, спокойно, ради Бога, Вил... Если начну кипишить, подпишу тем самым два смертных приговора - себе и Верити. Мы добропорядочные граждане, мы не имеем ни малейшего понятия о безвременной кончине многоуважаемого господина - помилуйте, откуда?

Мы тихонько влачим своё крысиное существование, никому не мешая и не путаясь ни у кого под ногами. Нам не за что оправдываться, незачем лгать, ведь мы не сделали ничего плохого! Мы честны и чисты, как ангелы. Ангелы Ада.

Надеясь, что мои движения только отдалённо напоминают походку инвалида на протезах, подошла к Верити. Поправила сбившееся покрывало, укутала её поплотнее, заодно обтерев о колючую ткань ладони. Я не нервничаю, что вы, вовсе нет... Плеснула воды в жестяную кружку, оставшуюся в наследство от дядюшки Адама, выпила мелкими глотками. Подозреваю, что, если бы не приняла эту меру, не сумела бы нормально разговаривать с незваными визитёрами. В лучшем случае, мой голос оказался бы немногим благозвучнее и разборчивей вороньего карканья. Только после этого обратилась к пришедшим.

– Воды? Третья степень фильтрации, четвёртой нет, извините.

– Не суетитесь так, хозяюшка, - усмехнулся "интеллигент", вроде добродушно, но не затронутый улыбкой взгляд не позволил обмануться. Что ж, никто не заставляет меня выказывать недоверие.
– Зачем же вас разорять, мы люди обеспеченные.
– Это уж точно.

Меня продолжало нести.

– Перекусить не желаете?

Надеюсь, что нет. В миске лежало приготовленное вчера мясо. Вполне достаточно для нас с Верити, чтобы два-три дня не испытывать муки голода. Шестеро мужчин умнут его в один приём. Голос сорвался на последнем слове, когда я предложила вкусить скромную трапезу. Впрочем, так прозвучало вполне естественно.

– Крысятина, небось?
– подмигнул "интеллигент".

– Свинина!
– возразила с оттенком гордости, включаясь в игру.

Свиней разводили в достаточном количестве, главным образом потому, что эти твари были неприхотливы в плане прокорма и жрали всё, что им дадут. Оттого их мясо считалось относительно дешёвым. Как бы то ни было, немногие в Аду могли позволить себе жаркое из свинины. Нам с Верити нечасто удавалось им полакомиться, но сестра догадалась обшарить карманы Хиляка. Я тогда пребывала в таком состоянии, что нипочём бы не догадалась сделать это.

Свинина, недешёвое удовольствие по меркам обитателей Ада, труп, найденный на нижнем ярусе... Я похолодела. Неужели, изображая внушаемость и наивность для человека Папы, тем самым ступила в заготовленную им ловушку?

– Благодарю. Мы сыты.

Неужели он не понял? С перепугу казалось, что ход логических размышлений прост до примитивного. Наверное, спасло то, что этим не знающим ни в чём недостатка типам из Рая попросту не пришло в голову, что кто-то может убить за пару серебрушек. Лишь бы не сводило от голода живот, так, что не удаётся заснуть. Лишь бы хоть раз ощутить во рту вкус жареной свинины. Нет, конечно, каждый из них вполне был способен убить из-за денег. Из-за очень больших денег. Но не ради пропитания.

Пожав плечами, схватила кусок холодного мяса и, изображая аппетит, принялась жевать. Как только не подавилась!

– Так, значит, ничего особенного не слышали?
– будто развивая давно начатую тему, поинтересовался "интеллигент", степенно прохаживаясь по бункеру.

Я всё-таки закашлялась.

– Ничего... особенного?
– деланно задумалась. Кусок огрызком мертвечины застрял где-то в пищеводе. Такая еда никому не пойдёт впрок.
– Ну-у... По ночам скребётся кто-то. А запереться - сами видите, какие тут двери. Если простые крысы - фиг с ними. А то я тут на днях, кажется, мутанта видела. Только хвост мелькнул. Вот такенный вот!
– Я широко развела руки, продолжая изображать конченую дуру, у которой что на уме, то и на языке.